Земля мечты

Гуранов Егор

Пить! Нащупываю рядом с собой полторашку с водой, скручиваю крышку и судорожно глотаю воду. Вода течет по лицу, стекая по подбородку капает на одежду.

Резко потею.

Быстро скидываю лишнюю одежду вплоть до ...

Фу-у!!! Сразу стало легче дышать.

И тут слышу четким командным голосом.

– Если у Вас есть оружие, то его нужно будет уложить в ящики или сейфы и опломбировать! Нахождение на территории 'Базы' с оружием запрещено!

– Блин! Менты все-таки. Догнали, - проносится в голове ,-

а база - это что?.

И тут только доходит до меня - что это был сон.

У-ух!!!

Тогда это что, и прислушался.

– Есть, конечно, - услышал я, - охотники-любители и профессионалы как-никак. Только руж-жо здесь, в кабине, а оружейный сейф в кузове. Можно же там опломбировать.

– Обязательно!!!

Ну, точно сон. Я же в КамАЗе был.

Блин, заснул все- таки!

А теперь уж точно попал!

Сейчас залезут сюда, а тут я: Здрасте, Вам, с кисточкой!

Сначала отмудохают для профилактики простудных и других несимпатичных заболеваниях, а потом будут разбираться. Затем со спокойной совестью сдадут с рук на руки легавым.

Вот блин! Разоспался - расслабился. Забыл, что бывает с расслабленными. Сейчас подымут полог и учуют исходящий от меня 'амбре'. Ну, точно.

Вот попал, так попал.

Откинув полог, хозяин КамАЗа начав залезать в кузов, слегка тормазнул.

– Кто здесь? А ну покажись.

Пришлось встать.

– Во! Безбилетник. 'ЗаЕц', блин! Ну, Заяц, погоди! Сейчас мы тебя бить будем, - незлобливо пообещал хозяин КамАЗа.

– Все - сдаюсь сразу и весь. Только не бить по голове, а то сразу дурным становлюсь, - в тон отвечаю ему.

– А ну-ка вылазь "заец" портальный, ак-куратненько так, - произнес вооруженный явно не 'калашниковым', но и не 'Сайгой' то ли мент, то ли охранник, то ли еще кто.
– Без резких движений. А то нечаянно отстрелим ненужное.

– Как это портальный?
– удивился я, - Почему это?

– Счас тебе все сразу обьясним. Быстро на выход с вещичками, - сказал охранник скорее всего. На нем камуфляж песчаной расцветки, не ментовской.

– И ты, это - чужого там не прихвати, - распережевался хозяин КамАЗа, помахивая ружьем, - здесь все равно тебя контроль 'таможенный' ждет.

– Все свое ношу с собой. Чужого не надо. Здесь при всем желании если что и от борта отдерешь, то даже не сдвинешь с места. Все, уже выхожу, - сказал я, подхватив свои вещички, двинулся к откинутому пологу.

Сползая задом с кузова, слышу, как нервно вещает камазист, увидев торчащий из-за рюкзака приклад, обтянутый брезентом:

– Смотри-ка он еще и вооружен. Ну-ка руки вверх. И тыкает меня стволом своего ружья. Охотник, блин.

– Да не оружие это. Это арбалет.

– А че арбалет не оружие что ли.

– Дык только по голубям охотится.

– Я тебе сейчас поохочусь. А ну бросай свою ружбайку.

– А ну-ка смирно всем

стоять, охотнички! Счас разберемся, где и что есть оружие, - рявкнул охранник.

– Все сдаюсь! Только, чур, на запчасти не разбирать.

– Кого не разбирать - встрепенулся шофер.

– Никого и ничего!
– отпарировал я.

– Хорош трындеть - сказал военный - патруль счас быстро разберется со всеми проблемами.

– Какой патруль?
– удивился я. Оказывается это чей-то патруль.

– Какой надо тот и патруль. И поворачиваясь к камазисту, спрашивает:

– Так, уважаемый э-э...

– Роман Григорьевич, - подсказывает водитель.

– Так вот, уважаемый Роман Григорьевич имеете ли вы к этому охотнику на голубей претензии.

– А черт его знает, - и уже ко мне обращаясь - Ты там ничего не спер.

– Да не дай бог!
– побожился я - У меня вещей - рюкзак, сумарик с едой да сумка с инструментами. А у тебя там станки, да всякое железо.

– Ну-ка, какой еще инструмент? Давай показывай!

Снимая сумку с заднего борта, миролюбиво сказал: - На, глянь, Роман Григорьевич, что за инструмент у меня тут собрался, - и подал ему свою раскрытую сумку-инструменталку. А сам переложил остальные вещички с божьего тарантаса на грешную землю в виде больших бетонных плит, сквоэь щели которой пробивалась пожухлая трава.

Рассмотрев и сумку и находящийся там инструмент, хозяин КамАЗа уставился на меня:

– Что это - твой рабочий инструмент? Раритет местами, но справный. А сумку кто тебе шил? Смотри-ка какая удобная. И все по своим местам, - уважительно произнес Роман Григорьевич.

– Все сам: и придумал и осуществил. Для себя же делал, чтобы было удобно.

– Ну чего тут музей-выставку устроили, - нагло влез в разговор патрульный.
– Давайте, живей разбирайтесь 'кто кому чего должен'!

Водила оживился:

– Ну, у меня там сейфы. Я счас гляну быстро, - подхватив свое ружье, полез в кузов.

– Вроде все нормально, проинформировал охрану шофер, сгреб, поданные Рыжим охотником, в охапку ружья и исчез за пологом.

Вслед за ним в кузов полез другой охранник, тьфу-ты, патрульный.

Боятся меня оставлять без присмотра.

Ага, бояться они, как же? Таких самих боятся надо.

– Так, задержанный, - вдруг обратился еще один подошедший патрульный, видимо старший со странным малиновым беретом на голове, - рассказывай, как туда попал, контрабандист?
– И ручкой так небрежно в КамАЗ тыкает.

Ого! Уже контрабанду 'шьют'. Значит все-таки таможня, а чего тогда на Север ехали, да на Юге оказались. И сами про какой-то патруль говорили. Может пограничный. И чего это за малиновый берет на голове у него. Голубые береты - ВДВ, какие-то черные, синие бывают, а вот чтоб малиновый не слышал. Значит все-таки пограничный патруль.