Завтра
Шрифт:
Клык, с банданой на голове, в солнцезащитных очках и с голым торсом, ходил и выборочно проверял плотность упаковки рюкзаков курсантами.
– Олег! – обратился, протянув брату фляжку с водой, Демон.
– Я не Олег. Я Злой!
– Что-то мне тут надоело. Может, в нормальные детский лагерь поедем, успеем на вторую смену вожатыми? Да и вообще мне к поступлению в институт надо готовиться.
– Нет. Мне здесь нравится. Ты мешок. Тебе надо тренироваться. В бокс со мной не хочешь ходить, хоть это, думал, тебе понравится. А ты шахматный заучка. Хотя я и в шахматы тебя переиграю.
Демон
– Товарищ Киреев, можно я поеду домой?
– Можно просто Клык. Что-то случилось? – Клык пристально посмотрел на Демона.
– Я не хочу больше заниматься. Я хочу уйти из секции.
– Вот так легко дезертируешь с поля боя? – иронично съёрничал Клык.
– Нет, я не дезертирую… – возмутился Демон.
– Пройди это занятие, и дальше тебе понравится больше, обещаю. Я знаю, ты любишь работать головой.
– Кто вам сказал про это?
– Тебе могут понравиться наши занятия по ориентированию, тактике и планированию боя разведгруппы. Оставайся! Тем более до ближайшей трассы пять километров, тебе будет напряжнее вернуться домой сейчас одному, чем пройти с нами тренировку. Тем более купаться сейчас будем, – Клык добродушно улыбнулся и оголил дыру от выбитого переднего зуба.
– Рюкзаки должны быть без пустот. Строиться! – громко прокричал Клык.
– Слабак, – подколол брата Злой, пробегая мимо.
Ребята соскочили со своих мест и выстроились в один ряд.
– Итак, бойцы. Задача: в условиях осложнённого отступления, то есть при погоне за вами врага, пересечь реку. Задача ясна?
– Так точно! – хором крикнули молодые ребята.
Ни одному из них не было ещё и восемнадцати лет, кроме самого старшего из всех, которые здесь были – Демона, ему уже стукнуло восемнадцать несколько месяцев назад.
– Кто знает, как преодолеть реку, что для этого нужно?
– Настрой; место без течения; сужение реки, – ребята выкрикивали свои варианты ответа. Клык смотрел на них внимательно.
– В узких участках чаще всего глубоко, поэтому ищем место средней ширины. Ермак, ты правильно сказал, место без течения. Почему?
– Вероятнее всего, там меньше глубина.
– Правильно. А ещё? – Клык терпеливо ждал ответов, сложив руки за спиной, но все молчали. – Пологие берега – это тоже косвенное свидетельство мелкости дна в этом месте, да и готовиться к переходу удобнее.
– А если дна не будет? Что делать? – волнуясь задал вопрос Боба.
Клык встал на лежащее на каменистом берегу бревно упавшего дерева:
– Тогда придётся поплавать. Надеть рюкзаки! – подопечные Клыка надели рюкзаки, взяли в руки деревянные макеты автоматов и снова выстроились в ряд.
– Вот бревно. Для начала используем его, для большей плавучести личного состава, так сказать. Для безопасности. А потом в свободном плавании форсируем реку.
– Как, мы что, будем перебираться несколько раз?
– Так точно, боец! Для тренировки и закрепления. Нос и Демон, взять бревно! Вы пойдёте впереди, остальные как учил.
Клык очень любил назидать ребятишек военной науке. Клык был уверен, что в жизни это им обязательно пригодится, как и ему. Дисциплина и военная служба спасла его
Родители Клыка были простыми рабочими и часто пьянствовали, чтобы забыться от суровых будней реальности. И Клык был предоставлен сам себе. Связался с такими же беспризорными мальчишками, как и он, и стал бездельничать, употреблять наркотики и совершать преступления. Перестал ходить в школу. Кривая дорожка привела его за решётку, но участковый предложил ему армию вместо тюремного срока, и Клык согласился. Пока Клык был в армии, на гражданке у него родилась дочь. Но во время службы его призвали на войну с Украиной, где он лишился переднего левого клыка, при стрельбе, отлетевшим неудачно прикладом пулемёта, отчего и получил своё прозвище Клык. Это прозвище было оправдано, потому что с детства Клык много кусался, хотя сослуживцы, наделившие Клыка таким прозвищем, этого не знали. В драках Клык постоянно норовил «загрызть», в прямом смысле – зубами, соперника, чем шокировал его и моментально перехватывал инициативу, даже будучи в проигрышном положении. По приходу из армии Клык узнал, что его жена и дочь умерли от пневмонии, не получив должного медицинского ухода из-за халатности врачей и бюрократических проволочек. Через три года, поступив на работу в военно-патриотический клуб, Клык пришёл в себя и почувствовал себя нужным. Но новой семьёй так и не обзавёлся.
Ребята стояли на изготовке с рюкзаками на спинах, чтобы преодолеть речушку.
– Вперёд! – скомандовал Клык.
Мальчишки бросились к бревну, подняли его и плюхнулись со всего маха в воду. Демон провалился под воду, но тут же вынырнул, оттолкнувшись ногами ото дна. Демон чуть не захлебнулся, но вовремя схватил воздух ртом и остался жив. Продышавшись, он продолжил нести бревно на плече, идя сквозь реку, преодолевая водную преграду и себя самого.
***
В тёмном подвале дома оборудованного под, стрельбище по стенам стояли наполненные оружием стенды: пулемёт Калашникова модифицированный, ручной противотанковый гранатомёт, станковый пулемёт «Утёс», тут даже имелся макет американской винтовки М-4.
Ребята держали в руках и разглядывали оружие, вертели его и трогали тяжёлый холодный металл на ощупь. Хоть они уже стреляли, и не раз, но снова и снова восторгались прелестью этого автоматического огнестрельного оружия.
Клык в стрелковых очках ходил у рубежа, отмеченного линией белой краски на полу, и проверял правильность заряжания оружия юными бойцами. Они все были одеты дополнительно в каски и бронежилеты.
Бойцы, в том числе и Демон, дослали патрон в патронник, передёрнув затворную раму пистолета Макарова. Затем каждый сделал поочерёдный доклад о готовности к стрельбе.
– А можно пострелять из снайперской винтовки? – выкрикнул Сокол.
– Обязательно, но позже. Готовсь! …Огонь!
Раздалось множество выстрелов. Демон тоже выстрелил и сморщил лицо от оглушающего грома канонады выстрелов.
– Осмотреть мишени!
Ребята ушли к мишеням и осмотрели их на наличие отверстий от пуль. Злой радовался своей точности.