Ж. замечательных людей
Шрифт:
– Ну что ты ко мне пристала? Не хочешь – иди в Иисуса верь.
Я ехала домой…
Чушь какая! Значит, кто-то выбирает себе роль педофила. «Дай, – думает, – поистязаю детишек. Это ж всё равно понарошку. Да и им в кайф – они же сами себе это выбрали». Ни больниц, ни судов не нужно. Плывём по течению – к светлому будущему в конце тоннеля.
Я лучше в НЛО буду верить, чем в такую фигню. Старые религии хоть и поистаскались, но в них есть большой плюс: понятие греха. Страх быть неугодным Богу многих
Мелисса только что позвонила.
– Ты не думай, я не оправдываю Гитлера! Я просто сама ещё не до конца разобралась… А Лёле скажи вот что: нужно освободить место для чуда. Оно придёт, когда ему будет куда прийти.
И положила трубку, коза.
22. Портрет моего мужчины
У него необычное лицо. Высокий лоб, глаза цвета жёлудя и светлая славянская кожа. Бойцовский подбородок, доставшийся в наследство от предков-англичан… Люблю его разглядывать, когда он спит или читает, – необычный!
Сидя за компьютером, он мурлычет под нос песенки. Болея «за футбол», скачет коленками по дивану.
Любит красивые и дорогие машины. Мне без разницы – лишь бы не ободранная и не ломалась. А ему нужна «О-о-о!».
Кухня для него – terra incognita. Все предметы загадочны, как оборудование секретной лаборатории.
Зато он умеет чинить пластмассовую коробку, от которой работает спутниковое телевидение. А ещё – решать проблемы. Почти любые.
Спорит – громко, задавливая интеллектом и изобретёнными по ходу аргументами. Придумывает мне прозвища по типу еврейских фамилий. Берёт на себя ответственность за всех и вся и страдальчески морщится, когда люди бывают дураками.
Любит меня, работу и победы. Ещё – крутить себе волосы на макушке: это помогает ему думать.
Не любит жить медленно. Аэропорты и магазины нагоняют на него тоску.
Когда его нет – скучаю. Пусть будет рядом, за стенкой, пусть смотрит свой телевизор или режется в покер с приятелями. Но чтоб под боком.
Мальчишка – поэтому с ним весело и свободно. Мужчина – и поэтому с ним чувствуешь себя в безопасности.
23. Дневники светских львиц
Моя новая книга вышла в серии «Дневники светских львиц». Не удержалась, кинулась читать предшественниц – надо ж знать, куда занесла меня судьба.
Светские львицы рассказывают о своей любви к президенту, сексу и Куршевелю. На заднем фоне маячит принц с сослуживцами. Главными героями являются Версаче, Шанель и Дольче с Габбаной.
Не верю ни одному слову. Человек, у которого есть деньги, не станет акцентировать внимание на марке барахла. Для богатых это естественная среда, и богатая дама никогда не будет писать, в какие лейблы она оделась. Это всё равно что перечислять: «Сегодня, встав с утра, я вдохнула азот, кислород, углекислый газ и ещё много других примесей».
Хотя, возможно,
Жена Кевина – тоже не бог весть какая баронесса, но ей в голову не придёт хвастаться, что и в каких магазинах она покупает. Она уже двадцать лет там отоваривается, и все подружки её там же пасутся. Чем она их удивит?
Про работающих дам и говорить нечего: они хвастаются интересными идеями и удачными проектами.
Невозможно целый год ездить на BMW и каждый день восхищаться: «Офигеть!» Ну месяц, ну два… Потом игрушка приедается. Большие деньги тратятся на бизнес, на благотворительность, на образование, на дорогие хобби. А уж барахло – это такая малая часть расходов и такая незначительная часть жизни…
Особенно порадовала какая-то телеведущая, которая утверждает, что по марке джинсов сразу можно определить, «в теме девушка или не в теме». Я посмотрела на свои штаны: боюсь, мамзель такой темы даже не проходила.
А вообще светские львицы – интересные звери. Тратят жизнь на доказывание, что они не крокодилы – с помощью перемены табличек на клетках. Но тиражи у львиц весьма неплохие, так что я попала в струю.
24. Куда рыбы попадают после смерти?
Лёля ходит по врачам, как по кругам ада. Они предупреждают её о возможных осложнениях: чтобы пациент напугался соответственно болезни. Знание у них – сила, а сила есть – ума не надо.
Впрочем, Лёля держится молодцом. Говорит, что подарит мне свои камни для японского садика в Нижнем Новгороде.
И всё равно видно, насколько она боится – боли, небытия, невозможности помочь сыну и мужу. И ещё беспомощности. Лёля привыкла думать о себе, что она горы может свернуть – стоит покрепче ухватиться. А болезнь ставит её на место: крошечный камешек, засевший где-то внутри, может превратить её в инвалида.
Я регулярно хожу к Зэку, и мои результаты тоже неутешительны. Стоит мне набрать его номер, как он бросает трубку. На имейлы не отвечает. Заслышав мой голос в домофоне, прячется, как призывник от милиции.
Агнесса посоветовала мне устроить засаду:
– Ты приходи к нам часиков в шесть и сиди, пока он домой не явится. Только машину оставь на соседней улице, чтобы его не спугнуть.
Заодно она попросила меня побыть с Пи-Пи. Ну что ж, у каждого свой интерес.
Пи-Пи встретила меня вся в чёрном: у неё сдохла золотая рыбка.
– Мардж, а куда попадают рыбы после смерти?
Я пожала плечами.
– В специальный рыбий рай.
Мы выловили страдалицу из аквариума и смыли в унитаз. Пи-Пи с грустью проводила её взглядом.