Завтрак в постели

Браун Сандра

"Протискивайся».

Слоун не смогла удержаться от смеха, наблюдая, как, сев на сиденье. Картер с трудом втянул в машину одну ногу, а потом – вторую.

Она уже привыкла к опасным дорогам Сан-Франциско и к местным водителям, относящимся к светофорам и дорожным знакам как к уличным украшениям, на которые не стоит обращать внимания. Втиснув машину на стоянку у Рыбацкого причала, она повернулась к своему спутнику и заметила, что тот побледнел и нервно покусывает губы.

– Что, мы уже на месте? Есть надежда остаться в живых? Слоун рассмеялась:

– Пойдем. Уж раз ты навязался на мою голову, то можешь мне и помочь.

Мэдисон

помог ей выбрать самое свежее и белое мясо краба, причем рыбак клялся, что выловил этого краба только что. Ей надо было зайти в магазины, но Картер то и дело отвлекал ее.

– Слоун, только взгляни сюда!

Она послушно смотрела, а потом направлялась дальше, но не успевала сделать и пары шагов, как молодой человек вновь окликал ее, приглашая зайти в какую-нибудь галерею или в бар.

Когда она пыталась объяснить своему гостю, что вышла из дома по делам и у нее не много времени, он не принимал ее слов всерьез.

Они ели за маленьким круглым столом в небольшом ресторанчике. Сердито ворча на Картера, Слоун откусила огромный кусок шоколадки, казня себя за то, что даром тратит время.

– Как часто ты выходишь из дома? – оборвал ее Мэдисон. – Я имею в виду, для того чтобы развлечься, а не просто чтобы сделать покупки? – Он самозабвенно облизывал огромное мороженое.

– Не очень часто, – уклончиво ответила Слоун.

– Нет, ты скажи, как часто? – настаивал писатель.

Девушка свернула обертку от шоколадки в трубочку и подула в нее.

– Я – единственная хозяйка и владелица «Фэйрчайлд-Хауса». Я содержу весь дом, делаю уборку, веду счета, готовлю еду и мою посуду. Поэтому у меня не слишком-то много времени остается на развлечения и отдых.

– Ты что, хочешь сказать, что у тебя вообще не бывает выходных? И свободных вечеров? Ты не ходишь в кино? Вообще никуда не ходишь?

– Ты меня огорчаешь, – заявила она, пытаясь увести его от этой темы. Жизнь Слоун и правда была безрадостной, и у нее не было ни малейшего желания рассказывать о ней.

– Дорогая, но это же нелепо! – Отложив ложку в сторону, он с интересом взглянул Слоун в глаза.

– Почему нелепо? Я просто ничего не могу поделать с таким положением вещей!

– Найми помощников, – посоветовал Мэдисон.

– Я не могу себе этого позволить, – резко ответила Слоун. – И кстати, я уже говорила тебе об этом.

– Чего ты не должна позволять себе, так это сидеть сиднем дома, – огрызнулся он в ответ, но, заметив, как изменилось ее лицо, извинился:

– Прости, пожалуйста. Это, конечно, не мое дело. Просто не могу понять, почему красивая женщина сидит безвылазно в четырех стенах, скрывая себя от человечества. – Бросив ложку на стол и не глядя на Слоун, Картер спросил деланно безразличным тоном:

– Неужели ты никуда не ходишь с мужчинами?

– Очень редко. – Она солгала. И тут же пожалела об этом. Ей следовало бы сказать:

"Никогда».

Мэдисон вновь заинтересованно поглядел на нее, и женское чутье подсказало Слоун, что он думает о том, что произошло между ними сегодня.

– А у тебя когда-нибудь был мужчина?

– Да, – тихо ответила она. К чему вызывать его подозрения? Похоже, Картер просто умирал от желания побольше узнать о ее жизни. – Мы вместе работали в Лос-Анджелесе. Он был младшим клерком в отделе торговли. Надо признаться, к торговле у него было призвание, он был типичным продавцом на вид: безупречная

одежда, хорошие манеры, дар болтать языком и ряд сверкающих белых зубов. – Слоун отпила глоток воды со льдом. – Я только что окончила Лос-Анджелесский университет, переехала в новую квартиру и чувствовала себя независимой и полной сил и желания посвятить себя карьере. Думаю, он просто решил, что такая строгая на вид женщина, как я, – это просто вызов судьбы, и не задумываясь принял этот вызов. С ним я много смеялась, отдыхала… Мы весело проводили время… Иногда я подсказывала ему, какой товар понравится покупателям, – это было в тех случаях, когда он не знал, какую марку предпочесть. И, не скрою, мои советы были весьма полезными.

– Не сомневаюсь, – произнес Картер задумчиво.

– Через некоторое время он… – Слоун помолчала, а затем, облизнув губы, продолжила:

– Словом, через некоторое время оказалось, что в моей квартире куда больше его вещей, чем в его собственной. Впрочем, я была не против, ведь мы собирались пожениться.

Конечно, Слоун могла бы рассказать своему внимательному слушателю, что Джейсон просто с ума сходил от ее «буржуазных пережитков», как он выражался. Он был уверен, что среди выпускниц Лос-Анджелесского университета не сыскать было другой такой, которая так цеплялась бы за свою девственность, словно это какое-нибудь сокровище. Джейсон буквально до слез ее доводил, упрекая за старомодные предрассудки, а она действительно ценила свое тело и не собиралась торговать им. Прирожденный торговец, он все же сумел внушить ей, что это эгоистично – не давать ему того, чего он так хочет.

Они часто занимались любовью, и он был пылким любовником, но Слоун всегда ощущала, что ей чего-то недостает. Каждый раз Джейсон требовал, чтобы она сказала, как он хорош в постели, какой он потрясающий любовник. Девушка улыбалась и хвалила его, но даже этого ему было мало, он хотел, чтобы она восторгалась им еще больше. Но Слоун не умела лгать, а каждый раз говорить, что у нее такое чувство, будто она попала на небеса, она была не в состоянии. На самом-то деле у нее не было такого ощущения. Никогда. И Слоун решила, что с ней что-то не так и ничего нельзя с этим поделать.

И Джейсон уехал. Забрав с собой своего хомяка и бриллиантовое кольцо, которое он ей подарил. Она подозревала, что хомяк значит для него куда больше, чем ее любовь. Слоун чувствовала себя опустошенной. Не столько даже из-за потери Джейсона, сколько из-за того, что вновь потерпела поражение. Ну почему люди не любили ее? Родители? Джейсон?

Во время учебы в колледже Слоун ходила временами на свидания, но это были скорее дружеские встречи, ни одна из них не сулила превращения в серьезный роман. В основном девушка встречалась с отвергнутыми поклонниками Алисии. Тогда ей не составляло никакого труда сохранить девственность, потому что на нее никто, собственно, и не покушался.

– А что случилось? – внезапно раздался над ее ухом голос Картера.

Слоун даже подскочила – так внезапно он оторвал ее от грустных воспоминаний.

– В один прекрасный день он просто ушел, забрав с собой все вещи. Уверена, что он нашел себе подругу получше.

– Сомневаюсь, – промолвил Мэдисон, выразительно глядя на девушку. Когда Слоун подняла глаза, то, к собственному удивлению, заметила, что он сердито сжал зубы. – А ты… все еще…

Девушка беззвучно рассмеялась, покачав головой.