Завтрак в постель
Шрифт:
— Ни маковой росинки. Что-нибудь из съестного здесь, вероятно, найдется. Мы непривередливы.
— В доме ничего нет. Кухарка очистила кухню, когда уходила.
— Гм. — Он подошел к Молли. — Боюсь, нам придется ехать в город, чтобы накормить тебя, бедняжку.
Брук боролась с нарастающим сочувствием.
— Если бы вы позвонили, я бы наполнила холодильник, — с вызовом сказала она.
— Я пытался, разве я не говорил вам об этом? Думаю, неполадки на линии или что-то в этом роде.
Конечно, он говорил. Хотя Брук
— Ладно, если вы и вправду непривередливы, думаю, я найду что-нибудь для…
— Большущее спасибо! — Гаррет даже не дал ей договорить. Ухватив Молли за руку, он поставил ее на пол.
— Но никаких собак, — сурово сказала Брук. Она подобрала пульт и, прежде чем взглянуть на Гаррета, выключила телевизор. — Только вы и Молли.
Может быть, это расхолодит его. Ей оставалось лишь надеяться.
Вместо того чтобы возражать, он кивнул.
— У меня есть корм для собак, — бодро сказал он. — А вот мы с малышкой умираем от голода, правда, детка?
Молли кивнула, не сводя глаз с Брук, которая понимала, что побеждена. Ничего не оставалось, как выманить Гейбла из его укрытия, посадить к себе на плечо и вести гостей в свое святилище, которое, как она сильно подозревала, уже никогда не будет прежним после вторжения Гаррета Джексона.
Гаррету очень не хотелось оставлять своих псов у дерева возле крыльца, но делать нечего! Под взглядом очаровательной мисс Гамильтон они были быстро и надежно привязаны. Гаррет мог поклясться, что пушистый четвероногий наблюдатель при этом злорадно ухмылялся.
Но он не стал уделять много внимания коту. Куда больше его интересовала женщина. Он с удовлетворением отметил, что Брук Гамильтон чрезвычайно хороша собой, хотя, судя по ее манере одеваться, она либо не знает об этом, либо не придает особого значения своей внешности. Нечасто приходится сталкиваться с подобной естественностью в женщине, и он нашел это удивительно привлекательным.
Ему понравились гладкие, блестящие каштановые волосы и овальной формы лицо с высокими скулами и чувственным, нежно очерченным ртом. В ее карих глазах сверкал живой ум, что одновременно притягивало и отталкивало его: притягивало потому, что он умел это оценить, отталкивало — потому, что опыт общения с умными женщинами оставил не слишком приятную память. Они вечно норовили заглянуть ему в душу. А это Гаррету было не по вкусу.
Когда дело касалось женщин, тем более женщин в его жизни, Гаррет Джексон предпочитал ум легкий и поверхностный. Поменьше требовательности, побольше покладистости. Разумеется, исключая Молли. Он посмотрел на девочку, которая приподнималась на цыпочках под аркой из переплетенных виноградных лоз, чтобы погладить проклятого кота,
В эту поездку Молли пришлось немало времени провести в автомобиле. Когда они отправлялись сюда, он подумал, что теперь они смогут побыть вдвоем и это пойдет им на пользу. Он оказался прав. Хотя Молли и не стала разговорчивее, все окружающее вызывало в ней живой интерес. И он был рад всему, что помогло бы вытянуть Молли из ее скорлупы.
Но только не кошки!
— Если вы готовы, мы можем идти, — бесцеремонно заявил он.
Брук взглянула на него с улыбкой. Черт, все-таки у нее красивый рот — нежный, тонко очерченный и немного детский.
— Собаки привязаны? — с беспокойством спросила она.
— Да, и мне это очень не нравится. Надеюсь, вы не ждете, что…
— Именно этого я и жду, — быстро сказала она и повернулась, чтобы идти, с оранжевым чудовищем вместо боа. — Единственно возможный ответ!
— На какой вопрос?
— На вопрос о том, как нам держать ваших собак и моих кошек порознь.
В душе Гаррета зашевелилось дурное предчувствие.
— То есть?
— У меня несколько больше, чем одна кошка.
— О-о! И насколько больше?
— Ну… четыре. То есть если говорить о моих собственных.
Она замешкалась перед увитыми плющом воротами, и он шагнул вперед, чтобы отворить их для нее и Молли. Сквозь густой ряд сосен он углядел место, к которому они направлялись, — бывший дом для гостей Гленнхейвна. А он слишком хорошо знал, что его полоумная бабушка Кора оставила этот домик Брук Гамильтон, в придачу к акру земли. Этот акр был в форме сковороды, «ручка» которой обеспечивала доступ к шоссе и тем самым проезд к дому и всему поместью. Кусочек, доставшийся в наследство обворожительной мисс Гамильтон, ставил будущее имения под сомнение, мешая его продать. Либо Кора была ненормальной, либо мисс Гамильтон совсем не такая овечка, какой кажется.
Только тут до него дошло, что сказала Брук.
— Четыре собственные кошки?
Она кивнула.
— Гм… Боюсь, вы не в курсе, чем я занимаюсь?
— Вы открыли собственное дело в сторожевом доме? — Час от часу не легче.
Она свернула на хорошо утоптанную тропинку между деревьями. Он снова пристроился рядом с девушкой, а Молли семенила сзади. Совершенно неожиданно Брук остановилась и развела руки, чтобы Гейбл — этот проклятый кот — мог спрыгнуть на землю.
— Он убегает! — Голос Молли сорвался на визг.
— Не волнуйся, детка, — Брук ласково взяла Молли за руку. — Он просто побежит впереди нас к дому. Он любит бегать между деревьями. Я не спускаю его с рук, только когда поблизости хищники. — Она украдкой взглянула на Гаррета.
— А можно я побегу тоже? — Молли переводила взгляд с одного взрослого на другого. — Ну можно, можно? Пожалуйста!
Брук обернулась к Гаррету.
— Не возражаете? Дом совсем близко.