Земля
Шрифт:
– Все прошло, – она сглотнула слезы.
– Вижу, – саркастически сказал Креил.
– Правда… Там ничегоне может быть, никогда, мы слишком разные. Такую пропасть никому не преодолеть.
– Как сказать, Аолла. Браки между представителями разных цивилизаций, тем не менее, бывают. Значит, есть способы, только мы о них ничего не знаем. Кстати, Строггорн знает?
– Нет. И ты…
– Я могу обидеться, девочка – подумать, что я буду тебя этим шантажировать! Обещаю тебе, что от меня он никогда ничего не узнает. Зачем ты мне такой ценой? Но и со Строггорном
– Не нужно об этом больше, – она снова положила голову ему на плечо и беззвучно заплакала.
Экран телекома, после недолгого ожидания, соединил Креила с Линганом.
– Я хотел бы с тобой встретиться, Линг, как представитель Совета Галактики.
– Почему так официально? Это очень срочно? У меня все расписано по минутам.
– Это – более чем срочно. И– не для разговора по телекому. Мне не хотелось бы, чтобы информация куда-либо прошла.
– Хорошо, завтра тебя устроит? Секретарь даст время. – Экран отключился.
Креил отошел от терминала и направился в свою спальню. Проходя мимо спальни Тины, что-то привлекло его внимание, и он прошел внутрь, в услужливо открывшиеся створки. Сильный запах духов ударил в ноздри так, что потемнело на секунду в глазах.
– Стайн! – позвал Креил и, когда робот появился в дверях, спросил: – Что здесь происходит? Откуда такой сильный запах?
– Извините, Лиде. Робот, который убирал комнату, случайно уронил пузырек. Немного духов пролилось. Это скоро выветрится само, но можно заказать специальную уборку.
Креил секунду раздумывал, пытаясь проанализировать, почему такая мелочь мгновенно вывела его из себя, но так ничего и не поняв, вернулся в свою спальню.
Он долго пытался заснуть, ворочаясь с боку на бок, и даже включил воздушный обдув постели, которым не пользовался со времени своего выздоровления, но сон не приходил. Ему все казалось, что запах духов проникает отовсюду в комнату. В конце концов, он сел на постели, вслушиваясь в пространство, в котором что-то происходило. Предметы в комнате были едва видны в слабом свете ночника, луч Луны падал в приоткрытую балконную дверь, занавеска шевельнулась от легкого ветра, и причудливые тени заскользили по полу и стенам. Креилу вдруг показалось, что число измерений увеличилось. Возник туннель из клубящегося тумана, и он увидел себя одновременно очень далеко от своей спальни. Какая – то тень быстро приближалась к нему навстречу, она была закутана в белоснежный плащ, напоминавший саван, с низко надвинутым капюшоном, закрывавшим лицо. От тени исходил смертельный, запредельный холод, снежинки вились хороводом вокруг плаща, а ноги обвивала ледяная поземка. Приблизившись на расстояние шага, тень остановилась. Холод, мороз, метель… отчетливо просочилось в комнату, капюшон соскользнул с тени, и Креил увидел Тину. Она насмешливо смотрела на него бездонными серыми глазами, в которых мелькали все те же холодные льдинки.
– Тина? Это ты? – он вспомнил, что с момента ее смерти прошло больше ста лет, даже ее сущность должна бы была исчезнуть за это время, слившись в единое целое с
– Я. – Она протянула к нему руки с тонкими, побелевшими от холода, пальцами. – Я так замерзла!
Он взял ее пальцы и поднес ко рту, своим дыханием пытаясь согреть их.
– Ты соскучился по мне? – спросила она. Креил растерялся, не зная, как ответить на ее вопрос. – Мне очень плохо без тебя, Креил, очень. – Она опустила глаза, словно собираясь заплакать.
– Мне тоже. Я так и не смог забыть тебя.
– Правда? – она нахмурилась. – Почему ты хотел забыть меня?
– Прошло слишком много лет, Тина, и никто не может мучить себя вечно.
– Много лет? – Она выглядела удивленной. – Как странно… – Она забрала свои пальцы из его рук и повернулась, собираясь уходить. Уже сделав шаг, она обернулась, и, улыбнувшись, сказала: – Я скоро вернусь, осталось совсем немного, наша экспедиция почти закончилась…
Он увидел две параллельные плоскости, разлинованные на аккуратные квадратики. Вращаясь на огромной скорости, они стремительно приближались к Тине.
– Тина! – Креил рванулся за ней, но ноги были словно ватные и, казалось, он начисто забыл, как перемещаться в Многомерности.
Поверхности настигли Тину и сжали ее с двух сторон, вкручиваясь, ввинчиваясь, врастая в ее тело. Он еще видел какое-то время ее искаженное лицо, впаянное в мелькающие лопасти, а потом остались только две шахматные доски, прекратившие свое вращение и застывшие параллельно напротив друг друга.
Креил сразу узнал это место, много раз он перемещался между этими странными поверхностями и всегда они вызывали у него чувство опасности.
Креил проснулся как от толчка, весь в поту. Он все-таки заснул, хотя странный сон казался большей реальностью, чем сама реальность. Сердце разрывалось от боли в груди. Он стиснул зубы, стараясь задушить эту страшную боль, от которой ему не было забвения больше столетия. Он не мог спать, поднялся, прошел в ванную и врубил ледяной душ. Сейчас он хотел только одного – забыть навсегда эту женщину, так давно погибшую, и так долго не дававшую ему покоя.
– Так что случилось? – Линган с трудом оторвался от терминала. – Если можно, то быстро, у меня мало времени.
– Да можно совсем коротко, – Креил опустился в кресло, закинув ногу на ногу. – Я хотел бы получить в свое полное распоряжение этого мальчика, Андрея Полякова.
– Подожди, подожди, – Линган недоуменно посмотрел на Креила. – Ничего не понял, как это понимать: «в твое полное распоряжение»? Он что – вещь, чтобы ты мог им распоряжаться?
– Проблема, Линган, в том, что на Земле плохо знают Галактические законы. Мне нужно провести детальное обследование этого мальчика, чтобы решить, может ли он и дальше оставаться на Земле.
– Что значит: «может ли»? А если не может…? – Линган посмотрел на Креила, и ему стало не по себе от его ледяного взгляда.
– Это значит, – сказал, четко выделяя каждое слово, Креил, – что его придется убить.
– Так… Все, хватит, давай по порядку, – Линган вызвал секретаря и приказал отменить все встречи и заседания.