Жандарм 2
Шрифт:
У меня и так вечер выдался тяжелым, а тут еще и такое заявление! С чего бы вдруг?
— Может, сначала пройдем в дом, а не будем говорить на пороге? — оглянулся я по сторонам.
Она молча отодвинулась в сторону, дав мне зайти, и когда я все же прошел мимо нее и двинулся к себе в комнату, добавила мне в спину:
— Сегодня же!
А вот это уже заставило меня остановиться и с недоумением обернуться.
— С чего такая категоричность?
— Я не позволю вам устраивать здесь вертеп и рушить жизнь моей кровиночке!
Женщина была готова чуть
— Давайте вы все же скажете, с чего вы решили, что я собираюсь рушить Юле жизнь?
— Она мне все рассказала! Как вы пытались ее поцеловать. Как она заперлась от вас в своей комнате. И сейчас она боится, что вы придете к ней, пока я буду спать!
— Что за бред?! — не выдержав, воскликнул я.
— А почему она зареванная сидит и из комнаты не выходит? — обвинительно ткнула меня пальцем купчиха.
— Да потому что она сама меня соблазнить пытается, а я ей отказал!
— Вот как? — нахмурилась женщина и с сомнением на меня посмотрела.
— Да! Когда я вас попросил меня разбудить, а вы поручили это Юле, я проснулся в тот миг, когда она меня почти поцеловала! Я ее тогда остановил и потребовал покинуть мою комнату. Она тогда тоже разревелась, но я подумал, что поплачет и успокоится.
— Я вам не верю, — покачала головой Марина Сергеевна и топнула ногой. — Но даже если это и так, одним своим присутствием вы причиняете девочке страдания. Уходите сейчас же. Остаток за аренду я сейчас вам верну.
Вот же ж!! Не было печали! Матерясь сквозь зубы, я пошел в свою комнату, собирать вещи. Спорить с Ипатьевой не было смысла. Да и действительно лучше покинуть сей чудный дом, пока Юля еще чего не учудила.
— Маменька, что происходит? — выглянула Юля из своей комнаты, когда я уже стоял с сумкой и забирал остаток денег от Марины Сергеевны.
— Григорий Мстиславович съезжает.
— Но... но зачем?! Почему? — растерялась девчонка.
— Ты же сама сказала, что опасаешься, что он придет к тебе? Вот я и попросила его покинуть нас, — серьезно произнесла купчиха.
— Но я не то имела в виду! — закричала Юля, и в отчаянии начала заламывать себе руки. — Я думала, что ты призовешь его к ответственности! Чтобы он стал предупредительным со мной! Зачем, мама?!!
Из глаз девчонки полились слезы и, не обращая внимания на мать, она кинулась ко мне.
— Не отпущу! — вцепилась она в мою руку с сумкой и прижалась лицом к груди. — Не покидайте меня. Я ведь вас люблю! Почему вы меня бросаете?
— Юля, — голос Марины Сергеевны дрогнул. — Ты меня обманула?
— Мама, я хочу быть с Григорием, — всхлипнула девчонка.
Я попытался мягко высвободиться из ее хватки, но не получилось. Та еще сильнее прижалась ко мне.
— Юль, мы не будем вместе, — решил я перейти к словам. — Извини, но ты для меня слишком маленькая.
— Я вырасту, — пробурчала она мне в грудь.
— Да, вот только и мне будет еще больше лет. И жизнь не стоит на месте. К тому же, почему
— Вы про ту девицу, с которой пришли и провели ночь? Так забудьте ее! Она уже уехала. Я узнавала, специально ходила. Она прожила в арендованной вами комнате всего сутки и потом съехала.
— Куда? — вырвался сам собой вопрос.
И не потому, что мне так дорога Евгения. Просто ее упускать из вида не стоит. Мало ли чего она еще учудит в мою сторону!
— Да! Забудьте ее. А я — вот она, перед вами.
Юля оторвалась от моей груди и взглянула с надеждой мне в глаза. Вот только я ей взаимностью ответить не мог. И она это увидела. Задавив рвущийся из груди рев, она отпустила меня и деревянной походкой вернулась в свою комнату.
— Уходите, — повторила Марина Сергеевна. — Время лечит. Она успокоится, но только, если вас не будет рядом.
Я молча развернулся и покинул ставший таким негостеприимным дом. На душе было погано и даже противно. Вдохнув прохладный ночной воздух, я задумался, куда могу пойти. Снять комнату сейчас не выйдет. Надо ждать до утра. Но где?
Вспомнилась Ольга и ее ситуация. Ее ведь тоже чуть не выкинули на улицу в ночь. Как меня сейчас. Так может получится у нее провести это время? Надеюсь, она меня не выгонит. И у нее не окажется никого в гостях. Пожалуй, последнее было бы самым обидным и точно сделает этот день худшим в моей жизни. И выйдя на дорогу, я кликнул ближайшего извозчика, а спустя полчаса стучался в знакомую дверь.
— Григорий? — открыла мне дверь заспанная Ольга.
— Ты одна?
— Да. Что-то случилось? — заметила она сумку в моих руках.
Я же облегченно выдохнул.
– Можно у тебя переночевать? А то у меня с хозяйкой комнаты вышел конфликт... Утром я уже уйду и найду себе новое жилье, — тут же постарался я ее «успокоить».
— Заходи, конечно, — пропустила она меня внутрь. — Расскажешь?..
— Не сейчас, — покачал я головой.
Положив сумку у входа, я разделся и уже думал занять место, где спала Зина, как Ольга потянула меня к себе.
— Извини. Сейчас мне не хочется, — предупредил я ее.
— Мне тоже. Просто раз уж ты пришел, побудь моей «подушкой». Мне так одиноко сейчас...
— Хорошо.
Когда мы легли, девушка немного поелозила на моей груди, и вскоре заснула. А там и меня сморила усталость. Впервые при посещении вдовы у нас ничего не было.
Илья Иванович Посеребренный сидел в своем кабинете и подсчитывал убытки. Купец второй гильдии он по праву считал себя человеком, что имеет некий вес в обществе. В основном Илья Иванович имел паи в разных обществах, не отдаваясь какому-то делу полностью. С одной стороны — из-за этого он никогда не имел полной прибыли от какого-то предприятия. С другой — риски тоже были общими. Но мечта создать что-то свое, что будет принадлежать лишь ему, никогда не покидала мужчину. Вот только каждый раз, когда он пытался начать новое дело, его словно преследовал злой рок.