Заземелье
Шрифт:
Но что это? Кажется мне или я действительно слышу, как кто-то зовет меня?
– Фаина… Фаина…
По-моему, голос доносится из коридора и очень похоже, что зовет Филипп.
Я встала с кровати и прокралась к выходу из комнаты, стараясь не издать ни звука. Попробовала открыть дверь, и та легко поддалась. Вот тебе на! Как же так? А раньше была заперта.
В коридоре оказалось совершенно темно. Дверь я оставила приоткрытой, чтобы не заблудится на обратном пути.
– Фаина… – донеслось до меня опять, что заставило прибавить шагу.
Тишина и
– Фаина!
Я вдруг остановилась, как вкопанная. Теперь точно позвал Филипп, и голос его прозвучал у меня за спиной, а совсем не с той стороны, куда я направлялась. Я резко повернулась. Он стоял возле моей двери.
– Что ты здесь делаешь? – требовательно спросил он.
– Иду… Мне показалось, что ты звал меня.
Я окончательно перестала что-либо соображать. Не привидение же меня призывало? Я отчетливо слышала его голос.
– Я тебя не звал. Просто решил проверить все ли у тебя в порядке?
– Но… голос был похож на твой.
Мне вдруг стало так страшно, что я рванула обратно и через секунду остановилась рядом с Филиппом, тяжело дыша. Он подтолкнул меня в комнату и вошел следом.
– У нас запрещено ходить по ночам за пределами квартир.
– А как же ты? – машинально спросила я, а сама заметила, что ванна пуста, вода каким-то образом испарилась, не оставив следов. Раньше я не обратила на это внимания.
– Мне можно, – коротко ответил он.
– А, ты на особом положении? – съехидничала я, думая о другом. Голос мне не мерещился, уверена. И если это был не Филипп, тогда кто?
– Как ты устроилась? – перевел он разговор на другую тему.
– Нормально, – пожала плечами. К чему задавать такие вопросы, если меня похитили из собственного дома. Не все равно им, как я тут устроилась? – Очень есть хочется, – пожаловалась я, вновь ощутив приступ голода. Может он и виноват, что мне приснился такой странный и страшный сон. Говорят, на голодный желудок снятся кошмары, как и на сытый, впрочем.
– Прости, я виноват. Совершенно не подумал об этом вечером, – Филипп порылся в кармане и достал две таблетки, упакованные каждая в маленький пластиковый мешочек. – Вот, возьми. Это поможет не хотеть есть до утра.
– Вы этим питаетесь? – с подозрением рассматривала таблетки.
– Не совсем… Питаемся мы нормально, только пища наша немного отличается от вашей. Сама все узнаешь потом. А это… что-то типа витаминов.
Я положила одну таблетку в рот. Какая-то она безвкусная, как прессованная целлюлоза. Может, и принцип действия у нее такой же? Разбухает, заполняет желудок и тю-тю чувство голода. Я все-таки проглотила ее, запив водой, а потом и вторая отправилась туда же.
Подмывало рассказать Филиппу сон, но останавливала стеснительность. Зачем ему мои кошмары? Кому они интересны?
– Мне приснился кошмар, вот и проснулась, – ограничилась я.
– Ложись, помогу тебе уснуть.
Прозвучало это двусмысленно, или мои фантазии стали неприличными, когда осознала, что стою
– Закрой глаза, – скомандовал он.
Я подчинилась. Глаза жгло, как при высокой температуре. На лоб опустилось что-то прохладное. Я поняла, что это рука Филиппа. Его пальцы немного подрагивали, не прижимаясь сильно. Он едва касался моей кожи. Голова слегка закружилась, а веки начали наливаться свинцом. Так захотелось спать, что не осталось сил на благодарность. Уже засыпая, я услышала хлопок и поняла, что он потушил свет.
Непривычно просыпаться утром в темноте. Особенно, если находишься в полной уверенности, что спишь в своей постели.
В первый момент я не могла сообразить, что вообще происходит, пока в памяти не восстановилась цепочка недавних событий. Центральное место в ней занимал Филипп. Неизвестно почему, мысли о нем согревали, настраивали на позитив. Все же остальное, чего я не понимала, сколько не думала, пугало неизвестностью.
На этот раз я решила принять душ и долго искала кнопку, чтобы пустить воду. Еще поняла, что нигде нет мыла. Его, видно, тоже забыли положить, как и стаканы. Пока была занята поисками, случайно встала под душ – вода радостно полилась и окатила меня с головой и прямо в сорочке. Хорошее начало неизвестно какого дня.
Меня настораживало собственное отношение к ситуации. Почему не паникую? Отчего воспринимаю происходящее, как норму? Точно знаю, что нахожусь в адеквате, не считая того отрезка времени в пути, когда Филипп меня загипнотизировал. Пора бы уже начать истерировать и требовать, чтобы меня выпустили на волю. Не в Филиппе ли причина?
Так получилось, что к двадцати четырем годам более или менее серьезные отношения с мужчинами у меня не складывались. Конечно, я влюблялась и не раз. Бывали даже случаи, когда мне отвечали взаимностью. Но все это длилось недолго, отношения прерывались, не успев толком завязаться. Филипп же с самого начала произвел не меня сильное впечатление. Что-то было в нем необычное, даже если не брать в расчет, что таких красивых мужчин я раньше не встречала. Меня к нему тянуло, сама не знаю почему. Хотелось выяснить, кто же он.
Размышляя, я открыла створки платяного предположительно шкафа и первое, что увидела, – то самое «кимоно» из моего сна. Причем больше из одежды ничего не было, то есть выбора мне не оставили, так и пришлось облачиться в зеленый халат. Я даже не могла посмотреть на себя – в комнате не было ни одного зеркала. В голове засела дурацкая загадка: «Без окон и без дверей, полна горница людей».
Я не знала ни сколько сейчас времени, ни какая на улице погода… Что делать дальше, я тоже не представляла. Кругом стояла тишина, как будто я осталась одна во всей вселенной. Такой меня и застал Филипп – сидящей на кровати со сложенными на коленях руками, разглядывающей идеально ровную поверхность стены.