Земля - 2
Шрифт:
– Мы же не в классе!
– сказала она студентам. Только в классах мальчики и девочки сидели в отдельных рядах, а в буфете и библиотеке правило не соблюдалось.
Они, молча, принялись за еду, и ей показалось, что она помешала разговору.
Наспех съев неказистый обед, она поспешила удалиться. В дверях стояла Долорес.
– Кэрри! Как ты могла?!
– Я не знала, где тебя искать, Долли, не обижайся!
– Причем тут это...
Подруга схватила ее за руку, сильно дернула и потащила за собой.
– Ты сидела рядом с Гарри Кином!
–
– Я не об этом, глупая ты! Говорю же, ты села рядом с Кином, а он!..
– Долли оглянулась по сторонам с вытаращенными от страха глазищами, - не пьет таблетки! Вот!
Кэрри закрыла ладонями лицо, что Долли приняла за испуг.
– Это тот, который был возле тебя, а не напротив. Светловолосый и тощий такой, поняла?
Она кивнула.
– Ладно, не бойся ты... Впредь будешь умнее! Думай о своей репутации!
Но Кэрри не испугалась, нет. Она обрадовалась. Возможно, она не единственная студентка, которая не пьет максинал. Не единственная преступница.
– Удивляюсь, как его не сдадут полиции!
– негодовала Долли.
– Он же не скрывает! Держись от него подальше, вдруг он заразит тебя болезнью Грея?
– Да ну... Она не заразная.
– А вдруг? Вот увидишь, он умрет, если говорит правду, или упадет в низший класс, и кого-нибудь за собой потянет! Будет работать на самой унизительной должности, и поделом.
– Поняла я, поняла.
– Скоро звонок! Бежим скорее на ОМЗ!
Она еле поспевала за подругой, ноги, как никогда раньше, путались в длинном подоле школьной формы. На лестнице Кэрри так и наступила на него и чуть не упала. Потом приказала себе: "Спокойно! Никто не знает про меня", - и пришла в себя.
Основы медицинских знаний преподавала медсестра с двадцатилетним стажем миссис Лоуренс, у мальчишек же был медбрат. Кэрри понимала, что главная цель курса - воспитать из них на протяжении всех четырнадцати лет учебы идеальных родителей. Материнский инстинкт просыпался и в ней, она не оставалась равнодушна к этим занятиям, сдобренным эмоциональными фотографиями, фильмами и рассказами. Но Кэрри знала, что ОП использует этот инстинкт, чтобы граждане пили максинал и боялись пропустить дозу.
Миссис Лоуренс, излучая полным румяным лицом, как солнцем, счастье и добро, заявила в начале урока:
– Сегодня, мои родные, начнем новую тему: грудное вскармливание. Долорес, Анна! Раздайте всем мамочкам их маленьких деток!
Девочки пошли к шкафам и разнесли однокурсницам кукол, похожих на грудных детей. Они передавали их так бережно, будто те были живыми.
– Можете поупражняться в пеленании, пока я ставлю обучающее видео. После просмотра вы сможете попробовать сами!
Теперь Кэрри поняла, почему у десятого курса пуговицы на платьях, а у младших их нет.
Чтобы не отличаться, она распеленала и запеленала своего Арни, как значилось на бирке вокруг запястья.
– Девочки, у кого Арни?
– жалобно спросила Оливия.
– У меня, а что?
– повернулась к ней Кэрри.
– Давай поменяемся? Я всегда беру Арни...
–
Оливия вскочила, передала ей свою Джиллиан и с самой настоящей нежностью взяла на руки Арни.
– Мой котенок!
Кэрри улыбнулась, будто все понимает. Все оставшееся время до звонка она повторяла реакцию Долли на грудное вскармливание, и притворство вымотало ее.
– Пойдешь со мной на футбол? Наши играют против кого-то, - предложила Долли.
– Нет, я устала и хочу домой.
Она не питала родственной приязни к студентам юридического факультета только потому, что они вместе учатся. Подруги расстались, и Кэрри побрела на улицу, раздавленная одиночеством.
Во дворе было безлюдно, только два студента сидели на ступенях буфета. Кэрри застыла, узнав в одном из них Гарри Кина, если верить Долли. Он рвал лепестки с сорванного из клумбы ириса, мял их и бросал под ноги. Второй, смуглый, заметил, что Кэрри смотрит на них. Она покраснела и быстрыми шагами пошла к воротам. У всех студентов мужского пола формы были единообразны: черный брючный костюм и галстук, цвет которого зависел от факультета. Но они свои галстуки сняли, как многие делали после уроков. По самому Гарри судить сложно даже о его возрасте: он худой, даже тощий. А вот его товарищ выглядел слишком взрослым для выпускника.
Она оглянулась и увидела, что студенты идут за ней. Показалось, что Гарри торопится, а второй его сдерживает. Тогда Кэрри побежала, выскочила за ворота и спустилась в метро. Рабочий день был в самом разгаре, людей тут почти не было, а электрички ходили только по утрам и вечерам, в часы пик. Она вышла с другой стороны возле стоянки такси, посмотрела в сторону Учебного района - Гарри там не было. Его друг, или кто он там, заметил Кэрри и даже махнул рукой.
Она села в такси, пылая от стыда.
– На тридцатый, сэр, - попросила она.
***
Бабушка заметила, что с ней что-то не так, но списала на пробный экзамен. Пока не вернулись с работы родители, Софи и Кэрри могли откровенно поговорить.
– Я уверена, они ничего не заподозрят, - мягкий голос женщины обычно успокаивал.
– Хорошо, что ты относишься к этому серьезно, но на самом деле обнаружить изменника по сочинению трудно. Тем более у тебя нет нарушений. И вообще, это только наши подозрения! Может, сочинения ничего не значат...
При родителях, законопослушных гражданах, они даже наедине не разговаривали об этом.
Целую неделю Кэрри не решалась рассказать Софи о Гарри, таком же, как они двое. Откуда он узнал правду? Как он жил все это время? Знает ли других?
Несколько раз они виделись на переменах. Конечно, ничего не значит, что он смотрел на нее. С чего бы ему ею интересоваться? Он же не знает, что она тоже не пьет наркотики. И Кэрри поняла, что влюбилась. Вот почему она боялась рассказать о нем Софи.