Зеркало Тота
Шрифт:
– Вот и прекрасно, - сказал полковник, открывая ящик стола.
– Можешь писать своё отношение на моё имя. И постарайся это сделать сегодня.
Полковник протянул Алексу папку красного цвета, и сказал:
– Эти материалы тебе помогут. Закончишь, передашь мне через Натанэля. Удачи!
Вздохнув с облегчением, Алекс вернулся к себе. Он сел за компьютер, и не встал, пока рекомендации не были готовы. Алекс давал обоснование, почему следовало прекратить оперативную разработку "атланта" и принять все его изменения в Проекте. Вдобавок он, как командир группы "дублёров", настаивал на необходимости вернуть "атланта" в группу подготовки. И за это капитан Улановский готов был нести личную
К тёплым от принтера листам Алекс приложил свою личную печать, и вложил в красную папку.
Неужели это случится, и Алекс сможет принести извинения мастеру Тою от имени армии? И сказать, что его жизни больше ничего не угрожает, и пригласить его снова возглавить своё детище, чтобы вдохнуть в него жизнь? А главное, учитель снова будет в безопасности, на правильной стороне со своей командой "атлантов", под защитой спецназа "дублёров".
Глава 8. ДВЕ ЖИЗНИ АЛЕКСА
Капитан Натанэль Нэр отсутствовал. Алекс оставил папку, вернулся к себе и стал просматривать видео-отчеты тренировок группы. С нескрываемым любопытством и завистью наблюдал Алекс за тем, как слаженно, точно, словно часовой механизм, работали эти ребята. В самых разных предложенных ситуациях, "атланты" демонстрировали превосходные результаты, щеголяя друг перед другом своими новыми навыками левитирующих воинов, которые усиливались за счёт подсказок "дублёров", их играющих тренеров.
Глядя на свой отряд, Алекс неожиданно задался вопросом: что может произойти, если эта боевая машина выйдет из повиновения? Что если все они... примут сторону Тоя?! Что тогда? Новый конфликт с системой? Или, страшно подумать, война?..
Алекс почувствовал, что ему нравится такая жизнь. Она походила на увлекательную игру. Мир, в который он окунулся, вдруг стал раскрываться с неожиданной стороны. И он, не задумываясь, вошёл в него. Но чем дальше продвигался Алекс, тем сильней в нём росли противоречия, разделившие его жизнь пополам. Одна половина была повседневная, обыденная, а вторая была наполнена совершенно невероятными событиями. Казалось, он был посередине, держась за обе половины, и каждая тянула его к себе. Одна приключениями, другая привычным покоем. Как примерить эти две половины? Ведь они такие разные? И обе - его. Он не мыслил себя без прошлого, но его настоящее совершалось здесь, сейчас и меняло всё его прежнее представление о мире.
Глава 9. ДЕЛЬНЫЙ СОВЕТ НАТЕНЭЛЯ НЭРА
Алекс решил снова зайти к адьютанту. Двери кабинета капитана Натанэля Нэра были открыты настежь. Раздетый до пояса красавец, накачанный и сильно загорелый тридцатилетний капитан, с кем-то энергично говорил по мобильнику. В кабинете стояла невыносимая жара, а кондиционер не работал. Увидев Алекса, Натанэль весьма резко закончил беседу. Добавив своё любимое из русского арсенала: "твою мат!"
– Кондиционер накрылся, - пояснил он Алексу, - а они говорят, что только завтра починят!
– Я пришёл за приказом, - сказал ему Алекс и Натанэль согласно кивнул, вытерся полотенцем и надел рубаху, застёгивая её на все пуговицы.
– Прости, - сказал он, - замотался. Сделай мне растворимый кофе без молока. Две ложки сахара. А я мигом сбегаю за приказом к полковнику.
– Он ещё здесь?
–
– Всё, я к полковнику. А ты кофеёк приготовь.
– Я благодарен тебе, Натанэль, - сказал Алекс.
– Без тебя я бы не попал в Проект.
– Конечно!
– капитан хлопнул Алекса по плечу, и расхохотался.
– Ты мой должник! Согласен?
– Согласен, - улыбался Алекс.
– Ты счастливчик. Впереди у тебя Проект, космос.
– Да уж, космос, - фыркнул Алекс.
– Что? Не веришь? Или испугался? Мой первый командир, Шломо Нави, говорил: "Мир огромен, но чтобы в нём не потеряться, нужно знать о себе две вещи: кто ты есть, и на чьей ты стороне". Ты уже знаешь, на чьей ты стороне?
– Конечно!
– Так на чьей?
– На твоей, Натанэль, если ты об этом.
– Умница! Ты всё схватываешь на лету. Ну что, я убегаю за приказом.
Вернулся Натанэль не скоро. Алекс успел выпить кофе и сложить несколько пасьянсов на смартфоне. Увидев Натанеля, он понял, что приказ не подписан.
– Что-то случилось?
– спросил Алекс, предчувствуя неладное.
– Да. Экстренное совещание верхов.
– Натанэль показал пальцем вверх.
– Полковник занят, и остаётся на ночь в штабе. Сказал, что если хочешь, можешь не ехать на базу, завтра ты будешь ему нужен. В штаб вызывают группу "дублёров" и он хочет представить им тебя здесь. Но если в твои планы не входит откладывать свою поездку домой, то поезжай прямо сейчас, а завтра вернёшься к совещанию.
– И всё же, Натанэль! В чём дело, брат?
– Честно?
– Конечно!
– Возможно, тебе это знать ни к чему, но человек, которого ты решил снова пристроить к "атлантам", уже отказался с нами работать. Его не интересуют больше никакие проекты, у него своё на уме. И вообще, Алекс, возможно, вы с ним знакомы, но я хочу тебе высказать своё мнение: он опасен. Полковник помнит его в самом начале проекта. Но людям свойственно меняться. Верно, Алекс? Поэтому, давай поступим так. Ты езжай домой. Повстречайся с кем надо, разузнай о настроении, расскажи что-то из того, что знаешь о Проекте, поговори с ним, намекни, покажи, что мы снова заинтересованы в сотрудничестве с ним. И если увидишь, что он склонится к тому, чтобы принять наше предложение, а не пиарить свои идеи, возвращайся за Приказом. Полковник тебя поддержит. Но стоит ли ломать копья, или нет, будешь знать только ты.
Глава 10. ДОРОЖНЫЕ МЫСЛИ АЛЕКСА
Алекс Улановский ехал домой, на Голаны. Он был намерен навестить мастера Тоя, и обо всём с ним поговорить прямо. И о приказе, который не был подписан сегодня, и об оперативной разработке, которую пока никто не отменил.
"Натанэль сказал, что полковнику понравилось моя рекомендация, - думал Алекс.
– Значит, он действительно мой союзник. Но что тогда помешало ему самому узаконить положение Тоя в Проекте? Должно быть, кто-то очень могущественный противостоит ему. А если Той даст "добро", хватит ли у полковника сил зачислить Тоя в Проект и отстаивать его, "ломать копья", как выразился Натанэль?