Завтра это вчера

Звезда была очень старой – такой старой, какой только может быть звезда первого поколения, рождённая вместе с вселенной. Она претерпела всё, что только может претерпеть звезда: она была центом планетной системы; она стала сверхновой, уничтожив свои планеты вместе со всеми их обитателями; она была рентгеновским пульсаром; затем стала нейтронной звездой. И наконец, медленно сжимаясь в плотную массу, подобную правеществу, из которого возникла, она настолько втянула в себя своё гравитационное поле, что даже скудный тусклый красный

свет, оставшийся внутри её, не мог вырваться наружу – и приготовилась умирать.

Звезда всё ещё находилась на своей орбите, по-прежнему обладая огромной массой, несмотря на уменьшившийся объём; но ни человеческий глаз, ни точнейшие приборы больше не могли обнаружить её. Вскоре она должна была стать собственным пространством, крошечной стерильной вселенной, неинтересной и забытой, как погребальная урна. Она стала чёрной звездой.

"Энтерпрайз", возвращавшийся в Солнечную систему на варп 6 – скорости, в шестьдесят четыре раза превышающей скорость света – столкнулся с чёрной звездой.

Разумеется, было бы неправильным сказать, что "Энтерпрайз" врезался в чёрную звезду. Технически, пузырь подпространства, в котором был заключён "Энтерпрайз" и который двигался бы со скоростью в 64 раза превышающей световую, находись он каким-то образом в нормальном пространстве, столкнулся с той частью гравитационного кокона чёрной звезды, которая также начала вытягиваться в подпространство. Технические детали, однако, не слишком ясны. Поскольку ни с одним кораблём никогда ещё не случалось ничего подобного, никто не мог этого предвидеть, и теоретики до сих пор спорят, как могло в результате столкновения произойти то – что произошло.

Относительно самих результатов ни у кого нет никаких сомнений.

Капитан Кирк вынырнул из бессознательного состояния и тряхнул головой, пытаясь отогнать туман. Это оказалось ошибкой, и он решил не повторять этого. На мостике было тихо и почти темно; свет не горел, экран был тёмным, и лишь на приборных панелях горели сигнальные огоньки. Вахтенные офицеры – Спок, Ухура, Зулу – бессильно свесились со своих кресел; начальник службы безопасности Эймс скорчился на полу. Всё выглядело, как после тяжёлого боя.

– Спок!

Первый помощник зашевелился, с трудом поднялся на ноги.

– Да, капитан. Что, во имя девяти миров…

– Не знаю. Всё было нормально, и вдруг – бац! Проверьте все системы.

– Да, капитан. – Мгновенно взяв себя в руки, Спок стал проверять свой информационный компьютер. Не считая редких, светящихся там и сям огоньков, он бездействовал. Не тратя понапрасну времени, Спок оставил его и шагнул к Ухуре.

– Все системы, кроме второстепенных, бездействуют, сэр, – сказал он. – У нас только импульсная энергия. Если мистер Скотт всё ещё с нами, то вспомогательные системы сейчас заработают. С Вами всё в порядке, лейтенант?

Ухура молча кивнула и улыбнулась,

хотя улыбка у неё вышла не очень естественная. В ту же секунду зажёгся свет. Заработали компьютеры и воздушные насосы, издавая знакомый шум, бывший таким же неотъемлемым атрибутом жизни на "Энтерпрайзе", как воздух.

– Мистер Скотт, – сказал Спок, выпрямляясь, – по-прежнему с нами.

Зулу неуверенно приподнялся в кресле, также тряхнул головой и также решил воздержаться от подобных движений. Кирк щёлкнул выключателем на панели рядом с креслом.

– Говорит капитан, – сказал он. – Ремонтные наряды по всем палубам. Всем отделам подключиться к информационному компьютеру. Доложить мистеру Споку о пострадавших и о готовности. Конец связи. Мисс Ухура, свяжитесь с контрольным центром Звёздного Флота. На что бы это мы ни наткнулись в базовом секторе 9, я хочу, чтобы они были предупреждены – и, может статься, они знают об этом что-то такое, чего мы не знаем. Мистер Спок?

Спок полуобернулся от свой установки, по-прежнему с наушником в ухе.

– Серьёзно пострадавших нет, капитан. На всех палубах работают лишь вспомогательные системы. Инженерный отсек докладывает, что варп-двигатели вышли из строя. Мистер Скотт отключил автоматическое управление и использует импульсные двигатели, чтобы удерживать нас на орбите, но…

– На орбите вокруг чего, мистер Спок?

– Вокруг Земли, сэр. Пока я не могу сказать, как мы там очутились.

– Дайте экран, – приказал Кирк.

Экран ожил. Да, это была Земля, никаких сомнений.

– Мы находимся слишком низко, чтобы удерживать высоту, – продолжал Спок. – Инженер докладывает, что у нас достаточно импульсной тяги, чтобы достичь скорости отрыва.

– Рулевой, поднимите нас повыше.

– Есть, сэр, – откликнулся Зулу. – Корабль слушается руля, но плохо.

– Сэр, – сказала Ухура, – на обычном канале Звёздного Флота нет ничего, кроме помех. Есть что-то на другой частоте, но непонятно, что.

– Дайте звук, лейтенант.

Ухура щёлкнула переключателем, и громкоговоритель на её приборной доске ожил.

– …пятичасовой выпуск новостей. Мыс Кеннеди – запуск первого пилотируемого корабля на Луну назначен на среду, шесть утра по восточному стандартному времени. Все три астронавта, которым предстоит совершить этот исторический полёт…

– Запуск первого пилотируемого корабля на Луну! – Кирк вскочил. – Вы поймали какую-то радиопостановку. Тот запуск состоялся в 1970-х.

[Примечание переводчика. Ну да, американцы запустили свой корабль на Луну в 1969. Но новелла была издана в 1968, а серия вышла на экран и того раньше – 26 января 1967 г. Так что авторы немного ошиблись – совсем немного.]

Кивнув, Ухура переключилась на другой канал, но Спок от своего компьютера произнёс:

– Очевидно, капитан, именно там мы и находимся.