Земля ванов
Шрифт:
— Чудо! Настоящее чудо. — Говорили они, осматривая редкий щит.
В их глазах я мгновенно приобрёл ещё больше веса. Однако после этого подвига вынужден был пойти домой.
Дома застал странную картину. Эльфийка маялась животом, а Мона вливала ей в рот какое-то лекарство, насильно.
— Пей дура, или отправишься в пекло. — Шипела рогатая, зажимая остроухой нос. Эльфийка же сопротивлялась. Выглядело это презабавно.
— Что случилось? — Спросил я.
— Её отравили. Лечиться не
— Это ты меня травишь! — Возразила рыжая.
— Ты и сама знаешь, что я пытаюсь тебе дать.
— Я не отравлена, просто съела что-то не то!
— Дура, у тебя уже глаза красные стали, пей! — Рявкнула рогатая.
Наконец эльфийка сдалась и выпила противоядие. После этого проспала несколько часов. И всё равно была слаба и лишь на следующее утро снова стала ходить, медленно. К тому же пришлось давать ей лекарства. По словам Моны отлёживаться ей ещё дней пять.
— Что с ней случилось? — Спросил я рогатую.
— Яду подмешали в кашу. Хорошо, что она кашу не любит и съела мало. Собиралась полакомиться кроликом и твоим супом. Половину котелка выжрала пока ты работал.
У ванов была традиция. Летом во время полевых работ принимать пищу вместе на свежем воздухе. Когда погода позволяла. Таким образом работники не расходились по домам и ели около рабочего места. Рыжая ела со всеми, она как раз возвращалась из леса, где проверяла ловушки на мелкую дичь. Немного полакомилась кашкой и дальше пошла.
— А с чего ты решила, что яд был в каше?
— Думаешь в дом чародея зашёл бы кто-то посторонний? Ты бы его сразу проклял.
— Резонно. А почему её отравили?
— Завидуют что проклятая живёт с колдуном. Её и так многие не любили, а тут ещё и это. К тому же она беспечна и доверчива. Ей повезло что мало съела, иначе бы умерла.
— Нужно найти виновного. — Сказал я. На лице Моны появился скепсис. Ну да, как найдёшь то?
— Кинь клич, скажи, что наградишь того, кто приведёт отравителя.
— Так и сделаю. — Ответил я серьёзно.
Отравительницу нашли и без меня. То была молодая девка. Молодая и на редкость глупая. Траванула рыжую из зависти. Кто она такая чтобы быть женой колдуна и вождя? За это её изгнали, без всякого моего участия. Родственники боялись, что я её прокляну или обращу в жабу. А так она сможет пойти в другую деревню. В какое-нибудь совсем далёкое захолустье, где не прослышат про её выкрутасы. Отравителей ваны не любят.
Следующие дни я только делал яблоки и чинил вещи. Эльфийка отходила от отравления. Мона пропадала в кузнице, скинув всю работу по дому на холопок и лягухов.
Один вражеский аракор думал шпионить за нашей деревней, но его подстрелили уже наши птицы. Все тридцать получили лёгкие самострелы, из которых они стреляли, вися
Весть о вражеском шпионе тут же разнеслась по деревне. Ведь это признак того, что враг о нас знает и готовит нападение.
Мне это было и так очевидно, а вот многие ваны надеялись, что обойдётся. Думали их оставят в покое, ха, наивные. Они ведь портят бизнес «уважаемым асам». Успешное восстание подаст дурной пример всем остальным. Такого местные хозяева не потерпят и обязательно отомстят.
Народец зашевелился. Стали чаще тренироваться с оружием, в особенности с луками и самострелами. Поняли наконец, что враг где-то там, рядом. Идёт за нами. В полях рабочих рук хватало, а с моей магией еды хватит всем. Так что стали больше упирать на тренировки с оружием.
Ещё я заставил несколько десятков взрослых ванов засесть за производство оружия и боеприпасов: метательных дротиков, стрел, плетёных щитов, некоторые даже самострелы научились делать у мастера. И даже какое-то подобие плетёных нагрудников.
Мы так же собирали камни подходящего размера, чтобы их бросать. Оказывается пращу здесь тоже знают, и даже пращу на палке. Так что и с пращой ваны тренировались, в особенности женщины и молодёжь. Камни летели неточно, но насобирали мы их много, а против обезьян и это аргумент.
Вот бы ещё огнестрел сделать, хоть бы самый простой, но то мечты. Зажигательные смеси здесь знают, а вот о взрывающихся порошках и «бум-палках» никогда не слышали даже аракоры, а они народ мобильный. Многие конкретного места жительства не признают и всю жизнь кочуют. И воруют, конечно. В общем будь здесь такое они бы знали.
А ночью на нашу деревню напали. К счастью, аракоры отлично видят в темноте и вовремя подняли тревогу.
* * *
Нападающими были вовсе не мукаки, а другие ваны. Целых пятьдесят рыл. Собирались ночью вломиться в амбар и украсть побольше зерна. Им было невдомёк что амбар не просто охраняется, а там рядом ещё и гнездо птиц.
Уличная потасовка в потёмках дополнилась воплями боли. Нападающие ваны были ранены, их обстреляли из самострелов аракоры и принудили к беспорядочному бегству.
Вакханалия продолжалась часа два, пока чужаков ловили. В том числе в окрестном лесу и в огородах. Словили аж пятнадцать рогатых. Ещё десять были убиты. Всех пленных закрыли в сарае до утра. Чтобы утром судить.