Жаркая ночь
Шрифт:
Припарковавшись напротив маленького кирпичного здания, она открыла дверь ресторана, и висевшие над ней колокольчики тотчас же зазвенели, возвещая о ее прибытии. С улицы ресторанчик показался ей неказистым, однако внутри оказался милым и уютным. Грубо отесанные столы, покрытые ярко-красными скатертями, радовали глаз.
В воздухе витал такой вкусный запах жарящейся яичницы, тостов и ароматного кофе, что у Энни слюнки потекли. Подойдя к буфетной стойке, она уселась на скрипучий красный виниловый табурет.
– Сейчас я к вам подойду! – крикнула стоявшая за стойкой
Крутясь на табурете, она принялась разглядывать самые разнообразные старинные предметы, развешанные по обшитым панелями стенам: хомуты, лезвия плугов, пилы, наконечники стрел. Рядом с ними висели предметы домашнего обихода, такие как оловянная посуда и скалки. Владелица ресторана, похоже, занималась еще и продажей местных поделок: вязаных коров, украшенных бантами и засушенными цветами, и деревянных коробочек, раскрашенных яркими абстрактными цветами. Последних набралась целая полка.
На стенах также висело множество старинных фотографий, на которых люди с застывшими лицами были сняты на фоне белых фермерских домиков. А над кассовым аппаратом висела литография Черного Ястреба, выполненная в романтическом стиле.
Этакий свирепый старикан, чьей бритой голове с воинственно торчавшей прядью волос, оставленной для устрашения врагов, и многочисленным серьгам позавидовал бы любой уважающий себя рокер. Черный Ястреб сражался вместе с Текумсе на стороне англичан, когда главный зерновой район Америки все еще принадлежал веселой старой Англии. Будучи уже в преклонных годах, он со своей бандой заставил пограничные отряды американской армии изрядно попотеть, прежде чем им удалось заманить его в ловушку у реки Бэд-Экс. А потом началась резня, в которой погибли сотни индейцев, включая женщин и детей...
– А вот и меню.
Голос официантки прервал мрачные мысли Энни. Она обернулась и увидела перед собой дружелюбное круглое лицо с несколькими подбородками.
– Спасибо.
– И чашечка кофе. Попейте пока, а я через минуту подойду к вам и приму заказ.
Пока Энни ждала, прихлебывая кофе, она снова огляделась по сторонам. Время завтрака миновало, и за столиками было мало посетителей. Официантка лет под сорок с выкрашенными темной краской волосами брала заказ у группы старичков, напропалую с ней флиртовавших. Весело смеясь, она что-то кокетливо им ответила, делая пометки в блокноте, и уверенной походкой, по-деловому печатая шаг и энергично размахивая руками, направилась на кухню, скрипя туфлями на толстой подошве.
Официантка, подавшая Энни кофе, вернулась и, выхватив из кармана блокнот, проговорила:
– Что вам принести?
– Пожалуйста, большую стопку блинов... нет, подождите, поскольку я в Висконсине, принесите мне большой омлет с сыром, политый сиропом. – В предвкушении сытного завтрака в животе у Энни забурчало. – И несколько блинов. А еще порцию бекона.
Официантка и глазом не моргнув выслушала заказ, который скорее сделал бы водитель-дальнобойщик, а не хрупкая девушка.
– Сироп подогреть?
– Да, пожалуйста. Большое вам спасибо.
Во время завтрака Энни удалось завести разговор с официанткой,
– Значит, говорите, писательница и фотограф? – переспросила Милли, энергично протирая хромированный автомат, выдающий салфетки. – Вот это да! А в наш город надолго?
– Скорее всего на несколько месяцев. Я еще пока в нем слабо ориентируюсь. Не возражаете, если я задам несколько вопросов?
– Валяйте. Всегда рада помочь своим посетителям.
– Моя основная работа будет проходить на ферме Блэкхок-Холлоу. Вы знаете, где она находится?
– Естественно, там живет Рик Магнуссон.
– Вы с ним знакомы? Милли хмыкнула:
– Да я его с пеленок знаю. Мы с мужем, еще когда жили на ферме, были с его родителями соседями.
– Кто это тут вспоминает Рика Магнуссона? – Молоденькая официантка, наливавшая в кофейник воду, повернулась к Энни и улыбнулась ей. – Я недавно видела его в супермаркете. Он шел по проходу, а потом остановился у того места, где лежали мускусные дыни, и принялся их ощупывать Я чуть не кончила, глядя на него.
Смущенно кашлянув, Энни поставила на стол чашку, а Милли, нахмурившись, накинулась на бесцеремонную девицу:
– Джоди, я уже тысячу раз тебя предупреждала: нельзя болтать все, что вздумается, в присутствии посетителей!
– Но ведь это правда, – упорствовала обиженная молодая девушка.
Энни повернулась к светловолосой полногрудой Джоди:
– Так вы находите его привлекательным?
– О Господи! Ну конечно, – со вздохом ответила Джоди. – Но этот парень холоден как лед и слишком занят, чтобы обращать внимание на такую девушку, как я. Всегда вежлив, всегда предупредителен, но, клянусь, нужно, наверное, быть секс-бомбой, чтобы его расшевелить. А я в этой уродливой форме выгляжу как корова под седлом.
В этот момент на кухне звякнул кассовый аппарат, кухарка грубым голосом выкрикнула сумму, и Джоди бросилась выполнять заказ. Энни с облегчением вздохнула: слава Богу можно не придумывать тактичный ответ.
Заметив смущенное выражение на лице Милли, она рассмеялась:
– Не переживайте, я вовсе не чувствую себя оскорбленной.
– Эти современные девицы – просто ужас какой-то! Такое вытворяют – уму непостижимо! – Милли сокрушение покачала головой, но спустя мгновение улыбнулась. – Но то что Рик трудяга, она верно заметила. Помнится, он был еще совсем мальчишкой, а уже помогал своему отцу по хозяйству А что вы собираетесь делать у него на ферме?
– Я занимаюсь исследованием войны Черного Ястреба.
– Ну, тогда вы попали туда, куда надо, – заметила Милли, в очередной раз наливая Энни кофе. – В наших местах Черный Ястреб – знаменитость.
– Я это заметила.
Колокольчики над дверью снова звякнули. Энни обернулась: хорошо одетый темноволосый мужчина вышел из ресторанчика, махнув на прощание рукой и улыбнувшись группе старичков.
– А почему вы расспрашиваете про Рика?
Энни повернулась к Милли – глаза женщины подозрительно сузились.