Жандарм 3

Семин Никита

О как! Вроде как только подозреваемые, но уже преступники? Лихо граф завернул!

— Вы в состоянии принять участие в облаве господин корнет?

— Так точно!

— Но Григорий ранен! — вдруг раздалось из-за моей спины, и рядом со мной встала Лида. — Ему сейчас отлежаться надо!

— Милостивейшая сударыня, у меня сейчас каждый человек на счету, — поморщился Уваров. — Поэтому, раз он уверен в своих силах, он примет участие в облаве!

— А я давно говорил, что не нужно играться с этими «борцами за свободу», — раздраженно фыркнул Великий князь. — Выявили? Так в тюрьму их! А не ждать, пока те ударят.

— Я уже много

раз говорил, — сдержанно вздохнул Уваров. — Хватать рядовых исполнителей — бесполезно. Нужно арестовывать главарей. А на них не выйти, если рядовые будут по тюрьмам сидеть.

— Это пустой спор, — отмахнулся князь. — Сейчас мне нужны имена — кто и для какой цели организовал это нападение. Действуйте, граф!

Глава 15

Перед тем, как отправиться участвовать в облаве, я решил съездить домой и переодеться. А то в таком наряде, как на мне, не преступников брать, а самому в камере сидеть. Костюм был порван, заляпан кровью и восстановлению не подлежал. Только деньги на ветер. Да и еще найти надо было ротмистра Калужного, которого упомянул граф Уваров. В поместье губернатора этого офицера не было, я первым делом это уточнил у бойцов роты быстрого реагирования, которые уже прибыли на место происшествия. Остается лишь одно место, где я смогу его найти — управление жандармерии. Поэтому и ничего страшного в небольшой задержке я не видел.

— Лида, — подошел я к девушке, чтобы попрощаться. — Извини, что не смогу проводить тебя домой. Мне нужно идти.

— Гриш, — прошептала она, обхватив мое лицо ладонями. — Ты... ты только береги себя. Не лезь в самое пекло. Обещаешь?

— Постараюсь, — выдавил я из себя.

Давать обещания, которые не смогу выполнить, не хотелось. Это же по моим глазам поняла и сама девушка. И тут же не сдержалась и жарко поцеловала меня.

На несколько секунд все вокруг для меня словно пропало. И суетящиеся люди, и необходимость куда-то идти, и даже небольшая оставшаяся после лечения боль в полученных ранах. Этот поцелуй отличался от нашего прошлого. Здесь было все: и страх за меня, и обещание ждать, и главное — теперь я чувствовал, что точно перестал быть для Лиды «одним из многочисленных ухажеров». С этого момента мы стали намного ближе.

Увы, это волшебное мгновение не продлилось долго.

— Лида!! — привел нас в чувство гневный окрик ее отца.

Девушка отстранилась, с неудовольствием посмотрела на родителя и, пожелав удачи, пошла к нему.

На выходе уже стояло плотное кольцо из городовых, что сдерживали столпившихся зевак. Изредка они пропускали только прибывающую помощь, да немногочисленные автомобили высоких чинов, предварительно досматривая их.

Когда я подошел к оцеплению, то полицейские как раз впускали большую машину в форме бочки с расчетом пожарных внутри.

— Вернитесь, ваше благородие, — остановил меня молодой рядовой, вежливо выставив передо мной руку. — Не велено никого выпускать.

— У меня распоряжение самого Великого князя, — показал я ему свое удостоверение жандарма.

Если оружие я с собой не брал, то вот эту бумажку не забывал никогда. Ведь неизвестно, в какой момент она может пригодиться. Вот как сейчас.

Самостоятельно рядовой полицейский все же не решился меня выпустить и отправил к старшему унтер-офицеру. А вот тот уже был в курсе о распоряжениях Романа Николаевича и графа Уварова и дал команду меня пропустить.

Но и на

этом мои препятствия по выходу из поместья губернатора не закончились. Стоило мне пройти сквозь цепочку городовых, как ко мне тут же кинулся мужичок лет сорока, на ходу размахивая какой-то бумагой и как пулемет выплевывая один вопрос за другим.

— Милостивый сударь, расскажите, что произошло? Есть ли погибшие? Кто пострадал? Это действия революционеров? Уже известно, кто взял на себя ответственность за содеянное?

Я попробовал от него отмахнуться, но не тут-то было. Мужичок пристал как банный лист и ни в какую не хотел меня отпускать. Бумагой же оказалось подтверждение о том, что он работает в издательстве Морозова и имеет там должность журналиста. Только сославшись на приказ о нераспространении информации и уголовном преследовании не только тех, кто что-то расскажет, но и особенно тех, кто задает вопросы, удалось от него избавиться. Конечно, я ему нагло соврал, но другого способа отделаться от этого прилипалы я не нашел.

Пролетку удалось поймать лишь отойдя на два квартала от поместья. Ближе городовые никого не пускали. Искать же нанятый автомобиль не было времени. Приказав извозчику гнать как можно быстрее и доплатив за скорость, я ворвался в подъезд дома и буквально пробежал мимо сидящего и растерянного Дормидонта Поликарповича. Его слова донеслись мне уже в спину.

— Григорий Мстиславович! Что с вами случилось?! Вам звонили из какого-то управления! Сказали, чтобы вы срочно прибыли! А из какого — не уточняли. Даже не представились!! Григори...

Ворвавшись в квартиру, я тут же принялся скидывать с себя всю испорченную одежду. Вышедшие из спальни на шум мальчишки, сонно потирая глаза, с удивлением наблюдали за мной.

— Григорий Мстиславович, вы же вроде на бал ехали? — растерянно произнес Сашка.

— Да, и я там был. Так, — повернулся я к нему. — Квартиру не покидать! Носа из дома не высовывать, пока я не вернусь. Понятно?

Те только закивали, хотя понимая-то на лицах у них как раз и не было.

— Сейчас в городе шухер. Вся полиция на ногах, да и жандармерию всю созывают. Я на службу. Вернусь, расскажу, что можно будет. А сейчас — идите спать. И из дома — ни ногой! — прицепляя кобуру с револьвером, добавил я напоследок.

Больше ничего не говоря, я быстро выскочил за дверь и побежал по лестнице вниз. Консьерж еще попытался задать пару вопросов, но я его и на этот раз проигнорировал. Хотя потом конечно нужно будет как-то извиниться за свое поведение. А то плохие отношения с ним могут привести к неприятностям. Причем в первую очередь он может на детях отыграться. Но это потом, а сейчас я прыгнул в пролетку дождавшегося меня извозчика и погнал в сторону управления.

Ротмистром Калужным оказался дежурный офицер, что сидел на входе в здание управления. Когда я зашел, он как раз заполнял бумажки на выезд моему старому знакомому — Ибрагиму Мирзоянову.

— Здравствуй, — протянул он мне первым руку. — И тебя из дома сорвали?

— Да я как бы был непосредственным участником происшествия, из-за чего нас всех сорвали, — немного похвастался я.

— О! Расскажешь?

— Рядовой, — привлек его внимание ротмистр. — Держите предписание. Вы переходите в подчинение ближайшего офицера, который прибудет сейчас к нам.

— То есть к нему? — показал на меня пальцем Ибрагим.

Ротмистр вопросительно посмотрел на меня, и я тут же протянул ему свое удостоверение.