Зелье
Шрифт:
– Ну что, дорогой Кармот, на этой планете ты должен попытаться оправдать оказанное тебе лордом Илоджией - да святится его чешуя!
– доверие. До сих пор ты все больше лоботрясничал (вот разве что попотел немного в стычке с истребителями гуманоидов), но зато теперь... Теперь, думаю, начнется настоящая работа!
Кармот МЗЛК сильно уступал в смысле роста и штурману, и капитану, да и вообще был самым миниатюрным астронавтом на борту разведчика. Капитан считал Кармота этаким декаденствующим щеголем из-за его несколько франтоватой внешности и привычки красить резцы красным лаком. Миллион лет назад, полагал ПСЦРБ, такой карлик сделался бы легкой добычей какого-нибудь кровожадного племени. Однако сегодня ум и хорошие манеры ценились гораздо выше,
– Мне здесь не нравится, - отозвался наконец консультант.
– Тебе платят не за то, что ты способен столь четко формулировать свои ощущения, - едко возразил Лаккота.
– Считаю своим долгом напомнить, что обязанности научного эксперта или, если угодно, консультанта, состоят исключительно в оценке того, насколько прибыльной окажется эксплуатация выбранного нами объекта.
– Повторяю, мне здесь не нравится, - буркнул Кармот.
– Я не могу понять, что за объект передо мною. А все непонятное мне, как правило, не нравится.
– Слишком знакомая позиция, - усмехнулся Лаккота.
– Но может быть, ты все-таки хорошенько подумаешь и скажешь, с чем именно мы столкнулись на этой яйцеоставленной планете? Знаю, что скажешь, а нравится тебе это нечто или не нравится - дело десятое! Говори, Кармот.
– Слушаюсь, господин капитан, - довольно невнятно пробормотал МЗЛК, лениво грызя свою лапу.
– Итак, - приступил он, встряхнувшись, - на это громадное пятно первым обратил мое внимание юный дозорный Плаулок, еще на орбите. Я поразился не столько наблюдательности молодца, сколько его здравомыслию: он считывал показания приборов, на удивление, точно, хотя обычно, как и всякий новичок, он был склонен делать на основе подобных показаний самые фантастические выводы и строить наинелепейшие воздушные замки.
– Тут Кармот вынул из пасти лапу и ткнул пальцем в иллюминатор.
– Милостивые государи! раздельно проговорил он.
– Перед нами - черное пятно неслыханных размеров: площадь его составляет приблизительно девять тысяч квадратных клавитов. Пятно повторяет все неровности запятнанного - простите за тавтологию - участка с точностью, моему осмыслению не поддающейся: жидкий слепок с каждой кочки, с каждого бугорка. Жидкий слепок - нечто в высшей степени абсурдное с точки зрения всех известных нам физических теорий!
– Теперь о свойствах этого пятна, господа! Ни один из тех типов излучения, которые мы способны произвести, не влияет на него. Возможно, какие-то более совершенные устройства и способны дать некоторые результаты, но мы не располагаем сведениями о существовании таких чудо-устройств. Какими же сведениями мы располагаем? А вот какими! Мы знаем, что направленный пучок энергии не отражается, но напротив - целиком поглощается таинственным черным пятном. Об этом свидетельствуют результаты анализов грунта, добытого из-под сгустка. Каким-то загадочным манером оно поглощает все доходящие до него виды излучений. Думаю, что также оно высасывает энергию из тех объектов, которые имеют органическую структуру...
Два дня тому назад я вместе со старшим геологом Ониддом СРСДК вышел из корабля, чтобы взять пробу этого непонятного вещества. Мы наивно полагали, что выполнить подобную задачу нам не составит никакого труда.
– И вас постигла неудача, не так ли?
– встрял штурман Паантон, все еще жевавший свой хвост и пяливший свои ярко-красные глаза в иллюминатор.
– Не вполне, - сухо ответил Кармот.
