Земля белых облаков
Шрифт:
— На этот комплимент я могу ответить тем же, — сказал он, немного успокоившись. — Она... она дрессированная? В смысле, как собака-загонщик?
Флёр почувствовала, что мужчину на самом деле не интересовала Грейси; казалось, он хотел выиграть время, пока у него в голове лихорадочно проносились мысли. Но Флёр кивнула и осмотрелась в поисках подходящего задания, чтобы продемонстрировать умения собаки. Затем она улыбнулась и отдала Грейси команду. Маленькая собачка бросилась вперед.
— Вон тот большой баран справа. Она погонит его между скалами. — Флёретта приблизилась к скалам. Грейси уже отделила барана от стада и ждала дальнейших приказов.
Но той не нужна была помощь. Баран спокойно побежал между камнями.
Мужчина кивнул и теперь тоже улыбнулся. Он выглядел намного спокойнее. Очевидно, он пришел к какому-то выводу.
— Вон та овцематка сзади, — произнес он, указывая на округлое животное, и свистнул Пятнице. В ответ на команду собачка пулей обежала стадо, выгнала из него указанную овцу и направила ее к скалам. Но овцематка оказалась не такой покорной, как баран Грейси. Пятнице понадобилось три подхода, чтобы прогнать ее между скалами.
Флёретта довольно улыбнулась.
— Я победила! — воскликнула она.
Глаза мужчины заблестели, и Флёр показалось, что она увидела в них почти нежность.
— У вас, кстати, красивые овцы, — быстро добавила она. — Я в этом разбираюсь. Я из... овцеводческой фермы.
Мужчина снова кивнул.
— Вы — Флёретта Уорден с Киворд-Стейшн, — сказал он. — Господи, я поначалу было подумал, что вижу перед собой привидение! Гвинейра, Клео, Игрэн... Вы с вашей матерью похожи как две капли воды! И так же элегантно держитесь в седле. Но это было предсказуемо. Я все еще помню, как вы плакали, пока я пытался вас усадить. — Он улыбнулся. — Впрочем, вы меня не помните. Позвольте представиться... Джеймс МакКензи.
Теперь Флёретта тоже пристально смотрела на него, а потом застенчиво отвела взгляд. Чего этот мужчина ожидал от нее? Что она притворится, будто не слышала о его дурной славе вора? Не говоря уже о невероятном факте, что он был ее отцом?
— Я... послушайте, не подумайте, что я... что я прибыла сюда, чтобы схватить вас или еще что... — начала было она. — Я...
МакКензи оглушительно засмеялся, но потом взял себя в руки и ответил взрослой Флёр так же серьезно, как когда-то отвечал четырехлетней девочке:
— Я бы от вас такого и не ожидал, мисс Флёр. Вы всегда были неравнодушны к свободным мелким землевладельцам. Вы же состояли какое-то время в связи с неким Рубеном Гудом, не так ли?
Она увидела, как глаза мужчины весело загорелись, и вдруг узнала его. В детстве она называла его мистером Джеймсом, и он всегда был для нее особым другом.
Стеснительность Флёретты улетучилась.
— И до сих пор! — подыграла она. — Рубен Гуд и я поклялись любить друг друга... это одна из причин, по которой я здесь.
— Ага, — сказал МакКензи. — Шервудского леса будет, пожалуй, маловато для все растущего числа ваших приверженцев. Но здесь-то я могу помочь, леди Флёр... Но в любом случае нам сначала нужно перегнать овец в безопасное место. Здешняя земля начинает гореть у меня под ногами. Не хотите ли сопроводить меня, мисс Флёр, и побольше рассказать мне о себе и вашей матери?
Флёретта старательно закивала.
— С удовольствием. Но... вам бы лучше отправиться куда-нибудь, где вы будете в безопасности. А овец просто отдать обратно. Мистер Сайдблоссом ищет меня со своей поисковой группой... почти с армией, как говорит моя мать. Мой дед тоже с ними. Они хотят схватить вас
Флёретта настороженно огляделась. До этого момента она чувствовала себя в безопасности, но если Сайдблоссом был прав в своих предположениях, она находилась сейчас на территории Лайонел-Стейшн, на его земле. И возможно, Джон имел кое-какие соображения насчет местонахождения МакКензи.
МакКензи снова засмеялся.
— Вы, мисс Флёр? Что же вы такого натворили, что за вами отправляют поисковую команду?
Флёр вздохнула.
— Ах, это долгая история...
МакКензи кивнул.
— Хорошо, тогда мы отложим этот разговор до тех пор, пока не окажемся в безопасности. Просто следуйте за мной, а ваша собака составит компанию Пятнице. Тогда мы сможем побыстрее скрыться отсюда. — Он свистнул Пятнице, которая, казалось, точно знала, чего он от нее ожидал. Она погнала овец в сторону от террасы на запад, к Альпам.
МакКензи взобрался на своего мула.
— Вам не стоит беспокоиться, мисс Флёр. Местность, куда мы отправляемся, совершенно безопасна.
Флёретта последовала за ним.
— Называйте меня просто Флёр, — попросила она. — Это и без того... очень странно, когда мой... то есть когда кто-то вроде вас называет меня мисс.
МакКензи бросил на нее испытующий взгляд.
Некоторое время оба молча ехали рядом, в то время как собаки гнали овец по каменистой местности. Травы здесь было мало, а дорога неуклонно шла вверх. Флёр задавалась вопросом, действительно ли МакКензи ведет ее в горы, но не могла себе такого представить.
— Как вы... то есть как получилось, что вы... — внезапно вырвалось у нее, когда Ниниана ловко пробиралась по каменистой тропе. Дорога становилась все тяжелее и теперь пролегала через узкое русло ручья, окруженное крутыми скалами. — Вы ведь были управляющим в Киворд-Стейшн и...
МакКензи ехидно засмеялся.
— Ты хотела спросить, почему уважаемый и прилично оплачиваемый работник превратился в вора? Это тоже долгая история...
— Но нам предстоит далекий путь.
МакКензи окинул ее нежным взглядом.
— Ну ладно, Флёр. Покинув Киворд-Стейшн, я намеревался купить собственный участок земли и начать разводить овец. Я накопил немного денег, и пару лет назад меня бы точно ожидал успех. Но теперь...
— А что теперь? — спросила Флёр.
— Приобрести здесь пастбищные угодья по приемлемым ценам практически невозможно. Крупные разводчики скота — Уорден, Бизли, Сайдблоссом — прибирают к рукам участок за участком. Земля маори уже пару лет считается владениями британской короны. Без разрешения губернатора маори продать ее не могут. А разрешение это получают только избранные претенденты. Кроме того, границы очень неточные. Сайдблоссому, например, принадлежат пастбищные угодья между озером и горами. Доныне он претендует на землю, идущую до террас, на которых мы встретились. Но если сейчас обнаружится еще какая-то земля, то, естественно, он будет утверждать, что она тоже принадлежит ему. И никто не будет протестовать, разве что маори могли бы заявить о своих претензиях на землю. Но они этого почти никогда не делают. У них же совершенно иное отношение к земле, чем у нас. Именно здесь, в предгорье Альп, они редко селятся надолго. Обычно племя маори приходит сюда летом на пару недель, чтобы порыбачить и поохотиться. Скотоводы не препятствуют туземцам — если, конечно, им хватает ума на это. А менее умные скандалят. Подобные случаи как раз и называют в Англии «войнами маори».