Земля в огне
Шрифт:
На помощь своим войскам под Могилевом немецко-фашистское командование вынуждено было перебросить пехотные дивизии 2-й полевой армии. Кровопролитные бои непосредственно за город с новой силой возобновились 20 июля. В наступление перешли 7-я и 23-я пехотные дивизии 7-го армейского корпуса противника при поддержке авиации.
Наши героические части отразили атаки превосходящих сил врага. Генерал-майор Ф. А. Бакунин 21 июля доносил командующему 13-й армией: "Вторые сутки веду упорные бои с превосходящими силами противника. Положение удерживаю. Снаряды кончаются. Прошу сообщить, когда будут доставлены снаряды"{14}.
Однако положение войск, находящихся в окружении в районе Могилева, с каждым днем усложнялось. 22 июля в
Обескровленные части нашего корпуса были переброшены на этот участок, в частности 51-й танковый полк - в район авиамоторного завода. Исполняющий обязанности заместителя командира 26-й танковой дивизии полковник К. Ф. Скоробогаткин лично мне на КП полка отдал приказ: овладеть рощей и выйти к станции Луполово.
Обнаружив наше сосредоточение, противник открыл массированный минометный огонь. Разрывом мины я был ранен, перевязал себя и приказал начать атаку.
В этом бою прекрасно проявил себя младший командир Ковалев. При разрыве мины выбыл из строя расчет противотанковой пушки. Ковалев один поднял лафет, повернул орудие на прямую наводку и вел по врагу уничтожающий огонь. Ковалев показал себя храбрым и умелым артиллеристом. Батарею, которой он стал командовать, называли "Ковалевской".
– Уж если она стоит на позиции, то немцы не пройдут, - говорили бойцы.
Нам удалось потеснить врага, захватить понтонный парк, который предназначался для форсирования Днепра. Вскоре я получил приказ командования дивизии на отход. Мы зажгли понтоны, машины и имущество и отошли в лес. Почти всю ночь позади нас разливалось огромное зарево.
Многие защитники Могилева погибли, но их вклад в победу над врагом никогда не будет забыт благодарными потомками, как не забыты доблесть русских войск, руководимых Петром Первым, в сражении у белорусской деревни Лесной - "матери полтавской победы"; как не забыта битва корпуса Раевского у Салтановки под Могилевом в 1812 году; как не забыто мужество красноармейцев 16-й армии, прославившихся на Могилевщине в годы гражданской войны; как не забыты освободители города от фашистской нечисти.
В июле сорок первого наши войска в районе Могилева сковали часть сил танковой группы Гудериана, нанесли им значительные потери и не дали с ходу прорваться на дальние подступы к Москве. Каждый выигранный бой и сражение, каждая остановка врага на несколько дней были чрезвычайно важны для нас в то время. Кстати, еще перед Смоленским сражением временные успехи немецкой армии, достигнутые в первую неделю войны, были расценены гитлеровским командованием как выполнение основной части плана "Барбаросса". Гальдер хвастливо записал в своем дневнике: "Не будет преувеличения, если я скажу, что кампания против России была выиграна в 14 дней". Еще более определенно высказался на следующий день Гитлер, заявив, что Советский Союз "практически войну проиграл".
Однако ни через неделю и ни через три недели, когда враг захватил Прибалтийские республики, Белоруссию, значительную часть Украины и Молдавии, он не добился победы. Это продвижение досталось врагу не легко. Наши войска нанесли ему серьезные потери в людях и технике. Только за 18 дней немецко-фашистская армия потеряла около 100 тысяч человек. Потери в танках к 10 июля составили около 40 процентов от первоначального количества, а авиация противника недосчиталась 950 самолетов.
В стане врага все чаще и чаще раздаются отнюдь не восторженные признания. "Противник очень силен. Он сражается фанатично и ожесточенно. Потери танковых войск в людях и технике значительны. Войска устали"{15},
В ходе Смоленского сражения, наряду с ожесточенными боями под Себежем, Полоцком и Витебском - на севере, Могилевом, Рогачевом и Жлобином - на юге, еще более крупные бои разгорелись в центре Западного фронта - на смоленском направлении. Здесь наступала главная группировка фашистских войск, рвавшихся к Смоленску и к Москве.
Упорная борьба советских воинов и населения с немецко-фашистскими захватчиками непосредственно за Смоленск умножила былую славу этого города как города-воина, ключа и щита России. Эта слава - достояние многих поколений нашего народа. Она с ранних лет врастает в наше сознание, становится неотделимой от понятия Родины, ее героического прошлого.
Утвердившись на днепровском рубеже и кратчайшем пути из Западной Европы к древней русской столице, Смоленск на протяжении многих веков прикрывал от вражеских нашествий центральные районы страны. На его могучие крепостные стены, что взметнулись на высоком холме над Днепром, не раз обрушивались грозные шквалы судьбы. Иноземные орды шли на Москву, но всегда натыкались на далеко выдвинутый на запад боевой форпост - Смоленск. Ожесточенное сопротивление защитников этого города всегда давало возможность Москве и России выиграть время, собраться с силами и изгнать захватчиков. Смоленск не раз доказывал врагу, что военные успехи его на русской земле - явление временное.
Так было издревле. В начале XVII века войска интервентов во главе с Лжедмитрием вторглись далеко в пределы страны. А Смоленск стоял, воодушевляя Русь на решительную борьбу, поддерживая в народе геройский дух. Город выдержал двадцатимесячную вражескую осаду. Его опустошали голод, цинга, военные потери, но смоляне сражались до конца. В начале следующего столетия на Смоленщине был прегражден путь на Москву армии шведского короля Карла XII. А еще через сто лет, в ходе Отечественной войны 1812 года, защитники Смоленска задержали на несколько дней главные силы наполеоновских войск и тем самым позволили соединиться двум русским армиям - Барклая де Толли и Багратиона. Наполеону не удалось разгромить эти армии поодиночке. Завоевателя Европы ожидало поражение под Бородино от объединившихся русских войск под руководством великого полководца и организатора народной войны Михаила Илларионовича Кутузова. Сожженная Москва, бесславное бегство по голодной старой Смоленской дороге, сокрушительные удары русских воинов, ополченцев и партизан под Вязьмой, Ляхово, Красным, Смоленском - таков был финал "великой армии", жалкие остатки которой нашли свою окончательную гибель на Березине.
Летом и осенью 1941 года защитникам Смоленска, как и других городов и селений области, пришлось столкнуться с куда более сильным и коварным врагом, нежели это было в начале прошлого века. Гитлеровское командование сосредоточило на смоленском направлении наиболее крупную группировку из состава группы армий "Центр", которая значительно превосходила в силах, вооружении и боевой технике ослабленные в предыдущих боях соединения и части Западного фронта, прикрывавшие рубеж от Витебска до Могилева. В начале июля танковая группа Гудериана прорвала нашу оборону в районе Орши и Шклова, на стыке 20-й и 13-й армий, и устремилась на Смоленск и Ельню.