– Когда я попытался дотронуться до кромки пятна, она, эта кромка... м-м-м, нет, краешек, что ли... нет... ну,
– То, что вы превосходно владеете изощреннейшей бранью, явилось неожиданностью для всех нас, - поспешил признать Лаккота.
– Гм. Да... Так и не сумев отщипнуть ни кусочка от этого чудовищного блина, я немного отошел в сторону, разбежался и прыгнул. Прыжок получился отменным (на этой планете сила тяготения невелика!). Мои ноги уже коснулись было пятна, но внезапно оно опять с невероятной быстротой ужалось, так что я шлепнулся на базальт. Онидд заметил, что краешек блина сделался значительно толще. Таким образом мы установили, что вещество никуда не исчезает, а просто его плотность увеличивается. Геолог затем отстегнул от пояса свой лучемет и попытался лазером отрезать кусок этой загадочной лепешки. Оказалось, что хотя пятно всячески избегает прямого механического контакта, оно жадно впитывает смертельное для обычных тварей излучение. Эту штуку не удалось прожечь, хотя лазер направлялся в самое тонкое место! Лепешка даже не задымилась, хотя мы режем лучеметами даже броню и бетон! Я решил помочь Онидду и включил свой бимер. Опять никакого эффекта не последовало. С таким же успехом мы могли нагревать сжиженный вакуум.
Теперь к вопросу о химической природе данного пятна. Органика? Неорганика? Если перед нами живое существо, то это существо - совершенно неслыханное. Оно жадно впитывает в себя различные виды излучений и в то же время не терпит никакого механического контакта с другими живыми существами...
– Твой вывод, Кармот!
– нетерпеливо потребовал Лаккота.
– Полагаю, что перед нами - живой организм, существующий за счет поглощения метеоритной пыли и солнечного излучения. Я убежден в этом, хотя и не обнаружил в пятне никаких следов реакция фотосинтеза и никаких признаков хлорофилла. Убежден, потому что ему больше нечем кормиться. Мы тщательно исследовали грунт и под пятном (оно, если помните, сворачивалось), и в других местах: образцы обеих пород абсолютно идентичны! Не возьму на себя смелость утверждать, что перед нами животное. Впрочем, это и не растение. Скорее всего пятно не подходит ни под одну известную нам классификацию живых существ.
– И каковы же твои рекомендации?
– осторожно осведомился капитан.
– Немедленно убираться отсюда!
– не раздумывая, отвечал Кармот. Подниматься на орбиту и потом удирать с такой скоростью, на какую только окажется способно наше дряхлое корыто!
В глазах капитана задрожали прозрачные мигательные перепонки. Даже Паантон прекратил наконец созерцать безжизненный ландшафт в иллюминаторе (пятно ничуть не оживляло мрачной картины).
– Вот ты как, значит, - пробормотал Лаккота.
– Но каковы же основания?
– У меня есть нехорошее предчувствие, - просто ответил Кармот.
– В самом деле?
– осклабился капитан.
– В судовом журнале так и запишем: "Кармота мучили нехорошие предчувствия, мы все послушались внутреннего голоса нашего глубокомысленного консультанта и вернулись домой". А лорд Илоджий все поймет и все простит. Нет, милый Кармот, никаких "предчувствий" мне не нужно. Может быть, есть какие-то более дельные предложения?
Кармот глубоко вздохнул. Так глубоко, что в легких у него что-то зашипело.
– Немедленно включитесь в межзвездную ретрансляцию, - сказал он. Используйте для этого диапазон длинных волн. Свяжитесь с ближайшей нашей базой и потребуйте права на безотлагательную высадку. Правда, не исключено, что такая база будет контролироваться гуманоидами, но...
– Есть где-нибудь для нас подходящее местечко поблизости?
– спросил Даккота штурмана.
Паантон славился своей необъятной памятью, умением все схватывать буквально на лету и отвечать на поставленные вопросы кратко и вразумительно, словно компьютер. Вот и на этот раз он тотчас выдал требуемую справку.