Жандарм-3

Шимохин Дмитрий

– Эээ, – растерялся Котельников. – Спасибо за предупреждение. Я подумаю. Да и с деканами надо посоветоваться. Реализовать ваше предложение не так просто, как может показаться на первый взгляд.

– Подумайте, – кивнул я и наконец покинул его кабинет.

Выйдя на улицу, я впервые за последние несколько дней не знал, чем сейчас заняться. Нет, дел было запланировано много. Тут и снова на курсы в жандармерию сходить, спросить у унтера, нашел ли он мне партнера для занятий, и договориться о них. Но это лучше сделать, когда у бойцов роты проходят курсы. Тогда

я точно его застану, а где его искать сейчас – понятия не имею. Еще в планах обустроить Сашку с братом, но это только завтра будет. До встречи с Лидой вообще несколько дней. Зайти в полицию, узнать, нашли ли они Таланина? А смысл? Если бы нашли, то уже позвонили. Только если напомнить о себе, чтобы пошевеливались, но что-то не хочется мне сейчас в участок тащиться. С родителями студентов опять нужно ждать их действий. Если они возьмутся за перевод своих чад в другие учебные заведения, то от моей персоны это их точно отвлечет. Так что если мои подозрения верны и кто-то из них замешан в распространении лживых статей, то ничего подобного снова они не совершат.

Вот и получалось, что дел у меня запланировано много, а прямо сейчас никуда торопиться не нужно. Да и вообще, отдохнуть бы… Тем более и деньги на это есть…

– Стоп! – сказал я сам себе. – Эдак я все полученное потрачу и не замечу. А второго такого вагона и не найдешь. Уж лучше попробовать вложить мои рубли в какое дело.

Приняв такое решение, я поймал извозчика и двинулся к единственному человеку из моих знакомых, кто разбирался в финансах и умел зарабатывать на собственном деле. Тем более что у меня было на него еще задание от Прохорова. Я двинулся в дом Боголюбова!

В доме Анатолия не оказалось, но я бы удивился, будь иначе. Время обеденное, а он человек деятельный. Зато его управляющий был в курсе планов своего господина и, обзвонив места, куда он собирался, нашел Анатолия в банке.

Договорившись встретиться в одном из московских ресторанов, я покинул дом Боголюбовых и полной грудью вдохнул перегретый воздух улицы. Очень надеюсь, что эта встреча будет не напрасной. И поймав извозчика, я направился в ресторан.

– Григорий, как я рад тебя видеть! – встал из-за стола, первым пришедший на встречу, Анатолий.

– И я рад, – улыбнулся я, и мы обнялись.

– Присаживайся. Я уже заказал нам утку в яблоках и их фирменный суп из щуки. Надеюсь, ты не против моего самоуправства?

– Нет. Голоден как волк и сейчас рад любому блюду.

– Отлично!

Тут нам принесли кувшин с холодным клюквенным морсом и тарелку мясной нарезки, чтобы мы подкрепились, пока ждем заказ.

– Мне еще одна важная встреча предстоит, вот и приходится пока ограничивать себя, – словно извиняясь, что вместо вина выбрал морс, сказал Боголюбов.

– Да я и сам не любитель алкоголя.

– Ну, рассказывай, как у тебя дела?

– Все отлично, – не стал я распространяться о случае с газетами.

– Я уже успел узнать тебя, – хитро прищурился Анатолий, – признавайся – ведь не просто так меня искал?

– Не просто, – кивнул

я. – Деньги за шкуры я получил, спасибо за помощь, – тот лишь беспечно отмахнулся, – но теперь вот думаю, куда бы их пристроить с умом. Поможешь советом?

– Советом? А сколько ты хочешь пристроить?

– Четыре тысячи, – прикинув свои возможные расходы, ответил я.

– Тогда у меня есть для тебя несколько вариантов, – сказал Анатолий.

И я тут же сосредоточился, чтобы ничего не упустить из его слов.

* * *

Домой Илья Иванович вернулся в дурном настроении. И как только зашел, особняк огласил его зычный рык:

– Кирюха!!! Подь ко мне в кабинет!

Скинув не глядя шляпу, не разуваясь, купец размашистым шагом двинулся туда же.

Когда он разместился за столом, в кабинет зашел и его отпрыск.

– Звал, батя? – чувствуя настроение отца, парень зашел не как обычно, вальяжно и с гордо поднятой головой, а насупившись, смотря исподлобья.

Ногу ему давно вылечили. Потакая желанию любимой, Илья оплатил сыну настойку регенерации. Но в институт об этом сообщать не спешил, чтобы уберечь Кирилла от внимания полиции. А то мало ли как бы там дело пошло. Даже опрашивал студента о событиях того вечера титулярный советник полиции, стоя у кровати парня, пока тот лежал с замотанной ногой.

– Перед наставником этим институтским извинишься.

– Но… – попытался напомнить Кирилл о желании отца наказать Бологовского за ранение сына.

– Никаких «но»! – оборвал его Илья Иванович. – Иначе он обвинение свое из полиции не заберет. Ты что, бегать от суда будешь? Так потом не тебя, а меня трясти начнут, что укрываю сына! Вот то-то радость моим торговым партнерам будет! Я сказал – извинишься и точка!

– Понял, батя, – скрипя зубами, согласился парень.

– И вот еще что, – сузив глаза, продолжил купец. – А скажи мне, Кирюша, нет ли за тобой и твоими друзьями греха какого?

– Ты о чем, батя? – сделал непонимающее лицо тот.

– А о том, что этот наставник почему-то уверен, что вы не просто так на него напали! Что вы боитесь, что он что-то о вас узнает, за что вас и отчислить можно!

– Да не узнает он ничего… – пренебрежительно отмахнулся Кирилл.

– Значит, есть что скрывать, – удовлетворенно кивнул мужчина. – А ну рассказывай стервец! – рявкнул он на сына.

Вздрогнув, Кирилл попытался еще поотнекиваться, но супротив отца не смог долго запираться.

– По прошлому году то было, – тихо начал рассказывать Кирилл. – Помнишь, Мишку Тигрова?

– Сокурсника вашего, что зимой в полынье нашли? – стиснул зубы Илья Иванович.

– Ну, – Кирилл затравленно кивнул.

– Вы его?

– Не сами, – тут же вздрогнул Кирилл. – Мы его попужать хотели. На занятиях-то он первый всегда был, и нос задирал. Вот нас обидки и взяли. Взяли собак у цыган на время, да стали делать вид, что на него спустим. То как раз у реки было. Кто ж знал, что он так испугается, что по льду побежит? А лед ведь только взялся, ему еще бы пару деньков постоять…