Желание
Шрифт:
напитки, словно пытался нас успокоить.
А потом Арун сказал:
– Нет.
Мы перестали пить алкоголь.
– Пожертвований не хватит, - сказал Арун. – Мама пыталась действовать законно, и
куда это ее привело? К убийству, - он судорожно вдохнул, от его ярко-рыжих волос он
только казался уязвимее. – Стоит придерживаться плана. Нацелиться на Цзинь.
– Да Гэ нужно лишь ввести лицо Чжоу в опознавательную системы, сопоставить со
своей картинкой,
Мы знали, что это означает не конец операции, а мою смерть. Мысль о смерти не
пугала меня. Я видел ее достаточно раз в своей жизни. И если это заткнет Цзинь, то
можно было рисковать всем.
– У меня есть лучшая опознавательная программа на рынке, - сказал Вик. –
Поглядим.
Он встал и направил Ладонь на мое лицо, на пару секунд меня озарил зеленый свет, а
потом он ввел какие-то команды. Мы ждали. В номере вдруг стало слишком жарко, мои
ладони стали влажными от пота.
– Ничего, - улыбнулся через минуту Вик. – Программа не видит сходства между
фотороботом и сканом лица Чжоу.
– Значит, я в деле, - торжествовал я.
– Ты знаешь, что это значит? – спросил Арун. Мы выжидающе посмотрели на него. –
Цзинь послал их за тобой, - сказал он. – Он как-то вовлечен в это. Он хочет твоей смерти.
Может, он связал тебя с, - он сглотнул с болью, - моей мамой.
– Блин, - проворчал Виктор, - это как посылать беднягу Чжоу в логово льва.
Я был слишком отвлечен появлением мужчин, прогулкой по карнизу и смертью
доктора Натарай, чтобы заметить очевидную связь.
– Риск слишком велик, Чжоу, - Линь И сжалась, словно у нее болел живот. – Если с
тобой что-нибудь случится…
Айрис сжала ее плечо, глядя на меня прищуренными глазами.
Линь И была мне старшей сестрой уже почти пять лет, убеждалась, что мне есть где
безопасно спать каждую ночь, что я не голодаю. Она делала так со всеми в группе,
заботилась о нас, даже о Викторе, который, как я подозревал, был в тайне влюблен в нее.
Я знал, что она была с Аруном каждый день после смерти доктора Натарай, помогала ему
с документами, проверяла, чтобы он ел, чтобы на кухне была еда.
Ее семья сбежала в Китай, и семьей для нее стали мы. Стали ее ответственностью.
Я подошел к Линь И, протянул раскрытую ладонь. После долгих колебаний она
обхватила мою ладонь.
– Я хочу сделать это, - сказал я. Потому что больше некому, а Цзинь нужно
остановить. – Но мне нужна ваша вера в меня. Ваша поддержка.
Она посмотрела на остальных в номере. Арун был мрачным, но кивнул. Вик смотрел
на меня с невероятно серьезным
– Думаю, Чжоу справится.
Линь И посмотрела на свой пустой стакан от ром-колы. Я знал, что она нервничала,
ведь она редко пила.
– Хорошо, - сказала она. – Если ты уверен, Чжоу, то я тебя поддержу.
– Я пущу слух, что парень, которого они ищут, уехал из страны, - сказал Виктор. –
Следующие месяцы будь тише воды, Чжоу.
Линь И кивнула.
– Я успею продумать твою личность ю. И придется ждать твой костюм.
Ю-личность и костюм. Они представляли все, что я презирал: алчность, вычурность,
эгоизм, и этому потакала корпорация Цзинь. Я собирался стать тем, что хотел
уничтожить.
– Звучит неплохо, - сказал я.
Айрис встала с подлокотника и остановилась передо мной. Кроме Линь И, она редко
так близко подпускала кого-то из группы. Я не знал, чего ждать.
– Ешь, - сказала она.
Я рассмеялся. Мне не нужно было повторять. Мне никогда не хватало денег, чтобы
купить все, что я хотел съесть, но обычно меня это не расстраивало.
– Ладно… - ответил я.
Она с силой сжала мой бицепс, я мог скривиться. Но сдержался.
– Накачай немного мышц, - сказала она. – Это поможет.
Я видел, как за ее спиной посмеивается Виктор, и боролся с желанием ударить его.
– Понял, - сказал я вместо этого.
Айрис удовлетворенно кивнула и бесшумно отошла к окнам во всю стену. Она
смотрела оттуда на горизонт Тайпея, озаренный неоном.
Все должно было идти не так, но жизнь никогда не шла так, как я планировал. Я
покрутил свой нож.
– Так и сделаем.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Район Симэньдин оживал, а я спешил от него прочь. Загорались неоновые вывески,
витрины окружали золотые и красные огни, на экранах на всех высоких зданиях
показывали рекламу, они как птицы пытались привлечь внимание яркими перьями.
Появлялось все больше воздушных машин и мопедов, они направлялись на вечеринки,
некоторые горели так же ярко, как здания вокруг. За пятнадцать минут район
подготовился к вечеру. Сладкий аромат готовящегося омлета преследовал меня, пока я
шел по переулку, избегая большой толпы людей, выходящих из станции метро.
Я долго был в своем влажном убежище, так что не привык к толпам, толкающимся
ради личного пространства. Мои набеги за последние три месяца всегда были после
полуночи, я ходил по почти пустым улицам. Влажный воздух пах потом и дымом, в нем
была странная тяжесть, которая бывала только в сезон тайфунов.