Зеркало загадок
Шрифт:
— Тебе пора вниз, к другим клоунам, — сказала девочка.
Бабушка поправила подушку Сесилии и погладила её по щеке.
— Я так жду, когда ты тоже спустишься вниз. Нам осталось только поесть…
Когда бабушка ушла вниз, Сесилия нащупала китайский дневник и фломастер. В первую очередь она написала:
«Я больше не стою на незнакомом пляже на берегу Эгейского моря. Но волны по-прежнему бьются о берег, а камни перекатываются взад и вперёд, меняясь
Она быстро просмотрела всё, что написала до сих пор. А потом продолжила:
«Мы плачем, когда видим что-то грустное. Ещё мы не против уронить слезу, когда видим что-то красивое. Когда мы видим что-то смешное или некрасивое, мы смеёмся. Мы можем загрустить, когда видим что-то красивое, потому что знаем что оно не вечно. И мы начинаем смеяться когда видим что-то некрасивое, потому что знаем, что это создано искусственно.
На клоунов смешно смотреть, потому что они ужасно некрасивые. Когда они снимают маски перед зеркалом, они становятся прекрасными. Поэтому клоуны чувствуют себя грустными и несчастными каждый раз, когда входят в гримёрку и плотно закрывают за собой дверь».
Сесилия снова задремала и проснулась, только когда папа пришёл, чтобы отнести её вниз.
— Раздача подарков! — объявил он.
Он подсунул руки под Сесилию и высоко поднял её вместе с красным одеялом.
Подушка осталась на кровати, поэтому светлые волосы коснулись пола, когда он поднимал дочку. Они успели сильно отрасти.
Внизу у лестницы стояли дедушка и Лассе.
— Ты похожа на ангела, — возвестил дедушка. — А одеяло — на облако из роз.
— Ангелы с неба к земле летят, — пропел Лассе.
Когда они прошли пол-лестницы, Сесилия повернула голову и встретилась с ними взглядом.
— Бред! — запротестовала она. — Ангелы сидят наоблаках. Они не болтаются под облаками.
Дедушка в ответ усмехнулся, выдохнув в комнату плотное облако сигарного дыма.
Папа положил Сесилию на красный диван. Они набросали на него кучу подушек, чтобы девочка могла видеть ёлку. Она взглянула наверх.
— А в прошлом году мы вешали на макушку другую звезду.
Мама быстро подошла к Сесилии — как будто она очень жалела, что нынче не всё было так, как в прошлом году.
— Видишь ли, мы не нашли ту. Папе пришлось купить новую. И куда она только подевалась?
— Вот загадка…
Сесилия оглядела комнату, а остальные наблюдали, как она оглядывает комнату. Они смотрели на неё и следили за направлением её взгляда.
В комнате не было ни одного тёмного угла. Сесилия насчитала двадцать семь зажжённых свечей — ровно столько же, сколько колечек на прабабушкином карнизе в её комнате. Ну не любопытное
Под ёлкой были сложены все подарки. Единственным отличием от прошлого года было то, что дедушка больше не изображал Санта-Клауса. Это тоже было решением Сесилии:
— Не думаю, что смогу вынести всю эту ерунду с Санта-Клаусом.
На столе стояли десертные тарелки и кофейные чашки, блюдо с тортом, марципановые фигурки домашнего приготовления, покрытые пищевыми красителями.
— Хочешь чего-нибудь?
— Может, лимонада. И песочное пирожное без клубничного крема.
Они все собрались вокруг неё. Лассе держался позади всех. Казалось, что он был ужасно доволен тем, что Сесилия спустилась вниз, чтобы участвовать в раздаче подарков. Во всяком случае, атмосфера была весьма торжественной.
— С Рождеством, Лассе.
— С Рождеством.
— Ну а теперь вручение подарков, — сказал дедушка. — Это ответственное задание поручено мне.
Они расселись вокруг ёлки, и дедушка начал читать карточки на подарках. Сесилия обратила внимание на то, что ни в одной из упаковок не смогли бы поместиться санки или лыжи, но обижаться было ещё рано. Что-нибудь могло быть спрятано в потайных местах в доме. Так уже бывало раньше.
— «Сесилии от Марианны».
Марианной звали её лучшую подругу. Она жила на другом берегу Лэиры, но они учились в одном классе.
Это был очень маленький свёрток. Может быть, в нём лежит украшение? Может быть, что-нибудь новенькое для её коллекции поделочных камней?..
Девочка сорвала упаковочную бумагу и открыла жёлтую коробочку. На маленьком кусочке ваты лежала красная бабочка, брошка… Сесилия вынула её из коробки, но как только она до неё дотронулась, бабочка из красной превратилась в зелёную. Потом она стала синей и фиолетовой.
— Волшебная бабочка…
— …Которая меняет цвет в зависимости от изменений температуры, — кивнул папа.
Разумеется, каждому захотелось подержать бабочку в руках. Когда кто-нибудь плотно прижимал её к ладони, она становилась зелёной и синей. И только в руке у Сесилии она становилась фиолетовой.
— Высокотемпературная бабочка, — сказал Лассе. Но все сделали вид, что не услышали его слов.
Следующий подарок был для него. Он получил спортивные лыжи от тёти Ингрид и дяди Эйнара.
— Лично я предпочла бы нормальные лыжи, — сказала Сесилия. — Я имею в виду — для себя.
Дело продвигалось быстро. По мере того как количество свёртков под ёлкой уменьшалось, на стульях и столах становилось все больше разнообразных вещей. Папа собрал упаковочную бумагу и положил её в чёрный полиэтиленовый мешок.
Потом дедушке понадобилось выйти. Взрослые пили кофе, Лассе пил лимонад. Сесилии дали лекарства.
Когда дедушка вернулся, в руках у него было что-то длинное и тяжёлое, упакованное в синюю бумагу с золотыми звёздами.