Здравствуй, сын!

Борн Амелия

Я посмотрел на Диану, что ходила чуть поодаль от нас. Такая свежая, настоящая… кажущаяся непереносимо юной. Волосы убраны, но несколько темных прядей все равно выбиваются из прически. Их подхватывает ветер, бросая Ди в лицо. И она улыбается, быстро убирая волосы за ухо.

А платье... совершенно удивительное, вроде бы простое, но такое элегантное. Идеальное. Подол касается воды, намокает но Диане на это плевать.

И я уже представляю, как мы вернемся обратно в мой дом. Как я приготовлю ужин на троих, который мы и съедим, просто обмениваясь

друг с другом ничего не значащими словами. Которые, в то же время, значат так непередаваемо много.

А потом уложим Матвея спать, а я... я буду любить Диану в нашей с ней постели. И чувствовать все то же, что переполняет меня сейчас - безграничную эйфорию.

– Да?
– ответил я сыну, отвлекаясь от созерцания фигурки Ди.

Матвей нахмурился, как будто размышлял о том, стоит ли высказывать мне волнующий его вопрос.

– Если тебя что-то тревожит, я хотел бы об этом знать, - мягко подтолкнул я сына к тому, чтобы он озвучил неозвученное.

– Мама ведь будет счастлива?
– все же спросил он, и я невольно улыбнулся.

Этот мальчишка, мой сын, которым я так гордился, и которого так любил, похоже, был гораздо умнее своих лет

– Я очень надеюсь, что она уже счастлива, - ответил Матвею и добавил: - И да - я сделаю все возможное и невозможное, чтобы наша мама была счастлива всегда. Обещаю.

Эпилог. Диана

Удивительно, как счастливое замужество способно менять саму женщину! Нет, не делать из нее повариху и посудомойку, а помогать осознать, кто ты и чего хочешь в этой жизни.

Я годами не знала, кто я и к чему стремлюсь. Но после всей истории, которая приключилась со мной, когда Олег вошел в мою жизнь, многое поняла. Все, что случается - и хорошее, и плохое, чему-то нас неизменно учит. И вместо того, чтобы сетовать на свои несчастья, из них можно извлечь пользу.

Взять хотя бы ту же Виолетту. Она попортила нам всем немало крови, но вспоминая теперь эту женщину, я поняла, чем именно хочу заниматься в жизни. Несмотря на то, что мне нравилась моя работа у Васнецова, настало время, когда хотелось обрести что-то свое.

Летти, вероятно, воображала себя идеальной леди, которая носит только модные бренды. Но большинство женщин не могли, во-первых, позволить себе подобного, а во-вторых, были не слишком в себе уверены. И тогда я осознала - я хочу открыть собственный магазин одежды. Где при хорошем качестве и разнообразии моделей и размеров любая женщина сможет подобрать что-то свое. Причем по весьма доступной цене.

Постепенно я настолько втянулась во все это, что стала сама разрабатывать эскизы одежды, пошив которой мы затем заказывали на фабрике. Но особое удовольствие мне доставляло лично консультировать покупательниц. Как правило, женщины, приходящие в магазин, сами не знали, чего точно хотят и очень нуждались в оценивающем взгляде со стороны. Мне же, в свою очередь, нравилось помогать им, составляя безупречные луки.

В один из

дней, когда я сама находилась в магазине, меня ожидала весьма неожиданная встреча. Я понимала, что однажды наверняка еще увижу эту женщину, но не могла представить, что это случится не где-то на советском мероприятии, а в моем собственном бутике.

– Мне нужны самые дорогие вещи!
– в привычной ей высокомерной манере заявила Виолетта подошедшему к ней консультанту. И не вмешаться в происходящее я просто не могла.

– Оля, я сама обслужу эту девушку, - сказала своему продавцу с улыбкой и повернулась к Летти:

– Чем я могу помочь вам?

– Ты?!
– буквально выплюнула она в ответ.
– Хотя что тут удивительного, ведь твоя судьба - быть обслугой по жизни!

– Не думаю, что мы с вами настолько близки, чтобы вы обращались ко мне на «ты». Итак, чем могу помочь?

Я тайком оглядела ее - выглядела Виолетта далеко не так презентабельно, как это было раньше. Опытным глазом я оценила ее одежду, весьма далекую от прежнего гардероба от «Диор» и «Гуччи». Даже неаккуратный маникюр с головой выдавал, что она не может себе позволить прежней роскоши.

– Я уже сказала - мне нужно все самое лучшее и дорогое!
– гордо задрав подбородок, заявила Летти.

Я вежливо улыбнулась:

– Боюсь, что вы пришли не по адресу. У нас бутик весьма демократичных цен.

– Показывайте, что есть!
– фыркнула она в ответ.

Я спокойно провела ее туда, где висела последняя коллекция и позволила молча копаться в вещах. Даже вежливо отвернулась, делая вид, что смотрю в другую сторону, но когда тайком кинула взгляд в сторону Виолетты - увидела именно то, чего ожидала. Она запихивала вещи с вешалок в свою безразмерную сумку, воровато оглядываясь по сторонам.

Я не повернулась, сделав вид, что ничего не заметила. Посмотрела снова в сторону Летти лишь тогда, когда она громко заявила на весь магазин:

– Какое безвкусное дерьмо! Жалкая дешевка!

– Очень жаль, что вам не понравилось, - спокойно откликнулась я.

Дождавшись, когда Виолетта гордо прошествует к двери, я сделала знак двум охранникам, чтобы они ее остановили.

– Что вы себе позволяете?!
– взвизгнула Виолетта, вырываясь.
– Не смейте меня трогать!

– Вас они трогать и не будут, - заметила я, подходя к ним.
– Вова, Кирилл, осмотрите, пожалуйста, сумку леди.

– Что?! Да как вы смеете!!!
– снова истерически заверещала она, но когда из ее сумки вытащили одну вещь, а затем и еще несколько, я равнодушно констатировала:

– Это статья, Виолетта. Вызовите полицию, - распорядилась я и пошла в свой кабинет.

– Дрянь! Ты за это заплатишь!
– донеслось мне в спину.

– Ошибаешься, - обернулась я с улыбкой.
– Это тебя настигла расплата.

– Не поверишь, что сегодня случилось в магазине!
– крикнула я прямо с порога, торопливо стягивая с ног туфли.