Жажда
Шрифт:
– Когда я смогу увидеть тебя?
Я сообщу тебе свой новый адрес. И то, как я выгляжу теперь.
– И еще твое новое имя. Не забудь об этом.
Она вздохнула.
Не забуду. Мне пора идти. Но скоро мы увидимся с тобой, любовь моя.
– Я не могу ждать. Я люблю тебя, Рани.
Я знаю.
И она пропала.
Он лежал на спине и глупо улыбался, словно влюбленный подросток. Он снова был счастлив.
Он еще и еще прокручивал
А потом он получил ее новый адрес. Найти его было довольно легко. Потом он увидел, как она выглядит. И опять улыбнулся. Красивая. Но не такая красивая, какой она собиралась быть.
Новое имя для него ничего не значило, потому что он знал, как ее зовут на самом деле. Знал ее тайное имя. Но под этим новым именем жила ее оболочка. Он должен был запомнить его, должен был привыкнуть к нему, прежде чем начнет звать ее настоящим именем.
Для тренировки он произнес его вслух. Один раз. Другой. Потом еще раз, теперь так громко, как только можно было.
– Роза Мартин, – сказал он и улыбнулся.
Глава 48
– Я знал, что мы можем увидеться снова…
Роза Мартин с трудом выжала из себя улыбку. Сидевший перед ней мужчина был толстым и неприятным. Костюм на его обрюзгшем теле сидел в обтяжку, как будто он оттого, что носит одежду на размер меньше, станет выглядеть более стройным. Казалось, он полностью заплыл салом. Лицо его было ужасно потным и выглядело так, будто из него сочится жир, а волосы упрямо топорщились, несмотря на то что были обильно смазаны гелем. На лице его блуждала кривая развратная ухмылка, а взгляд намертво приклеился к ее бюсту.
Как заведующий отделением эрготерапии он, возможно, и находится на своем месте, подумала она, и даже может быть талантливым специалистом в своей области. Но для Розы он представлялся копией лидера БНП Ника Гриффина. [16] И выглядел личностью не менее харизматичной.
– Джулия Миллер… – Он нахмурился и откинулся на спинку кресла, все пружины и шарниры которого при этом жалобно заскрипели. – Я читал об этом в газетах. Ужасно…
– На данный момент у нас еще нет официального подтверждения, что это именно она, мистер Лаверти.
16
Николас Джон Гриффин– британский политик, председатель Британской национальной партии и депутат Европейского парламента.
Он театрально закатил глаза.
– Да бросьте вы! С чего бы тогда ваши люди переворачивали все это крыло?
Она нахмурилась.
– Мои люди?
Он поторопился продолжить, ему нравилось владеть инициативой в разговоре. Это его даже возбуждало.
– Полицейские. Убитая женщина, тело которой обнаружено сегодня утром, была логопедом. Из отделения ЛТ. Как и та женщина, которая пропала.
Роза
А если полиция здесь, значит, связь эта уже установлена.
– Значит, насколько я понимаю, это между собой взаимосвязано? – сказал Лаверти, словно читая ее мысли.
– Сейчас пока еще рано делать какие-то выводы.
Ответ вырвался у нее машинально.
Лаверти вытер лоб тыльной стороной ладони, а руку, в свою очередь, вытер о борт пиджака. Глаза его сверкали, он буквально гудел от возбуждения. Бывают же такие люди, подумала Роза. Игнорируют человеческую трагедию, ужас произошедшего и крушение чьей-то жизни, захваченные просто фактом того, что являются частью полицейского расследования.
– Нам нужно посмотреть медицинские карты.
Он нахмурился.
– Зачем это?
– Чтобы сопоставить их с личностью ваших логопедов. Посмотреть, были ли у них общие пациенты. Проверить, нет ли совпадений.
На лице его появилось выражение ужаса.
– Пациенты? Медицинские карты наших пациентов?
Роза кивнула.
– А разве вам не нужен для этого ордер?
– Я его легко получу. Если понадобится.
Он вздохнул. Это потребовало от него определенных усилий.
– Исключено.
Роза подалась вперед. Она была не в том настроении. В своем расследовании она отставала и не хотела, чтобы Бреннан и его приспешники взяли верх. Нужно было действовать быстро.
– Мистер Лаверти, я получу ордер. Хотя на это потребуется время. Но если вы согласитесь на сотрудничество и добровольно предоставите моей команде доступ к медицинским картам ваших пациентов, я не буду выдвигать против вас официальных обвинений.
Он непонимающе нахмурил брови.
– Обвинений? В чем?
– В еще одной смерти. Потому что, если ситуация будет развиваться так, как сейчас, последует следующая смерть. И если это произойдет, можете быть уверены, я всем расскажу, что вы тормозили расследование.
Лаверти опустил глаза на письменный стол. Потом с неохотой кивнул.
Роза улыбнулась.
– Спасибо. Я прямо сейчас направлю к вам кого-нибудь, кто займется этим.
Но это буду не я. Мне нужно проследить еще за кое-какими ниточками, подумала она.
– А кто-нибудь из коллег Джулии Миллер сейчас здесь? Мне нужно перекинуться с ними буквально парой слов.
– Разве вы этого еще не сделали?
Вид у Лаверти был несчастный. И он хотел как можно быстрее вытолкать ее из своего кабинета.
– Сделала, но… скажем так: сейчас я собираюсь проверить еще одну версию нашего расследования.
Свою собственную, подумала она.
– Джулия? Да. Она была очень славной.
Эйми Хибберт шла по коридору к своему пациенту и попросила Розу проводить ее. Маленькая, хрупкая, с короткой стрижкой белокурых волос, она казалась полной противоположностью Джулии Миллер.