Зеркала
Шрифт:
– Пей, – я незамедлительно последовал совету и выпил всю чашу, – не держи на нас зла. Мы ведь не знали, что ты избранный, который должен проследовать через Ворота гор без испытания. Наш монастырь основал Светлый Гекто, первый из Мастеров Танца. Он обучил искусству Танца первых Мастеров, и мы стали последним, тайным испытанием для претендентов.
Гекто до самой смерти жил в этих стенах, обучая избранных, а когда умирал, предрек нам приход избранного, который объединит Ариев, и которому мы обязаны подчиниться. Прошлые претенденты выходили к этому месту
Выходит, меня спасло то, о чем я со временем забыл – белый отпечаток ладони Гекто.
– Я очень сожалею, что покалечил твоих учеников, – сказал я.
– Это не ученики, а лучшие из Мастеров, которым была доставлена честь – встретить претендента, и которые не дрались в полную силу, а испытывали тебя. Сухожилия сшиты, раны заживут и через некоторое время они восстановят свою силу. Впрочем, они знали, на что идут, что они могут погибнуть, но встретится в бою с будущим кланингом – это честь.
– Как тебя зовут, и как я должен обращаться к тебе?
– Меня теперь все зовут Мастер, говори и ты так, ведь здесь мое прежнее имя и клан ничего не значат.
Только теперь я заметил, как стар мой собеседник. О старости говорила лишь кожа рук, но движения его были порывисты и быстры, как у юноши.
– Расскажи мне, что еще предрекал Гекто.
– Все его распоряжения выбиты им лично на камнях в нашем подземелье. Он не хотел, что бы его слова переписывались и перевирались людьми, а потому позаботился о сохранности текста завещания. Когда ты наберешься сил, то спустишься туда и прочтешь его лично. В предсказаниях хотя и было сказано о тебе, но они были произнесены умирающим Гекто для нас, а не для тебя. Тебе лучше не знать их текста.
Человек, зашедший в комнату, поставил на столике возле меня дымящуюся чашу и вышел.
– Выпей, это добавит тебе сил, – я послушно исполнил его совет, и вскоре уснул.
*
Когда я проснулся, солнце освещало каждый уголок моей комнаты – наверное, за время сна меня перенесли из подземелья наверх. Я встал и подошел к окну. В теле не ощущалось не малейшей усталости, синяки начали сходить, а порезы были аккуратно зашиты. Я вдохнул полной грудью свежий воздух гор, вершины которых возвышались вокруг меня.
– Проснулся? – спросил меня вошедший в нее человек, – Мастер ждет тебя, – сказал он и вышел, и я последовал за ним. Коридоры, по которым я шел, пол, стены, истертые бесчисленными ногами ступени – все было сложено из гранита, и если судить по его виду, то очень давно.
Я вслед за сопровождающим вошел в большой зал, посреди которого стоял стол, полностью заставленный едой, вокруг которого расположились жующие люди.
– Присаживайся, – показал на одно место Мастер, – подкрепись с нами.
Я не стал ждать повторного приглашения и, усевшись за стол, принялся за еду. Лишь теперь я почувствовал, как сильно проголодался, и только воспитание заставляло меня сдерживаться, не набрасываясь на угощение.
На
Когда я насытился, то вспомнил одно важное для меня условие испытания. Дождавшись, когда все окружающие закончили с едой, я обратился к Мастеру:
– Сколько дней я пользуюсь вашим гостеприимством?
– О сроках не беспокойся, наши люди на равнине сообщили главам кланов, что ты успешно закончил испытание и гостишь у нас. Кланинги знают о нас, нашей школе, и о том, что нашему слову надо верить. Теперь, когда ты укрепил свои силы, мы можем пойти к месту хранения завещания Светлого Гекто.
Мы шли по лестницам и переходам, постепенно опускаясь, все ниже и ниже, пока под конец не вышли к запертой двери.
– В эту комнату тебе предстоит зайти самому, никто не будет отвлекать тебя. Ты должен прочесть и понять завещание Гекто, – сказал Мастер и, дав мне зажженный факел, открыл дверь.
Я зашел в комнату, полностью покрытую письменами, которым уже больше трех с половиной тысяч лет, и которые собственноручно вырубил в скале Гекто. Я подошел к началу надписи, и приступил к чтению завещания.
«Если ты читаешь эти письмена, значит испытание пройдено успешно, и ты стал кланингом. Это звание не привилегия, а тяжелое бремя, и если ты думаешь иначе, то позже об этом будешь жалеть. Ты должен быть примером для своих людей. Ты не должен просить их делать то, что не сможешь или побоишься сделать сам. Ты не должен препятствовать переходу в любой другой клан, и если от тебя уходят – значит, в их уходе виноват ты, и никто другой. Кланы должны жить в мире – любую проблему можно разрешить без помощи оружия, обо всем можно договориться. Это все, что я хотел сказать тебе, и если ты меня не услышал, то ты уже мертв».
Вырубленные на стене слова не возможно двояко толковать, все записанное здесь предельно ясно и просто в понимании. Я осмотрел комнату, увидел висящий на стене портрет, возможно он изображал Светлого Гекто, в поисках еще каких либо надписей осмотрел остальные комнаты, но больше ничего не обнаружив, вышел к своему проводнику. Первыми словами, которыми он встретил меня, были:
– Понятны ли тебе слова, сказанные Светлым Гекто?
– Да, – ответил я.
– Будешь ли ты выполнять его волю?
– Да, – последовал мой ответ.
– Отныне ты кланинг, и никто не может оспорить решение наследников воли Гекто.
Я отдал факел Мастеру, и спросил:
– На стене висит портрет Светлого Гекто?
– Да, причем единственный, и он не разрешил делать с него копии.
– А почему здесь нет никаких электрических приборов?
– Мы не используем ничего, что может быть сделано только специально обученными людьми, на это воля Гекто. Если вдруг цивилизация Ариев будет уничтожена, мы выживем и сможем помочь выжить в новых условиях всем уцелевшим.