Займемся с... самбо?
Шрифт:
Возможно, так даже лучше…
Переоделся, сложил форму и набрал «Лельку»:
— Вещи не разбирала?
— Нет, — послышалось удивленное из динамика. — Когда бы я успела?!
— Вот и не разбирай! — отдал команду и сбросил звонок.
Вышел из тренажерки, ловя ртом свежий воздух, и, свернув в соседнюю улицу, перешел на бег. Надо хорошенько пропотеть…
Минут через сорок активного бега вдоль улицы, развернулся и потрусил обратно к залу, наращивая скорость. По мере приближения к зданию, сердце в груди заходилось,
Из зала вышли, смеясь, подростки. Отмочив пару шуток, начали разбредаться, кто куда. На третьем этаже тренажерного зала погас свет, еще через минуту — погрузился в темноту и второй. Пора!
Я не зря столько бегал…
Распахнул дверь, прошел, шатаясь, через ресепшен, и ввалился в зал Сергея. Судорожно хватая ртом воздух, упал на колени и уперся руками в маты, пытаясь отдышаться и натужно кашляя.
Арина, где ты бродишь?! Я для кого тут концерт устраиваю?!
— Что за… — открылась за спиной дверь, являя нерасторопную хозяйку. Шаги остановились.
Закашлялся еще сильнее, заставляя лицо покраснеть. Весь взмокший, пот по лицу струится градом, а губы до невозможности сухие, словно обезвоживание. Видок — отстой!
Поднял голову, напарываясь на ее ошарашенный взгляд.
— Феликс! Боже… — кинулась ко мне, пытаясь поднять.
На лице — дичайший испуг. Погоди поднимать, я еще недостаточно повалялся!
Выскользнул из ее рук, будто бы случайно, и снова упал, имитируя сильную нехватку кислорода.
— Что случилось? Ты же домой ушел, — повторила попытку отодрать меня от пола.
— В-во-ды, — прохрипел. Думаю, где-то скончался непризнанный актер, увидевший мою безупречную игру.
Арина привела меня в более-менее сидячее положение и кинулась к кулеру, тревожно поглядывая, пока набиралась в стаканчик вода.
Расплескал всю воду, якобы дрожащими руками, на себя и на пол. Арина не подала вида, что ей противно или она расстроена тем, что я, как свинья, облился. Она сбегала за еще одним стаканом воды и помогла мне попить, бережно придерживая стакан у моего рта.
— Феликс…как себя чувствуешь? Больше не задыхаешься? Астмы нет? Скорую вызвать?
— Помоги… — взял ее за запястье дрожащей рукой.
— Конечно, помогу, — выдернула руку и схватилась за телефон. — Сейчас вызову доктора!
— Нет! — рявкнул, вырывая из ее рук мобильник, на секунду выходя из образа умирающего. — Мне не нужен доктор.
— Хорошо, — поджала губы. — Ты можешь толком объяснить, что случилось и почему ты в таком состоянии?
Вот он — мой шанс! Спасибо, что спросила!
— Арина, они выследили меня…
Глава 43. Сети лжи
Феликс
Где мой дар убеждения? Уснул, что ли? Опять придется
— Арина. Они…(тяжело вдохнуть через рот) выследили меня…(побольше амплитуды грудной клетки).
— Что?
— Я уже подходил к дому, как перед ним затормозил тонированный микроавтобус. Они взломали замок и разнесли все внутри, так как меня не обнаружили. Водитель заметил меня, когда я пытался сбежать. Меня спасла буквально минута, пока они грузились в тачку.
— Если они на машине…как ты сбежал?
— Петлял по всему району, пока не оторвался. Убедился, что нет хвоста и пришел к залу.
— Сколько их?
— В этот раз…пятеро, — вытер рукой мокрое лицо и выжидательно посмотрел ей в глаза. — Я знаю, что многого прошу, но…помоги мне.
— Хорошо. Как? — решительно отозвалась сердобольная самбистка.
— Могу я… — запнулся, — пожить у тебя?!
— ЧТО?! — подскочила с пола, чуть ли не взлетев. — Ты с ума сошел?! — выпалила, смешно запустив руки в волосы. Только бы не начала их вырывать! Ее широко распахнутые глаза умоляли подтвердить, что все сказанное мной — розыгрыш.
Сам не понял, когда успел подняться с матов и взять ее за руку. Так утопающий хватается за соломинку!
— Ты не представляешь, сколько раз я переезжал только за эту неделю — и каждый раз меня находили. И не всегда мне удавалось уйти…я…Арин, я так устал! — признался в том, в чем никому еще не признавался. — Мне надоело бегать, осточертело переезжать и ждать следующего нападания! Я ненавижу трястить и бояться, но и жить спокойно не получается. Пробовал. И самое ужасное — я прекрасно понимаю, что могу подвергнуть тебя опасности, но, в то же время, осознаю, что ты- единственная, кто может мне сейчас помочь и…защитить, как бы эгоистично это не звучало.
— Феликс… — жалобно позвала Арина, умоляя меня отступить. — Я только от одного мужчины в своем доме избавилась, а тут…второй…
Значит, все-таки одна живешь. Отлично!
— Убила, что ли? — поинтересовался, как можно серьезнее. — Труп уже спрятала? Если нет — помогу!
Она сначала смешно округлила глаза, а потом легко рассмеялась.
— Дурак! Никого я не убила! — возразила. — Так, пришибла с легонца, — добавила тише. — Я только ощутила долгожданную свободу, а ты просишь меня о сожительстве.
— Арин, это временно. Честно! (совсем не честно). Я ничем тебе не помешаю. Буду работать у тебя в зале и не буду отсвечивать у тебя дома. И я не собираюсь быть нахлебником, можешь не волноваться. У меня есть ночные подработки, на хлеб хватает. Да, и, к слову, соскучился я по этому дому. Половину детства в нем провел, — заливался брехливым соловьем.
После моих слов о ночных подработках она перестала сжимать руки в кулаки, отстаивая свое мнение. Ее плечи грустно поникли. Сдает позиции, отступает. Теперь пора давить на жалость.