Земля
Шрифт:
Третий шаг. Создание из страхового агентства «Жертвы пиратства» открытого акционерного общества… К этой мысли пришли братья, вспоминая свои махинации с запатентованной техникой, отобранной, а потом проданной назад. Создав акционерное общество, они собирались продавать подскочившие в цене акции налево и направо, а затем, обрядившись в шкуру пиратов, разорить новоявленных владельцев агентства и по мизерной цене скупить акции назад. По их мнению, это было посолидней, чем возиться с «Ежом». Похоже, злодейство у промышленников было в крови, про себя решил Бен, но с проектом согласился.
В конечном итоге акционерным страховым агентством «Жертвы
Четвертый шаг. Создание уникальной и всем жизненно необходимой техники… Братья навострили уши и подняли носы по ветру, но Бен их слегка разочаровал, сообщив, что проект крайне долгосрочный, потребность в данной технике появится не сразу и, соответственно, появление прибыли тоже затянется во времени.
– Но что хоть за техника?
– сгорая от любопытства, спросил брат пирата, имевший менее преступную рожу, но такой же рыжий и носатый.
– Что-нибудь действительно новое и незапатентованное?
Бен улыбнулся:
– Нет, эта техника настолько старая и всеми забытая, что патенты на нее давным-давно утеряны. Остается добиться, чтобы космическое сообщество ощутило в ней потребность. А это уже моя забота…
И Бен отправил на Киод примерные эскизы и технические характеристики холодильника и кухонного комбайна.
От пиратства и других финансовых махинаций Бен с трудом, но вернулся на бренную землю Арахиса и теперь задумчиво разглядывал только что сорванный свеженький помидор. Ботанический музей пришел к выводу, что «помидор» и «томат» - это одно и то же и из данного плода можно как-то извлекать кетчуп. Осталось выяснить, как это делать. И с этим мог справиться только Салли…
Бен горестно вздохнул и с высоты Посадочного Холма тоскливо оглядел привычный сельский пейзаж Арахиса. На «Первом агрономическом поле им. Бена и Салли» пробивались молодые побеги картошки и резвились непонятно откуда взявшиеся зловредные жучки, усердно пожиравшие зелень. Появились они на картошке, но в скором времени, оказалось, что они не брезгуют и другими ботаническими экспонатами, включая и траву «бауц».
«Еж» при множестве его талантов не был настроен на сбор мелких паразитов, и пока на Киоде дорабатывали «тракторный комбайн» до второй версии, Бен сражался с вредителями вручную. К вечеру руки агрария начинали страшно вонять, а сам он не менее страшно ругаться, обзывая ни в чем не повинную картошку «ботвой» и «травой троянской». На следующий день кровожадно перебитые жуки вновь самозарождались, и борьба начиналась по новой… На «Втором поле им. Ботаники» тихо ждали своего часа подсолнухи. Как-то директор музея нашел биологический трактат, касающийся вопросов размножения растений, и заявил, что для этого сложного процесса помимо самих растений необходимы еще насекомые - пчелы. Пчел на Арахисе Бен никогда не видел, но это не мешало подсолнухам размножаться. Мистика! К счастью, тут картофельные жуки-паразиты очень пригодились: не уничтожая их на «Втором поле», Бен основательно притормаживал размножение подсолнухов.
На «Третьем агрономическом поле перволетия победы над киодски-ми пиратами» (индустриальные братья на такое название совсем не обиделись и даже
Казалось бы идиллия, если бы не Салли. Вернее, его отсутствие. Оказывается, Бен здорово привязался к этому металлическому бестолковому чурбану и теперь аппендикс прямо разрывало от тоски. Временами Бен подумывал, что, наверное, и не стоило посылать робота в командировку, но, как любили говорить индустриальные братья, «бизнес есть бизнес!».
Итак, полтора месяца назад робот Салли, полномочный представитель аграрной планеты Арахис, на перекрашенном пиратском судне был срочно переброшен на Землю в комплекс Ботанического музея, и в специально выделенных аудиториях начался курс лекций по «Гастрономическому искусству». Кулинарные лекции проходили в гробовой тишине, но это не мешало слушателям постигать таинства гастрономического искусства в полном совершенстве. Раскрыв рты от усердия, люди не сводили с робота глаз и с жадностью ловили каждый его жест, в отличие от Бена видя в Салли не бестолковую железку, а настоящее откровение свыше.
Виртуозность робота идеально сочеталась с новеньким кухонным комбайном с Киода. Этот высокотехнологический образец тоже был своего рода искусством. Названный братьями «Троглодитом-1», агрегат мог печь, жарить, тушить, варить, нагревать, охлаждать, замораживать, резать, растирать, толочь, месить; кроме этого, воспроизводить такие страшные вещи, которым глаголы еще не придумали или уже давным-давно забыли, а подсоединенный к специальному разъему на «Еже-2» мог осуществлять вышеперечисленные операции в промышленных масштабах.
Если раньше пиратское судно, прокалывая пространство, доставляло на Землю готовые блюда - себестоимость по сравнению с телепортацией значительно упала, - то теперь пираты занимались транспортировкой полуфабрикатов, а окончательная обработка производилась уже в музее обучаемыми Салли сотрудниками. Все это проделывалось нелегально, но вот Арахис вышел на рынок Земли вполне официально. В огромных количествах (десятками килограммов) в столицу Цивилизованного Космоса отправлялись картошка, подсолнечное масло, вино, специи, где-то на орбите этот торговый поток переплетался с потоком кухонных агрегатов с Киода (в соответствии со спросом, пока три единицы в месяц), и потребителю поступало «выгоднейшее» предложение «отведать экологически чистые музейные экспонаты, приготовленные собственноручно у себя дома». Как ни странно, потребитель вполне охотно покупал и агрегаты, и продукты и готовил в свое удовольствие. Это стало даже модным - раз в неделю поужинать натуральными продуктами.
Земная строительная ассоциация стала всерьез задумываться над проектами новых элитных домов, имеющих одну специализированную комнату - «кухню», а транс-транспортная компания, обслуживающая перевозки Арахиса, согласилась закупить у Киода партию новоиспеченных и свежезапатентованных холодильников «Ледник-1» (две штуки). На Землю поплыл поток свежезамороженных куриц.
Патентуя налево и направо, Киод вызывал у своих конкурентов-пираний настоящую зубную боль. Рынок кухонных агрегатов пока еще не занимал и одну миллиардную процента, но зубы у конкурентов уже болели - из принципа.