Жажда жизни
Шрифт:
Samantha Towle
Revived
Пролог
Тринадцать лет назад
Манчестер, Англия
Две полоски.
Снова просматриваю
Две полоски… беременна.
Нет. Боже, нет.
Я не могу быть беременна. Не могу. Мне всего семнадцать. Я живу в общежитии. Я не могу заботиться о ребенке – я едва справляюсь с заботой о себе.
Все в порядке, Индия. Пол знает, что делать.
Он старше, ответственнее. Он все исправит.
Но кроме него никто не должен узнать. Если кто-то выяснит, что мы с Полом спим, у него будут большие проблемы.
Просто я боюсь рассказывать ему. Вдруг он подумает, что я не предохранялась намеренно?
Кит. Нужно рассказать Киту. Он придумает, как с этим справиться.
Но если Кит узнает, он убьет Пола. Мой брат серьезен, когда дело касается моей защиты. И, хотя ему только семнадцать, он довольно крупный для своего возраста.
О боже, ну и дела!
Кто-то стучит в дверь ванной. Ни секунды покоя в этом общежитии!
– Минуту! – кричу я.
Трясущейся рукой убираю тест обратно в коробку, запихиваю его в карман куртки и застегиваю молнию. Мою руки, спускаю воду и открываю дверь.
Передо мной стоит Зара, наишумнейшая корова в мире.
– Ты там уже вечность. Чем ты там занималась? – она смотрит на меня с подозрением.
– Тем же, чем там собираешься заняться ты, – я прохожу мимо нее, больше не сказав ни слова.
Я не могу пойти к себе в комнату. Нужно убираться отсюда. К Полу. Он должен быть дома. Нам нужно поговорить.
Я отправляюсь к нему.
Наверное, стоит написать ему сначала. Это вошло в привычку. Пол беспокоится, что люди могут узнать про нас. Я должна убедиться, что ехать безопасно, как он и просил.
Но теперь все кажется небезопасным.
У меня будет ребенок.
Уходя из общежития, я искусно избегаю Кита. Сажусь на автобус, чтобы побыстрее добраться до квартиры Пола. Выхожу на нужной остановке и на трясущихся ногах направляюсь к нему домой, до его двери мне приходится пройти два лестничных пролета. Звоню в дверь.
Нет ответа.
Его велосипед стоит в коридоре, значит, он все-таки здесь. Снова звоню, и снова ничего. Может, он в душе и не слышит меня.
Проверю дверь. Обычно он не запирает ее, когда остается дома.
Ручка поворачивается. Я захожу и сразу иду в гостиную. Не здесь. И не на кухне. Иду мимо ванной. Воды не слышно. Зато раздается голос. Не один голос. Из его спальни.
Нет. Прошу, нет.
Страх заполняет меня,
Мое сердце будто раздавили каменной глыбой. Пол на кровати, на нем сидит женщина. И они оба обнажены.
Очевидно, чем они занимаются.
Иисусе.
Рукой я хватаюсь за живот. Боль настолько сильна, что растекается по всему телу. Слезы застилают глаза.
Он сразу же видит меня, его лицо бледнеет. Шок и страх искажают его черты. Он хватает женщину за руки и останавливает ее. Затем она поворачивается лицом ко мне.
Это Кэсси. Кэсси. Девочка. Которую я знаю. И ей четырнадцать.
К горлу подступает желчь.
Спотыкаясь, я выбегаю из квартиры Пола под его оклики.
Вырываюсь из дома, мчусь прямо к автобусной остановке, которая, к счастью, пуста. Прячусь за задней стенкой, чтобы Пол не смог меня увидеть. Утираю слезы на щеках.
Ей всего четырнадцать.
Но разве мне самой не было пятнадцать, когда Пол начал спать со мной? Тогда желание и интерес взрослого мужчины казались романтичными, но теперь, когда я увидела его с ней… это кажется неправильным.
Почему я не поняла этого раньше? Почему не увидела, что он за человек?
Теперь я беременна от него. От человека, предпочитающего секс с девочками-подростками.
Меня рвет, и я не могу успокоиться.
Когда закончились последние сильные спазмы, я пытаюсь восстановить дыхание. Мозг отказывается работать.
Отойдя от собственных рвотных масс, я останавливаюсь в стороне, оставаясь вне поля зрения. Спиной пришлось опереться на остановку. Я медленно достаю из кармана телефон и звоню единственному родному человеку.
Кит отвечает после первого же гудка.
– В чем дело?
Интуиция близнеца. Мы с Китом всегда знаем, когда у другого возникают проблемы.
– У меня проблема, – по моим щекам текут слезы.
– Какого рода?
– Я-я… я беременна.
Тишина.
Но я слышу его дыхание.
– Кит?
– Где ты? – его голос пронизан разочарованием.
Это полоснуло меня сильнее всего.
Из меня вырывается всхлип. Делаю глубокий вдох.
– На автобусной остановке.
– На какой?
Прежде чем заговорить, я задерживаю дыхание.
– Которая рядом… с квартирой Пола.
Снова тишина.
Ему не нужно ничего говорить. Я слышу эмоции в его молчании.
Так Кит воспринимает события. Не злится, не кричит. Его ярость безмолвна и оттого кажется куда более оглушающей.
– Сейчас же еду за тобой, – по голосу слышно, что он едва сдерживается.
– Не злись на меня, Кит. Прошу, – всхлипываю я.
– Я не злюсь на тебя, Индия, – его голос стал чуточку мягче.