Жажда тебя

Ангелос Валерия

Он плотнее притягивает меня за талию. Только бы не заставил выпустить куртку из пальцев. Если что можно сказать, будто я замерзла. Озноб и без того сотрясает мое тело, морозные волны разливаются под кожей. Лед сковывает по рукам и ногам.

Однако советник не придает никакого значения моей одежде. Дожидается, пока парни следуют его распоряжениям, после продвигается за ними, подталкивая на выход и меня.

– Зачем вам это? – спрашиваю сдавленно. – Что вы хотите?

– Заткнись, - обрывает Харитонов. – Не

хватало еще с тобой мой план обсуждать. Ты вообще не должна была здесь появляться. Мелкая дрянь, спутала карты.

– Я ничего не сделала.

– Ты просто есть, - фыркает с презрением. – Этого оказалось достаточно, чтобы Громов стал полностью неуправляемым. Ну и дел же он наворотил. Кто мог представить, будто старик до такой степени сбрендит?

Я цепенею, осознав, что «Громов» это не про моего парня, а про его деда. Однако о чем идет речь не понимаю. У ректора был договор с советником? Условия резко поменялись? Почему Харитонов впал в ярость?

– Сколько? – вдруг спрашивает Захар.

– Чего? – рычит Харитонов. – Захлопни пасть, щенок.

– Ты денег хочешь, - вкрадчиво замечает парень. – Так сколько? Назови сумму. Я заплачу.

– Твои жалкие гроши меня не интересуют.

– А кто сказал, что там гроши? – хмыкает Захар. – Я еще до поступления начал зарабатывать сам. Никак не связан завещанием деда. Ну и мои хакерские навыки никто не отменял. Я любой банк в момент обчищу.

– Фантазер, - гневно цедит Харитонов.

– Я докажу все на деле.

– Добудешь для меня миллиард? – издает смешок.

– Почему нет?

– Ты думаешь, я дебил? Поведусь на такой тупой развод? Все, заглохни. Я и так слишком долго тебя терпел. Сегодня мы подведем черту. Пора взять то, что мне принадлежит по праву.

– Твой план принесет больше миллиарда? – спрашивает Захар.

– Гораздо больше, - заключает Харитонов и голос его пронизан предвкушением.

– И больше десяти? Сразу. На любой счет. Хоть в эту самую секунду. Тоже не придется ничего ожидать?

– Десять миллиардов? – переспрашивает с недоверием. – Сразу?

– Да, - уверенно подтверждает Захар. – Мне хватит пару кликов сделать. Деньги отправятся, куда прикажешь. Вообще, не вопрос.

– Да что ты такое несешь, щенок? Хочешь сказать, у тебя завалялось столько денег на личном счету?

– Я никогда не лгу.

– Десять миллиардов?

– В точку.

– Отлично, - посмеивается Харитонов, но ощущается, что он заинтересован, просто сомневается в настолько фантастических возможностях. – А может, двадцать? Или тридцать?

– Надо будет – достану и больше.

– Еще скажи, будто лимита нет?

– Нет.

– Захар, ты реально дашь деньги Харчку? – не выдерживает Джокер.

– Заткнись, - рявкает советник. – Всем замолчать. Пошевеливайтесь. Нечего тянуть время. Двигайтесь вперед. Оборачиваться

я вам не разрешал.

Остаток пути проходит в напряженной тишине. Лишь рваное дыхание режет воцарившееся повсюду молчание. А еще – грохот шагов.

Я понимаю, Захар не блефует. Он реально заплатит любую сумму. Отдаст все, что у него есть. Никаких границ для него не существует.

Дорога кажется бесконечной. Но я никуда не спешу. Наоборот, опасаюсь оказаться на крыше слишком быстро, ведь это послужит новым витком замысла Харитонова. Мои ноги точно наливаются свинцом. Я с трудом способна переставлять их. Тяжесть враз затапливает, обрушивается на плечи. Впечатление, точно тело сковывают цепями. Бедра мелко подрагивают, колени подгибаются от дикого напряжения. Каждая новая ступень дается с огромным трудом.

Воздух становится холоднее. Порыв ветра ударяет в лицо. Еще несколько секунд – и мы выходим на открытую площадку. Вокруг нет охраны. Но это и понятно, ведь Харитонов сам сказал, что поменял их график.

Я рефлекторно оглядываюсь в поисках помощи, сминаю куртку, сдавливаю стальную рукоять. Издевательская ирония. Обладать смертоносным оружием, однако не иметь ни единого шанса его применить.

Или все же рискнуть? Советник убьет меня в любом случае. Разве есть смысл дальше выжидать? Помощи ждать неоткуда. Ребята ничего не станут предпринимать, пока я у него под прицелом. Нужно разорвать этот заколдованный круг. Иначе всем конец.

Пульс бьет по вискам. Страх выбивает опору из-под ног.

Я отчаянно стараюсь найти выход из темного лабиринта, в котором мы вдруг оказались заключены.

– Стоять, - приказывает Харитонов. – Лицом ко мне.

Парни разворачиваются.

– Нет смысла тащиться до самого «Маяка», покончим со всем здесь, - продолжает советник, а после отпускает меня, но дуло от затылка не отводит, достает что-то, швыряет ребятам под ноги. – Каждый берет по одному. Быстро!

Всего пара секунд. Второго шанса не светит явно.

Я даже не успеваю толком подумать, просто больше не чувствую мускулистую руку на талии, поэтому моментально действую. Выпускаю куртку из пальцев и приседаю следом за ней. Дуло пистолета остается вверху.

– Какого хрена? – буквально ревет Харитонов.

– Я уронила куртку, - выдаю глухо.

Усаживаюсь на каменный пол, чуть отползаю назад, смотрю на советника, точнее на оружие в его руках.

– Карманы выверни, - распоряжается он.

– Но там ничего…

– Карманы! – орет и краснеет от ярости.

Я подчиняюсь, но содержимое внутреннего кармана не показываю. Зачем? Харитонов о нем попросту не знает.

– Здесь таблетки, - бросаю упаковки ему под ноги. – Обезболивающие. Когда Джокер был ранен, я их использовала. Захватила из домашней аптечки. В подвале дома было много всего полезного.