Шрифт:
Посвящается моей любимой Галочке, музе, опоре и настоящей второй половинке!
Глава 1. «Когда умолкнут все песни»
– Алова, прекрати, у меня от зависти зубы болеть начинают – ворчала Машка на Ингу.
– А что случилось, Машенька? – спросила Инга притворно-участливо. Она стояла, поставив правую ногу на небольшую табуреточку и натягивала на ней чулок.
– Встала тут, блин, как порнозвезда, ногами своими до тоски доводишь! Встала, как профурсетка! Юбку хоть опусти, ляжками не сверкай тут! Ты да Мурашки, две заразы ногастые! –
– Да ладно, Машка – снисходительно сказала Натка, надевая шикарные туфли на серебряных шпильках. Лика и Вита в это время наводили макияж возле большого зеркала. – У тебя тоже ноги красивые!
– Не подлизывайся! – отгрызнулась Машка. – Куда нам, коротколапым, мне да блондинке с Витьком, до ваших ходуль!
– А чё это коротколапые-то? – возмутилась Лика. – Сама ты, Машка, такса коротконогая! У нас с Витой, очень даже красивые ножки!
Девчонки готовились идти на концерт. Юбилейный концерт группы «Наутилус-Помпилиус», который шел во Дворце молодежи. Билеты им подарил полковник, в честь начала их отпуска. Отпуск полковник дал девчонкам большой – месяц, сразу после того, как они вернулись из Москвы, где получали звезды Героев России. В Москве, как всегда, отличилась Машка – перед самым выходом президента в Георгиевский зал Кремля, она громко, можно сказать, оглушительно чихнула. Вошедший президент, немного удивленный таким салютом в его честь, улыбнулся и сказал своим фирменным скрипучим голосом:
– Будь здорова, красавица! Вы нам тут никакой грипп не распространите, панимаешь?
Присутствующие улыбнулись резиновыми улыбками. Машка ответила «Спасибо, господин президент», покраснела, почти сравнявшись цветом лица с цветом своих волос и спряталась за широкой спиной полковника.
– Не прячься, полковник – сказал президент, прищурившись. – Тебе не надо прятаться, тебе гордиться надо, панимаешь, тем, что ты сделала!
– Так я же не одна – совсем стушевавшись, ответила Машка.
– Ну так и выходите все сюда – сказал президент. – Чего притихли! Такое дело сделали большое, и притихли!
Девчонки вышли к президенту. И в тот самый момент, когда тот прикалывал звезду к парадному кителю Машки, она чихнула снова! От неожиданности, президент уронил звезду.
Машка подняла ее с пола, покраснев до состояния вареного рака. Президент принял звезду и закончил прикалывать ее к кителю Машки.
– Не чихай больше, полковник, панимаешь – сказал президент и пожал Машке руку. – А то уронишь высокую награду!
– Служу Росси! – звонко ответила Машка. После этого, конечно же, девчонки не давали Машке ни минуты покоя, постоянно над ней подшучивая, что, мол, наконец-то, Мария Красная, стала красной полностью, а не только волосы. Машка ругалась, называя девчонок сучками и заразами.
– А чего ты расчихалась-то? – спросила Натка у Машки – Ведь учили нас, как сдерживать! Забыла, что ли?
– Я все помню! – ответила Машка. – Но в тот момент, вообще вылетело из головы, что надо сдерживаться! Да и запах там какой-то… Аллергия у меня, вот! Чего пристали, заразы?!
– Наташ, отстань ты от нее – смеясь, сказала Инга. – Покусает же сейчас!..
А когда все вернулись в Екатеринбург, полковник объявил девчонкам отпуск на тридцать дней и подарил билеты на концерт, чтобы,
– Ага! – возмущалась Машка. – Она, значит, солнышко, а я куртизанка! Витек, значит, гусар, а я, простиосспади, куртизанка! Сама ты, блондинка, желтая куртизанка! Солнечная гейша! Цыпленочная веселушка!
– Ну а что – невозмутимо ответила Лика. – Каждому костюму название по темпераменту владелицы! Ты у нас огонь, вот и в огне. Кузнечик – отличница, вот и школьница. Инга – чувственная, поэтому нимфоманка. Вита – боевая, вот и гусар! Все логично, по-моему!
– Ага, логично! – ворчала Машка. – Только если ты блондинка, тогда логично!
– Лика, дорогуша – манерно сказала Инга. – Чтоб ты знала, нимфоманка и чувственная, это не синонимы!
– Что такое синонимы? – кривляясь, спросила Лика
– Это такой тип куртизанок! – ответила Натка, надевая большие сережки-кольца. – Это вот которые солнышки!
– Дурищи проклятые! – надулась Лика, надевая на руку браслет в виде золотой цепочки из крупных звеньев. – Придумывайте сами, в следующий раз, названия для своих образов! Неблагодарные заразы!
– А кто тебя просил-то? – спросила Инга. – И вообще, кто тебе сказал, что должны быть эти самые названия? Мы просто нарядно одеваемся, чтобы пойти на концерт легендарной группы, попить там вкусненького чего-нибудь, потанцевать и попеть вместе со Славой – и Инга запела красивым, чистым голосом: «Ален Делон говорит по-французски…»
– Ну что, дамы, на чем поедем? – спросила Натка. – Берем микроавтобус?
– Ага – сварливо сказала Машка. – И приедем, как интернатовский выводок!
– Так мы и есть интернатовский выводок – ответила Инга. – На автобусе, зато вместе!
– Да вы мне и так надоели, дальше некуда – проворчала Машка. – Лично я поеду на своей машинке! Вот выйду, такая, вся красивая, стройная, пусть все сдохнут от восхищения! – и Машка картинным жестом, надела темные очки, демонстративно поправила на левой руке свои шикарные часы.
– Обалдеть! – восхищенно сказала Вита. – Машка, ты прям, секси! Красотка, умереть не встать!
– В тебя Бутусов влюбится, точно тебе говорю! – добавила Инга.
Машка стояла и довольно ухмылялась.
– Учитесь, девочки, у тети Маши! – Машка, нарочито вихляя бедрами, вышла из комнаты. Вскоре, девчонки услышали под окном взревывания двигателя Лотуса.
– Машка на охоту собралась! – хихикнула Лика. – Куртизанка на тропе войны за плотские утехи!
– Фу, Лика, какая пошлость – оттопырив губу, сказала Натка. – А тем более, про сестру такое говорить! Мария у нас, существо эфирное, плотских утех ей и даром не надо!