Земля

Ен Ли Ги

— К богатой жизни! Чего же она тогда лишает людей богатства?

— Да говорят, помещики эксплуатируют крестьян, и поэтому нужно отнять у них землю…

— Хм… эксплуатация! Какой чортов сын придумал это слово?.. Вы не знаете?

— Да все она же, Демократия. Она уверяет, что помещики выжимали из крестьян последние соки. — Горько усмехнувшись, Ко Бен Сан снова уставился в потолок.

— Так что же, Демократия совсем хочет нас угробить? Ну, допустим, мы немножко прижимали арендаторов… Но ведь первыми-то показали

пример крупные помещики. — Тю Тхэ Ро сердито пожевал сухими губами. — Мы только следовали их примеру… Так ведь?

— Ну да!.. А они считают, что все помещики одинаковы. Но сейчас нам о другом следует подумать: как из всего этого выкарабкаться?.. В народе говорят: пусть хоть небо обвалится, выход всегда найдется! Думаю, что и мы найдем лазейку. Не стоит падать духом, кум! Поживем — увидим…

Тю Тхэ Ро с жадностью ухватился за слова Ко Бен Сана, как утопающий хватается за соломинку. Он оживился, в глазах его засветилась надежда.

— А что, вы уже придумали что-нибудь?..

— Дело в том, что в Сеуле сейчас находится старший сын Сон Чхам Бона. Он, верно, кое-что сможет для нас сделать. На днях в Сеул поехали люди; они поговорят с ним и потом вернутся обратно. Надеюсь, с добрыми вестями.

— Вот оно что! А я об этом и не подумал!..

Тю Тхэ Ро начал успокаиваться.

— То-то! — важно сказал Ко Бен Сан. — Но прошу — никому ни слова! Об этом я только вам сказал.

— Не беспокойтесь, кум. Все будет в порядке. Мне остается только поражаться вашему уму! — похвалил Тю Тхэ Ро своего соседа.

— А я вам удивляюсь. Я ведь и впрямь подумывал: а не худо бы нам сходить да посмотреть на все… Но вы меня убедили, что никакой надобности в этом нет. Так и быть: не пойдем!

— Конечно. Зачем нам туда идти? Людям на смех!

— Верно, кум… Ну, будьте счастливы. Мне пора трогаться.

— Подождите-ка немного. Вы, наверно, не завтракали. Вот и позавтракаем вместе.

— Нет, кум, спасибо, спешу. Да и аппетита у меня нет. В последние дни ничего не ем. Подумать только, что творится на белом свете! Говорят, сны видят только тогда, когда спят… А тут…

— М-да… — только и мог произнести Тю Тхэ Ро.

Вернувшись домой, Ко Бен Сан прилег отдохнуть. От завтрака он отказался.

Вечером стало известно, что все земли уже распределены. Комитет роздал малоземельным и безземельным крестьянам и те участки, которые раньше принадлежали Ко Бен Сану. Один участок достался, по жребию, его батраку, Куак Ба Ви.

Когда Ко Бен Сан услышал об этом, его глаза перекосились от бешенства. Батрак отнимает у хозяина землю! Да как еще земля держится после этого! «Ну, ничего, пусть он только придет, сволочь: я ему ноги переломаю!» — Он метался по комнате, словно свинья, объевшаяся барды.

И вот Куак Ба Ви, и не подозревавший, что его хозяин находится в таком состоянии, вернулся в свою каморку в доме Ко Бен

Сана.

Он сразу заметил что-то неладное. Вид хозяина не предвещал ничего хорошего.

После продолжительного тяжелого молчания Ко Бен Сан поднял голову и свирепо взглянул на Куак Ба Ви.

— Послушай, ты!..

Уже по первым его словам можно было догадаться, что он раздражен до предела и вот-вот набросится на Куак Ба Ви.

— Слушаю, хозяин…

— Где ты пропадал?

— На собрании был…

— Все митингуете!.. Ну, что там с распределением земли? Закончили?

— Да, все уже закончено.

— И ты тоже получил свою долю?

— Получил…

— А где получил? Чью землю? — выкатив глаза, закричал Ко Бен Сан. — Ты не тяни, ты мне прямо ответь: это правда, что тебе выделили участок из моей земли?

— Да, это правда, хозяин. Комитет решил, что будет правильнее, если мне дадут именно эту землю…

— Так… — зашипел Ко Бен Сан. — А почему же это правильнее, объясни-ка ты мне!

— Да ведь я не арендовал землю… Я у вас в батраках жил. Вот и решили дать мне ту землю, на которой я работал.

— Ну, предположим, все это так… Но ты-то… ты почему согласился? Отказался бы от земли — вот и делу конец… Ты ведь сам видишь, Куак Ба Ви, дом мой приходит в полный упадок, — вдруг заискивающе сказал Ко Бен Сан. — Содержать семью стало трудно… Вот и помог бы мне! Ты ведь член комитета; тебе могут дать и другую землю. Куда лучше этой!

— Вряд ли это выйдет, хозяин. Такое уж решение: батракам давать землю их хозяев.

— Да не все ли тебе равно — эта земля или другая?.. Важно ведь, чтоб она была, — правда? Так или иначе, земля от тебя не уйдет!.. Будешь ты и с землей, и с хлебом… Вспомни, Куак Ба Ви, сколько лет прожили мы под одной крышей! Я как хозяин, а ты… как мой гость! Неужели же ты не пойдешь теперь на небольшую уступку? А, Куак Ба Ви? Ты ведь одинокий. Угла у тебя своего нет. Тебе трудно будет заниматься хозяйством. А я бы помог тебе — дал бы продуктов до следующего урожая… Жил бы ты, как и прежде, в моем доме; обрабатывали бы мы потихоньку землю. А, Куак Ба Ви?..

Ко Бен Сан бросил на Куак Ба Ви беглый испытующий взгляд и захихикал.

— Выслушайте-ка теперь меня, хозяин, — сказал Куак Ба Ви. — Сколько же еще можно идти на уступки? Я и так всю жизнь только уступал да уступал… Больше не могу, хозяин. Вы мне что предлагаете — остаться у вас в батраках? Да я как только вспомню, что перетерпел в этом доме, так волосы дыбом становятся… Нет уж, хозяин! Теперь ваш черед уступать. Вы ведь как жили?.. Другие — хоть умирай с голоду, а мне, мол, до этого дела нет, лишь бы мое добро было цело!.. Вы и сейчас хотите, чтоб только вас не трогали, а на других вам наплевать!.. Куда вы собираетесь девать все ваше добро, накопленное с такой жадностью? На что оно вам?