Зеркала - 1: Маскарад
Шрифт:
С усилием девушка заставила себя отвернуться. Она пришла сюда не для того, чтобы разглядывать свою физиономию — пусть и чертовски симпатичную. У Снуппи, к сожалению, не было такой силы воли. Томка боялась представить, что же видит пес в этом странном зеркале, но отражение его явно пленило. Пришлось брать дело в свои руки. Девушка пихнула собаку кулаком в бок.
— Налюбовался и хватит. Уходим отсюда...
Понимая, что просто увести пса не получится, Томка схватила его поперек туловища и потащила к выходу. Снуппи засучил лапами, но Томка сильно встряхнула его
— Не рыпайся!
Снуппи тут же обмяк, как куль с мукой, странным образом став от этого тяжелее раза в два. Томка едва его не выронила, чувствуя себя, как цирковой силач, которому подменили гирю. В этот момент она и услышала голоса. Кто-то шел по коридору в ее сторону.
Томка замерла, прислушиваясь. Слов она не разобрала, но один из голосов определенно принадлежал графине М. Он рокотал и булькал, как прибой, грохочущий о скалы. Томка быстро огляделась. Не то, чтобы она испугалась, но ей не хотелось, чтобы графиня застукала ее в этой комнате. Еще примет за воровку, а лишние расспросы и объяснения совсем ни к чему.
В критических ситуациях Томка умела соображать быстро.
У стены стоял массивный шкаф темного дерева. Не прошло и секунды, а девушка уже сидела внутри, крепко прижимая к себе собаку и затаив дыхание.
Глава 6
В шкафу было темно, тесно и душно; от крепкого нафталинового духа у девушки заслезились глаза. Томка устроилась на чем-то мохнатом и жестком, подозрительно похожем на шкуру гигантской обезьяны. Скорее всего, это была шуба, которую не удосужились повесить на вешалку. Размеры же одеяния наводили на мысли о том, что Кинг-Конг существовал на самом деле, и конец его был печальнее, чем принято думать. Над головой девушки колыхалось еще несколько тяжелых шуб — графиня определенно любила меха.
Снуппи задергался, пытаясь вырваться на свободу, и девушке стоило немалых трудов его удержать. К тому же пришлось зажать ему пасть, чтобы возмущенное рычание звучало не столь громко. К счастью, меха заглушали лишние звуки.
Полностью закрыть дверь Томка не успела — осталась крошечная щель, сквозь которую девушка видела небольшой участок комнаты справа от зеркала. В тонкой полоске света кружились мириады блестящих пылинок. Когда Томка только запрыгнула в шкаф, пыль поднялась столбом, и если бы не сильный запах псины и нафталина, девушка бы расчихалась. А так — минус на минус дают плюс, и Томка держалась.
Звуки шагов быстро приближались. Графиня топала как слон, будто целью ее жизни было переломать паркет в собственном доме. Сложно было ее не услышать. Томка надеялась, что графиня пройдет мимо и не будет заглядывать в комнату. Но нет — так далеко ее везение не распространялось.
Дверь комнаты хлопнула, послышалось шумное сопение.
— Уф... Проходите, доктор. Нам сюда, — сказала графиня М. с интонациями кита, всплывшего из пучины перевести дыхание.
— Благодарю, синьора.
Есть звуки, которые вызывают чисто физиологическое отвращение. Например, скрип гвоздя по грифельной доске, визг разрезаемого пенопласта или
Прозвучавший голос был из той же когорты. Он походил на скрип ржавых дверных петель, забитых песком. На очень вежливый скрип — именно с такой вежливостью палач интересуется, удобно ли подсудимому на плахе. Томка не видела говорившего, но перед мысленным взором сразу возник образ белой птичьей маски. Так мог говорить только жуткий карлик, и никто другой.
Томке показалось, что шкаф вместе с ней рухнул в пропасть. Дыхание у нее перехватило, под ложечкой образовалась неприятная пустота. Девушку бросило в жар, затем спина и шея покрылись ледяным потом, в висках застучала кровь...
Первым желанием было с визгом выскочить и бежать прочь из этой комнаты. Но крошечная часть сознания, которая не впала в панику, успела подсказать: стоит выйти из укрытия и Томка первым делом столкнется с карликом. Вряд ли после этого она сделает хотя бы шаг. Как пить дать — замрет, точно кролик под взглядом удава. Девушка не понимала, почему карлик вызывает у нее такую реакцию, но факт остается фактом — она в жизни не боялась ничего и никого так сильно, как этого типа в маске, похожей на птичий череп. Любые доводы разума здесь были бессильны.
Томка зарылась в шубу, мечтая превратиться в маленькое, незаметное существо. Сгодилась бы, например, мышь-невидимка — говорят, такие есть в секретных лабораториях ЦРУ.Отличным выходом стала бы и скрытая в шкафу дверь в Нарнию — по крайней мере, Томка знала, к кому там обратиться за помощью. Но шубы остались шубами и не спешили превращаться в зачарованный лес. А скрипучий голос карлика звучал все ближе и ближе...
— Так, так, так, — проговорил он. — И что тут у нас?
Томка приготовилась к тому, что доктор распахнет дверь шкафа и уставится на нее пустыми черными глазницами маски. Но нет — карлик разговаривал с графиней.
— Самое старое зеркало в этом доме, — с придыханием заявила графиня. — Оно принадлежит моей семье несколько столетий. Я не делала экспертизу, но полагаю, к нему приложил руку сам Челлини. Слышали историю про зеркало мадам де Пуатье?
— Челлини? Сомневаюсь, синьора, — голос карлика был абсолютно спокоен. — Это более поздняя работа: середина восемнадцатого века, не раньше. Скорее всего, зеркало работы мастера Пьетро Аретти, но нужно посмотреть клеймо на оборотной стороне.
— Что?! — графиня засопела. — Хотите сказать, что это — подделка?
Карлик громко скрипнул. Томка не поняла, что означает этот звук. Может, карлик усмехнулся, возможно — расхохотался, не исключено и то, что это скрипнула маска, когда доктор повернул голову.
— Почему же подделка?
— Только что вы сказали, что Челлини... — начала графиня, но карлик ее перебил.
— Челлини! — язвительно воскликнул доктор. — Что в имени, синьора? Челлини не знал и половины того, что полагается знать зеркальщику. Аретти же настоящий мастер. Он понимал, что и для чего делает. Последний из тех, кто действительно понимал.