Заветы
Шрифт:
Протокол свидетельских показаний 369Б
57
Была среда, день скорби и тревоги. После традиционно тошнотного завтрака меня срочно вызвали в кабинет Тетки Лидии.
– Это что значит? – спросила я Тетку Викторию.
– Никто никогда не знает, что у Тетки Лидии на уме, – ответила та.
– Я сделала что-то плохое?
Выбирай на вкус,
– Необязательно, – сказала Тетка Виктория. – Может, ты сделала что-то хорошее.
Тетка Лидия ждала меня в кабинете. Дверь была приоткрыта, и мне велели войти, не успела я постучаться.
– Закрой дверь и садись, – сказала Тетка Лидия.
Я села. Она смотрела на меня. Я смотрела на нее. Странное дело: я знала, что она тут такая могущественная и злая пчелиная матка Ардуа-холла, но в ту минуту она меня как-то не пугала. У нее на подбородке была большая родинка; я старалась туда не пялиться. Интересно, почему Тетка Лидия ее не удалила.
– Как тебе у нас нравится, Агата? – спросила она. – Привыкаешь?
Надо было ответить «да» или «нормально», ну хоть что-нибудь, как учили. Но я ляпнула:
– Да не особо.
Она улыбнулась, оскалив желтоватые зубы.
– Многие поначалу жалеют, – сказала она. – Хочешь вернуться?
– Это типа каким образом? – спросила я. – Летучие Обезьяны отнесут?[70]
– Я бы тебе рекомендовала воздержаться от столь легкомысленных замечаний на публике. Последствия могут оказаться неприятными. Ничего не хочешь мне показать?
Я растерялась.
– Например? Нет, я не принесла…
– Скажем, у тебя на руке. Под рукавом.
– А, – сказала я. – На руке.
Я закатала рукав: под рукавом были БОГ / ЛЮБОВЬ, и выглядели они неважно.
Она посмотрела.
– Спасибо, что сделала, как я просила, – сказала она.
Так это она просила?
– Так это вы источник?
– Кто?
Мне теперь несдобровать?
– Ну, который… то есть…
Она меня перебила.
– Учись вычеркивать свои мысли, – сказала она. – Раздумывать их обратно. Так, едем дальше. Ты – Младеница Николь, о чем тебе, надо полагать, в Канаде уже сообщили.
– Да, только я против, – сказала я. – Мне так не нравится.
– Не сомневаюсь, – ответила она. – Но многим из нас не нравится, кто мы есть. В этом отношении выбор у нас не бесконечный. Готова помочь канадским друзьям?
– Что надо сделать?
– Иди сюда, положи руку на стол, – распорядилась она. – Больно не будет.
Она тонким ножиком ковырнула мою татуировку, внизу буквы «О». Потом взяла лупу, малюсенький пинцет и засунула мне в руку что-то очень крошечное. Насчет «больно не будет» – это она маху дала.
– Никому и в голову не придет заглядывать внутрь БОГА. Отныне ты у нас голубь-почтарь, осталось только доставить тебя по назначению. Сложнее, чем в прежние времена, но мы справимся. Ах да – никому не рассказывай, пока не получишь
– Да, – сказала я.
Теперь у меня в руке смертельное оружие.
– Да, Тетка Лидия. У нас тут пренебрегать хорошими манерами нельзя никогда. Могут донести даже за такую мелочь. Тетка Видала обожает Исправлять.
Протокол свидетельских показаний 369А
58
Спустя два дня после того, как я прочла свою Родословную, меня поутру вызвали в кабинет Тетки Лидии. Бекке тоже велели явиться – мы пришли вместе. Думали, нас опять спросят, как дела у Агаты, счастлива ли она с нами, готова ли к проверке на грамотность, тверда ли в вере. Попрошу, сказала Бекка, чтобы Агату куда-нибудь перевели, потому что она, Бекка, ничему ее научить не в силах. Агата просто не слушает.
Но Агата уже сидела у Тетки Лидии в кабинете. Улыбнулась нам – опасливая такая улыбка.
Тетка Лидия нас впустила, оглядела коридор и закрыла дверь.
– Спасибо, что пришли, – сказала она. – Можете присесть.
Мы сели на стулья по бокам от Агаты. Опираясь на стол, Тетка Лидия тоже опустилась в кресло. Руки у нее слегка дрожали. Я еще подумала: стареет. Но этого же не может быть: Тетка Лидия, разумеется, вечная.
– Я хочу поделиться с вами информацией, которая существенно отразится на будущем Галаада, – сказала она. – Каждой из вас уготована ключевая роль. Вам достанет отваги? Вы готовы?
– Да, Тетка Лидия, – сказала я, и Бекка тоже так сказала.
Молодым Послушницам вечно твердили, что им уготована ключевая роль и что от них ждут отваги. Как правило, это означало: надо чем-то пожертвовать – временем, например, или пищей.
– Хорошо. Буду краткой. Во-первых, должна сообщить вам, Тетка Иммортель, то, о чем две ваши соратницы уже знают. Младеница Николь находится в Галааде.
Непонятно, зачем сообщать столь важную весть девочке Агате. Ей же неведомо, как сильно подействует на нас появление столь легендарной фигуры.
– Правда? Ой, Тетка Лидия, хвала! – сказала Бекка. – Какая чудесная новость. Здесь? В Галааде? Но почему не сказали всем? Это же прямо чудо!
– Возьмите себя в руки, Тетка Иммортель, будьте любезны. Далее следует прибавить, что Младеница Николь – единоутробная сестра Тетки Виктории.
– Епта! – вскричала Агата. – Да ладно!
– Агата, я этого не слышала, – сказала Тетка Лидия. – Уважаем себя, знаем себя, владеем собой.
– Извините, – пробубнила Агата.
– Агнес! То есть Тетка Виктория! – сказала Бекка. – У тебя есть сестра! Это же какая радость!!! И Младеница Николь! Тебе ужасно повезло, Младеница Николь такая лапочка.