Желай, Рапунцель

Карпо Катти

Глава 2. Ангелы не спят

–Чтомы больше не делаем?

Даня хмуро уставилась на мужчину напротив. Тот, в свою очередь, смотрел на нее и явно ожидал ответа.

– Так чем мы больше не занимаемся? – Интонации мужчины стали еще более вкрадчивыми.

– Не выходим на лед без подготовки? – предположила она и, неловко пошевелив поврежденной рукой, засопела.

– Правильно. – Штатный медик агентства, которого Глеб представил как Павел, домчался до спортивного

комплекса в считанные минуты. – А еще не выходим без снаряжения и мотивации не тереться об лед открытыми участками тела. – Мужчина придирчиво оглядел Даню. – Вам я вообще рекомендую выходить на каток только в экипировке хоккеиста. И сверху шлем. Обязательно вратарский.

Штатному медику было около сорока. Приятная наружность, легкая небритость, медные волосы с парочкой седых прядей и прозрачно-голубые глаза. Руки у мужчины были просто громадными, а пальцы пухлыми, но, несмотря на это, он, обрабатывая Данины раны, весьма аккуратно орудовал всем этим набором.

– Хорошо. – Девушка послушно закивала, про себя же проворчав, что фиг кто ее еще на лед заманит.

– Вот и умница. – Павел порылся в карманах пиджака и с наисерьезнейшим видом вручил Дане пластмассового мишку на цепочке, повязанной вокруг маленького пакетика с тремя мармеладками.

В дверь подсобного помещения, любезно предоставленного им дедулей-охранником под временный медблок, постучали.

– Войдите, – любезно разрешил неизвестному Павел. – Мы не голышом.

Даня фыркнула. Получилось несколько нервно.

В комнату вошел Глеб. Его взгляд скользнул по перевязанным рукам Дани, брови дернулись.

– Как наша героиня? – Изобразить бодрость он не сумел. Все портило виноватое выражение на лице.

– Ваша героиня – морской пехотинец, не иначе. Даже не пикнула ни разу, пока я обрабатывал повреждения на руках. – Павел покачал головой. – Повезло, конечно, что это поверхностные раны. Одни царапины, хотя и глубокие. Но все равно должно быть больно.

– Я не придаю значения физической боли, – пояснила Даня. – Поорать, порыдать – бесполезное дело. Не полегчает уж точно.

– Полегчает, полегчает, – возразил Павел. – А особенно, если кто-то рядом поддержит да пожалеет.

– Пфф… Извините. – Даня прижала тыльную сторону ладони к губам, сдерживая еще один рвущийся наружу смешок. – Не надо меня жалеть. Честно, не надо.

– Говорю же. – Павел пожал плечами. – Солдат.

– Судя по всему, нашему агентству повезло с новым сотрудником. – Глеб улыбнулся Дане.

«Ого, ого, ого. По-моему, меня не собираются увольнять. Шацкая, ты теперь неудачница всего лишь на девяносто девять процентов».

– На твоем новом сотруднике почти не осталось живого места, – пожурил гендиректора Павел. – А вы, Даниэла, постарайтесь поберечься. Все-таки не робот, а нежная девушка.

– Да, я постараюсь вести себя осмотрительнее.

– От рентгена все-таки отказываетесь? Лучше провериться на наличие переломов.

– Нет, спасибо.

– Даниэла. – Глеб поддержал собственный призыв многозначительным взглядом. – Я согласен с Павлом.

Лучше предусмотреть возможные последствия.

– Еще у героини пару царапин на голове и, возможно, повреждения на ногах. Раз она, как вы говорите, несколько раз падала на колени, – вмешался Павел. – С головой мы разобрались. А вот с ногами проблема. Артачится девушка.

– Даниэла? – Глеб нахмурился. – Пожалуйста, позвольте помочь.

– Не хотелось бы лишний раз оголяться, – сдержанно улыбнувшись, пробубнила она.

– Я врач, – напомнил Павел. – А этого гражданина мы попросим удалиться.

– Я удалюсь, – пообещал Глеб.

Даня прижала ладонь к бедру. Колени ныли – это факт. Но спускать брюки здесь ее точно никто не заставит.

– Обойдусь. Спасибо. – Она протянула руку вперед. – Снабдите меня антисептиком и парой упаковок атравматических перевязок, и я выживу. Обещаю.

Павел закатил глаза. Проходя мимо Глеба, он похлопал того по плечу.

– Твой солдат упрямый. Разбирайся с ней сам. – Павел чуть понизил голос. – По мальчишке ничего путного не скажу. В руки не дается, сам видел. Хотя обострения, думаю, удалось избежать. Вовремя стащили с коньков.

– И мы знаем, кого за это благодарить, – отозвался Глеб.

Как только за врачом закрылась дверь, Даня пошла на таран.

– Насчет благодарности – это сарказм был? – сухо уточнила она, стараясь не прижимать обработанные руки к бокам.

– Нет. – Глеб уперся спиной в стену. – Вы Якова не провоцировали и не заставляли что-либо творить с собой. Он сам принимает решения. А вам я действительно благодарен.

– А… ну и я вам благодарна. – Даня пошевелила пальцами левой руки. – Быстро сработали, босс. Пожалуй, и правда выживу. Хороший медик в штате на вес золота. – И, приподняв бровь, продемонстрировала Глебу мишку и мармелад.

– Первичная специализация Павла – детская педиатрия. Раньше с детьми работал, и привычки так и не отвязались. – Он хмыкнул.

– То-то мне его манера общения странной показалась. – Даня провела пальцами по повязке. – Как с несмышленышем говорил.

На пару секунд наступила тишина. Глеб что-то усиленно обдумывал. Даня ждала.

– Полагаю, вам уже кое-что известно о травме Якова?

«Сразу по прямой пошел. – Даня даже не удивилась. – Приятно, что хотя бы здесь не юлит».

– Немного, – уклончиво ответила она. – Из-за нее ему нельзя заниматься фигурным катанием.

– Да, что-то вроде того. Это немного личное… семейное. Поэтому позвольте пока воздержаться от подробностей.

«Ну вот. А я-то думала, хоть что-то прояснится».

– Вы виделись с Горской?

– С кем?

– С Региной.

«Ой-ой, только не пытайте».

Даня сделала каменное лицо. Но тут увиливай-не увиливай, все и так ясно.

– Понятно. – Глеб сердитым не казался. Скорее задумчивым. – Признаюсь, меня безумно злит это обстоятельство. С другой стороны, Яков повел вас к ней всего лишь через пару дней вашего с ним знакомства. Бесценная форма доверия. Особенно, со стороны этого мальчика.