Зажечь
Шрифт:
Я никогда не забуду, как она провела пластиковым ножом по своей груди и выжидающе посмотрела на меня. Качая головой, я просто смотрел на неё. Я ни за что в жизни не признался бы ей. Мои шорты, в области промежности, стали слишком тесными, поэтому не было никакого шанса, что я буду смотреть и говорить о её груди, какой бы совершенной она не была. А она была. В отличие от Сиерры, Алекса сформировалась рано и полностью. Извращенец во мне помнит, как я хотел положить свои руки на её грудь и дать ей понять, как она меня возбуждает.
— Скажи это, Джейс! — умоляла Алекса, и ждала, когда я уступлю ей, потому что, давайте посмотрим правде в глаза, я всегда так делал.
— Ни в коем случае. Ты такая чудная, когда разыгрываешь каждую сцену. Мы можем просто посмотреть?
Подойдя к дивану с пластиковым ножом в руке, она встала прямо передо мной. Она подняла одну бровь, как будто бросая мне вызов.
— Если ты не скажешь этого, мне придётся отрезать сиськи, а это будет довольно неприятно.
— Отрезать сиськи? Да, это настоящее преступление против человечества. Мы не можем этого допустить, — ответил я.
Прежде чем она успела среагировать, я приподнялся и схватил её за запястье. Выхватив у нее нож, я спрятал его за спину. Она раздраженно смотрела на меня, обдумывая следующий шаг.
— Всё. Теперь мы ничего не будем резать, — сказал я, ожидая, что же она сделает.
Вдруг она накинулась на меня, и я упал спиной на диван. Она оседлала меня и попыталась вытащить мою руку из-за спины. Я не двигался, и это ещё больше раздражало её. Я едва мог сдерживать смех, тогда она использовала запрещённый приём — щекотка. Девчонка начала щекотать меня! Она знала, что это мой криптонит, но это продолжалось, пока она не забрала нож. Она попыталась слезть с меня, но я не отпускал её. Взяв её на руки, отпустил на диван, продолжая её же экзекуцию.
— Прошу! Пожалуйста, прекрати! Я сейчас описаюсь, — взмолилась она.
— Хочешь, чтобы я остановился?
— Да!
Как она и просила, я остановился и взглянул в её глаза. Она смотрела на меня, её дыхание сбилось. Я не был уверен, она задыхалась из-за щекотки, или потому что мы находились так близко. В тот момент всё и началось. Я знал, что наши отношения изменились. Мои губы стали опускаться на её, и прежде чем я понял, что происходит, в комнату вошли Сиерра и Джереми, эффектно убивая момент.
—
Я выныриваю из воспоминаний и понимаю, что я единственный не покинул автобус. Последний раз взглянув на телефон, улыбаюсь. Интересно, думает ли она обо мне после того звонка, так же как я о ней. Называйте это принятие желаемого за действительное, но, может быть, этот статус — способ вспомнить меня, вспомнить нас. Я знаю только то, что это будут очень длинные, жаркие и одинокие пять месяцев, пока я, впервые за десять лет, не увижу её.
6 глава
Лекси
Прошло почти два месяца со звонка Джейса. Я вспоминала о нем больше, чем хотела бы. Будь я на работе или дома, затерялась ли в книжке, которую читаю, мои мысли постоянно занимает он. Мне было интересно, как проходила его служба в армии, последние десять лет, Сиерра, очень давно, перестала рассказывать об этом. Стук в дверь моего офиса, вырывает меня из мыслей.
— Эй, Алекса, я иду перекусить на Площадь Фонтанов. Хочешь присоединиться?
Подняв голову, вижу своего напарника Бреди, прислонившегося к двери. Что со мной не так? Думаю я, бесстыдно пялясь на него. Он одет в чёрные брюки, которые прекрасно смотрятся на его ногах, и светло-зелёную рубашку на пуговицах, которая соответствует его глазам. Его белокурые волосы отлично уложены, за исключением одной пряди, спадающей на лоб. Как я раньше не замечала, какой он привлекательный?
— С удовольствием! Если я прочту ещё одно резюме на открытую вакансию агента, то закричу. Обеденный перерыв — то, что нужно, — говорю я, закрывая компьютер и хватая свою сумочку.
Когда мы выходим из здания и идем в сторону Площади Фонтанов, между нами завязывается лёгкий разговор о последних сплетнях на работе. Мы решили поесть в Rock Bottom, где можем разместиться снаружи и наслаждаться необычно тёплым апрельским днём.
— Вперёд, «Редс»! Желаю удачи в возвращении меня на работу после обеда, — взволновано говорю я, следя за игрой на огромном экране, установленном на площади. Бреди стонет.
— Ты сама по себе. Я не поклонник бейсбола.
Я ахаю в притворном ужасе.
— Убирайся! Бреди Андерсон, ты живёшь в городе, где зародился бейсбол. «Редс» — первая профессиональная команда. Это освобождает Огайо от ненависти к бейсболу.
Прежде чем он успевает ответить, подходит официант с водой и спрашивает, готовы ли мы сделать заказ. Бреди заказывает вырезку средней прожарки. Фу. Когда наступает моя очередь, я заказываю хорошо прожаренного лосося. Бреди смеётся и качает головой.
— Хорошо прожаренного? Никто не заказывает хорошо прожаренного лосося.