Земля
Шрифт:
Когда Креил ван Рейн спокойно, словно речь шла о самых обычных вещах, объяснял, что делают с Тиной и почему, не вникая, правда, в подробности ее ненормальной беременности, Марселю Дени стало страшно, хотя, согласно своему договору, отказать в помощи даже в такой ситуации он не мог.
Марсель вошел в спальню и улыбнулся Тине, думая застать ее удрученной, измученной. Ничего этого не было, она даже не спала, а, лежа на кровати, читала электронную книгу и казалась совершенно спокойной.
– Здравствуйте, Марсель, – она отложила Книгу на тумбочку, взглянула в его лицо и нахмурилась. – Странно, такое
– Это бывает. У меня такое обыкновенное лицо.
Он сел в кресло, повернув его так, чтобы не смотреть на Тину, и закрепив перед этим у нее на голове телепатическое записывающее устройство.
– Начнем? – спросил Марсель, она видела его профиль. – Первый вопрос: сколько мужчин было в вашей жизни до Креила ван Рейна?
Тина ответила, и Марсель Дени с трудом удержался, чтобы не посмотреть на нее.
– Значит, сейчас вы почти удвоили свой счет?
– А вы не умеете считать до девяти? – спокойно спросила Тина.
– И когда был первый мужчина?
– В двадцать лет. Но мы недолго встречались, как-то не задалось.
– И все ваши знакомства кончались длительными отношениями?
– Да, – она никак не могла понять его удивления.
«Уникальная женщина. И как это ей удавалось в нашем нестабильном мире?» – подумал Марсель Дени внутри блоков.
– Я не знаю, как мне это удавалось. Разве это удивительно, что женщина стремится к длительным постоянным отношениям?
– Женщина – нет, но мужчины редко стремятся к таким отношениям.
– Не уверена, Марсель, что у вас правильное представление о мужчинах.
– Я исхожу из статистических исследований, и это вовсе не мое личное мнение, – обиделся Марсель. – Хорошо, не будем спорить. Продолжительность ваших связей с каждым из ваших мужчин?
Тина послушно отвечала, и чем больше слушал ее Марсель Дени, тем больше поражался тому, что бывают такие женщины. Он расспрашивал ее почти четыре часа, досконально вникнув в ее взаимоотношения с мужчинами. Тина устала и под конец спокойно отвечала даже на самые интимные вопросы, не возмущаясь, а когда Марсель закончил, почти сразу заснула.
Креил ждал его в гостиной.
– Можно нам помочь?
– Я попробую, – Марсель тяжело опустился в кресло.
– Вам удалось понять, откуда такое неприятие?
– Это как раз понятно. Она слишком порядочная женщина, и то, что вы с ней делаете, перешло для нее все моральные границы допустимого, – он помолчал.
– Но почему именно ко мне? Я ведь муж? Должно бы быть наоборот!
– Это не совсем так. Как муж и как человек, которого она, безусловно, любила, и, может быть, еще любит, вы должны были защитить ее в этой ситуации. Но этого не случилось. В ее понимании, вы отдали ее на растерзание другим мужчинам и ничего не сделали, чтобы избежать этого.
– Бред какой-то! Я сделал все, чтобы ее спасти! Просто не было другого выхода! – раздраженно заметил Креил.
– Предательство человека, которого любишь, много больнее, чем другого человека. И это вещь, которую некоторые женщины неспособны прощать!
– Я не предавал ее!
– Вы хотели этого ребенка и спросили разрешение Тины сделать ее беременной? Или просто использовали ее как, извините Советник, проститутку,
– Вы переходите границы, Марсель!
– Я пытаюсь объяснить вам, как к таким вещам относятся порядочные женщины. В ее понимании, вы ее предали, жестоко и бессердечно. Ей все равно, что с ней делает теперь Линган, только лишь потому, что самое страшное для нее уже случилось. Нежелательная беременность, вынужденная свадьба, предательство любимого человека. Да, вот еще, неплохие перспективы потерять ребенка и закончить жизнь в психушке! Как вы себе это представляете, Советник? Она должна быть вам за все это благодарна? Неужели та ночь, которую вы провели с ней, стоит так высоко? Чтобы заплатить за нее своей жизнью? – Марсель остановился, мозг Креила ван Рейна излучал такую откровенную злость, казалось, Креил был готов растерзать сексопатолога за высказанную правду.
– Я вызвал вас нам помочь, а не выслушивать нотации.
– Я помогу вам, попытаюсь, во всяком случае. Еще один вопрос. Почему вы выбрали именно ее?
– В каком смысле?
– Много других женщин, но вам понравилась именно Тина.
– Вы как врач интересуетесь или как мужчина?
– Пытаюсь понять. Такие женщины – огромная редкость. Мне не попадались никогда, а вы случайно гуляете в парке и выбираете именно ее, хотя Тина меньше всего подходит для развлечений на одну ночь. Почему?
– Она мне напомнила мою первую жену. Даже имена у них одинаковые. Мою первую жену звали Тина ван Лигалон.
– Вард-Эспер?
– Да.
– И тоже такая порядочная?
– О, нет! – Креил нахмурился. – Этим она не страдала. Скорее, наоборот.
– И вы любили ее?
– Странный вопрос, Марсель. Мы прожили вместе сто тридцать два года. Как бы это без любви?
– А потом?
– Она погибла, случайно. Когда разрабатывали нейтральную протоплазму. На Ригеле. До сих пор точно неизвестно, что там произошло. Вспышка – и никого не стало. Пять человек. Мы тогда мало знали о Космосе. Не представляли, какому риску их подвергали. Сейчас бы не допустили так плохо подготовленную экспедицию.
– А в чем здесь проблемы?
– Нужно специально конструировать корабли под нужды землян в трехмерном теле. Вы не представляете, сколько всего нужно предусмотреть, чтобы при скольжении корабля через пространство и время, в Многомерности, люди продолжали себя нормально чувствовать. Что вам нужно, чтобы нам помочь?
– Я хотел бы слетать в Париж. У меня есть одна идея, только это будет дорого стоить.
– Хорошо. Я открою на ваше имя в банке Кредит Лионе неограниченный счет. Визы, билеты, – Креил положил руку на телепатическую панель, заказывая. – Вас доставят к силовой стене. Через четыре часа – ближайший рейс самолета. Устроит?
– Спасибо, – Марсель встал. – Я постараюсь помочь вам.
Через восемь часов Марсель Дени вошел в свое когда-то любимое кафе «Красный Мак». В Париже было около девяти вечера и еще мало посетителей. Женщина, по одежде вполне определенной профессии, обернулась от стойки бара, несколько секунд смотрела на Марселя и ринулась к нему, повиснув у него на шее и запечатлевая поцелуй.
– Потише, Мари, – Марсель осторожно разнял ее руки и поставил Мари на пол.