Земной муравейник
Шрифт:
– Нет! – закричала Билли. – Нет! Это же был только сон! Не может быть! Не может быть! Нет!
Билли с криком вырвалась из цепких объятий сна. Врач склонился над ней. Она лежала на кровати. Силовое поле удерживало ее, словно гигантская рука. Чем сильнее девушка старалась освободиться, тем крепче сжимало ее поле.
– Нет!
– Спокойно, Билли, спокойно! Это всего лишь сон! Ты в порядке, все хорошо!
Билли тяжело дышала, глядя на склонившегося над ней доктора Джеррина; удары сердца молотом отдавались в затылке. Стерильные белые стены и потолок комнаты медицинского
– Я поставлю тебе снотворный пластырь, – начал было Джеррин.
Она покачала головой, насколько позволило силовое поле кровати:
– Нет, нет, все нормально.
По возрасту доктор Джеррин вполне мог оказаться ее дедом. У него было доброе морщинистое лицо. Он лечил Билли от этих снов уже много лет – с момента возвращения девочки на Землю. Чаще всего ей снился Рим, мир, где она родилась. Прошло тринадцать лет с того момента, как ядерный взрыв уничтожил колонию на Риме, и почти десять – как она вернулась с Ферро. Но чудовищная пляска ночных кошмаров продолжалась каждую ночь.
Ни лекарства, ни беседы, ни гипноз, ни биообратная связь, ни синтез энцефалограмм – ничего не помогало.
Ничто не могло остановить кошмарные сны.
Доктор выключил силовое поле, и Билли отправилась к раковине, чтобы умыться. Из зеркала на Билли смотрела стройная особа среднего роста. Ее светло-каштановые волосы, обычно коротко остриженные, отросли почти до плеч, и в них поблескивали пепельные пряди. Светло-голубые глаза, прямой нос, рот чуть великоват. Не уродливое лицо, но не такое, чтобы стремиться часто видеть его в зеркале. Не уродливое, но отталкивающее, словно в нем отражается чья-то чужая боль. Но чья именно? Это Билли хотела знать.
– Черт возьми, они вокруг нас! – вскрикнул Кин.
Уилкс чувствовал, как пот стекает по спине под эластичным бронежилетом. В тусклом свете коридора трудно было различить, что творится вокруг. Фонарик на шлеме погас, инфракрасный прибор ночного видения тоже не работал.
– Заткнись, Кин! Веди огонь в своем секторе, и будет все в порядке!
– Черт возьми! Капрал, они схватили сержанта! – Это крикнул Джеспер, один из оставшихся в живых десантников. Вначале их было двенадцать, сейчас – только четверо.
– Что же теперь делать?
Одной рукой Уилкс держал маленькую девочку, в другой – карабин. Девочка плакала.
– Тише, детка, – шептал он. – Мы скоро вернемся на корабль, и все будет хорошо, просто прекрасно. Эллис, идущий последним, молился на суахили.
– Господи... из какого ада явились эти твари? – бормотал он.
Вопрос риторический, и всем было наплевать на ответ.
Удушливый жар валил с ног. Воняло паленой человечиной. Там, где чудовищные твари прикасались к стенам, плоский прочный пластик покрывался чудовищными узорами черно-серого вещества, как будто сумасшедший мясник развесил по стенам километры кишок. Эти выделения были твердыми, как пластмасса, и излучали тепло, – видимо, внутри них шла органическая реакция. Здесь было жарко, как в печи, и очень влажно.
За спиной Уилкса снова заговорил автоматический карабин Кина, грохот выстрелов ударил по ушам.
– Кин!
– Это
– Бей прицельно. Только тройными очередями! – приказал Уилкс. – Для заградительного огня у нас мало зарядов!
Впереди коридор разветвлялся, но сверху опустился аварийный экран, перекрывший оба выхода. Раздались прерывистые звуки сирен, замигали сигнальные огни, голос компьютера начал повторять предупреждение о том, что реактор вот-вот взорвется.
Нужно поскорее уносить ноги, иначе их сожрут эти твари, или они превратятся в радиоактивную пыль. Чертовски приятный выбор.
– Джеспер, возьми ребенка.
– Нет! – закричала девочка.
– Я собираюсь поднять экран. Джеспер позаботится о тебе, – сказал Уилкс.
Чернокожий десантник шагнул вперед и поднял малышку на руки. Девочка ухватилась за него, как маленькая обезьянка – за свою мамашу.
Уилкс повернулся к двери, снял с пояса плазменный резак и включил его. Горячая белая струя плазмы с полметра длиной рванулась вперед. Десантник направил ее на замок, водя резаком из стороны в сторону. Изготовленный из углепластика замок был надежен, но устоять перед звездным огнем он не мог. Пластик раскалился, начал пузыриться и стек, словно вода.
Экран взмыл вверх.
За ним стояла мерзкая тварь. Из открытой пасти прямо в лицо Уилксу стремительно вылетел длинный зубастый стержень, слюна стекала с челюстей каплями, напоминающими желе.
– Твою мать! – Уилкс шарахнулся вправо и направил резак вверх. Струя прошла по шее чудовища, выглядевшей слишком тонкой, чтобы держать такую большую голову. «Как вообще такая тварь может стоять?» – подумал десантник.
Тела чужих были очень крепкими, но плазма могла резать и алмазы. Голова чудовища отлетела и свалилась на пол. Отделенная от тела, она все еще пыталась схватить Уилкса, щелкая зубами. Наверное, тварь даже не знала, что умерла.
– Вперед! И осторожнее – эта дрянь все еще опасна!
Послышался крик – Джеспер!
Одна из тварей схватила десантника и откусил ему голову, как это делает кот, поймав мышь. А маленькая девочка?
– Уилкс! Помогите, помогите!
Другое чудовище подхватило ребенка. Уилкс повернулся и прицелился. И тут же он понял, что если выстрелит, то кровь твари брызнет во все стороны кислотным дождем и убьет девочку. Он уже видел однажды, как кровь тварей проела насквозь броню, которую не могла пробить и десяти миллиметровая пуля. Уилкс опустил прицел ниже, нацелив карабин на ноги чудовища. Тварь не сможет бежать, если у нее не будет ног...
Чудовища уже заполнили коридор. Кин перевел карабин на автоматический огонь, бронебойные и разрывные пули начали косить чудовищ, рикошетом отлетая от стен. Запах пороховых газов пропитал воздух.
Поток пламени из огнемета Эллиса заполнил коридор, заливая чудовищ и изгаженные ими стены.
– Помогите!
– кричала девочка. – Пожалуйста, помогите! Боже мой!
– Нет!
Уилкс проснулся. Пот, стекая по лицу, попадал в глаза, волосы слиплись. Даже комбинезон промок. Ну дела!
Десантник сел. Его по-прежнему окружали темные пластиковые стены камеры.