Завет
Шрифт:
— Таким образом, власть, и так почти полностью сконцентрированная в руках немногих, станет абсолютной, — продолжал тем временем Энтони. — Политики, экстремисты, мерзавцы самого разного толка захотят использовать Квинтэссенцию в своих интересах, а вовсе не на благо человечества. Наступит полный хаос. — Он грустно покачал головой. — Нет, это слишком могущественная тайна, людям не под силу с ней совладать. На первый взгляд — подарок небес, но с подобных подарков и начинаются все бедствия…
— Если, по мнению ордена, это так опасно, почему не уничтожить Квинтэссенцию?
— Это, как ты понимаешь, вопрос
Видимо, Энтони что-то заметил среди пляшущих теней, потому что, прервавшись, торопливо произнес:
— Идемте, идемте, быстрее! — и повел их в глубь придела. Они дошли до грубо оштукатуренной стены, и Энтони, пошарив по поверхности, нащупал небольшую стеклянную ручку. Потянув за нее, он открыл низкую дверь.
Втолкнув их в темный дверной проем, он проговорил:
— Коридор ведет к боковому входу в собор. Впереди несколько поворотов, дверь на улицу — в самом конце, не перепутаете.
— Кого вы заметили? — спросила Дженни.
— Неважно, — нетерпеливо сказал Браво. — Идем, дядя Тони!
— Я остаюсь. — Он вложил в ладонь Дженни ключи, полученные от давешнего молодого человека.
— Ну, нет, — сказала Дженни. — Я не позволю вам…
— Делай свою работу, — оборвал ее Энтони, — защищай Браво. Предоставь мне разобраться с этими людьми. Кроме того, вам нужно спешить. Если я не отвлеку их на себя, вы опоздаете на самолет.
— Я не оставлю вас здесь одного, — вступил Браво. — Не вы ли научили меня никогда не убегать с поля боя? И я, черт возьми, не собираюсь пробовать, в особенности сейчас.
Энтони положил руки на плечи Браво.
— Браво, мне очень дороги твои слова и твои чувства, поверь. Но в Voire Dei имеют значение не слова, а действия. Чувствам нет места в нашем мире.
— Этого не может быть.
— Очень скоро ты поймешь, что я прав. — Он крепче сжал плечи Браво. — Как бы то ни было, у каждого из нас своя миссия. Твоя задача — охранять сокровищницу ордена. Ты хранитель, Браво; что бы ни случилось, помни — это главное.
Он посмотрел прямо в глаза Браво. Энтони умел смотреть так, что собеседник понимал: во всей вселенной существуют только они двое.
— С тех пор, как погибли Декстер и еще несколько человек из внутреннего круга, мы фактически лишились руководства. Орден сейчас уязвим, как никогда. Если ты не найдешь тайник… или, что гораздо хуже, его захватят рыцари святого Клемента, — все будет кончено. У них в руках окажется все, чем мы владели долгие годы. Трудно даже представить себе масштабы последующего бедствия. Получив в свое распоряжение Квинтэссенцию, рыцари обретут бесконечную власть. Они смогут манипулировать высшими правительственными чиновниками, крупными дельцами… террористами. Они будут приказывать, а остальные — беспрекословно подчиняться. Судьба мира окажется в их руках.
Дженни зажала ключи в кулаке.
Энтони одобрительно кивнул.
— Поедете на черном «ауди-кабриолете». Хорошая машинка, быстрая и маневренная. — Он вкратце объяснил, как найти машину. — Вперед!
Чуть ли не силой вытолкав Дженни и Браво в темный коридор,
— Вон тот, с золотой серьгой в левом ухе…
— Вижу, — сказал Браво.
Они стояли в тени возле бокового входа. Послеполуденное, почти вечернее солнце заливало все кругом мягким и густым, словно мед, светом. На землю ложились длинные синие тени. Рыцарь с золотой сережкой в ухе стоял на другой стороне улицы, непринужденно прислонившись к капоту белого «мерседеса», и пытался изображать полную беспечность, но получалось не слишком убедительно. Его выдавали глаза. Цепким, жестким взглядом он окидывал каждого, кто появлялся в поле зрения.
— Давай, спокойно идем к машине, как будто мы тут ни при чем, — деловито сказала Дженни. — Главное, не привлекать к себе лишнего внимания. Иди не слишком быстро и не слишком медленно и не смотри в его сторону.
— Он узнает меня и нападет.
— Я тебя подстрахую, — сказала она. — До тех пор, пока он не подозревает, что ты интересуешься им, все в порядке, ясно?
Браво кивнул и вышел из спасительной тени утопленных в стене дверей собора на залитую солнцем улицу. Сердце колотилось как бешеное, в ушах шумело. Он чувствовал, что ноги плохо гнутся и что он идет слишком быстро… Усилием воли Браво заставил себя немного расслабиться и пошел медленнее.
Вокруг все двигалось, невероятно трудно было сдерживаться и не смотреть в сторону рыцаря. Он вспомнил, как в детстве ему не давала покоя удивительная способность актеров не обращать внимания на работающие камеры. Теперь он сам чувствовал себя актером в кадре. Нельзя, ни в коем случае нельзя переводить взгляд на этого парня с золотой серьгой.
Пока он не подозревает, что ты интересуешься им, все в порядке, ясно?
Браво шагнул на улицу с тротуара. Проверив, нет ли поблизости машин, он начал переходить дорогу. Черный «ауди» с откинутым верхом был прямо впереди. Вокруг ни души. Впрочем, кто может сказать наверняка? Он шагал по асфальту внешне спокойно, но нервы были натянуты до предела.
Краешком глаза он уловил какое-то движение слева. Именно там стоял рыцарь, прислонившись к белому «мерседесу»!
Он приближается!
Браво, держась из последних сил, смотрел вперед, на «ауди». Он убеждал себя, что Дженни можно доверять, она знает, что делает, ее план сработает. В любом случае, сомневаться поздно. Он сам согласился на это, и отступать некуда.
Один шаг, другой… третий… чья-то рука с длинными холеными пальцами сгребла его рубашку, ногти впились в кожу. Браво обернулся. Блеснул металл — золотая сережка! — а потом еще раз, ослепительно ярко; рыцарь вытащил пистолет, и по стальному корпусу промелькнул солнечный зайчик.
Браво успел увидеть выражение триумфа на его узком лице. В следующее мгновение его темные глаза закатились, тело обмякло. Дженни, беззвучно появившись сзади, подхватила рыцаря под мышки, и вдвоем с Браво они оттащили его к обочине.
Какая-то парочка, проходя мимо, бросила на них подозрительный взгляд. Дженни мило улыбнулась в ответ.
— Наш приятель немного перебрал за обедом…
Парочка поспешила прочь, очевидно, не желая портить приятную прогулку разговорами с подозрительными типами.