Завет
Шрифт:
Удача и интуиция помогли Дженни, выскочившей из «линкольна», выбрать южное направление. Она понимала, что искать Донателлу в подлеске, там, откуда, по утверждению Браво, она стреляла, бессмысленно. Наверняка она покинула это место, убедившись, что Кавано мертв. Теперь Донателла двигалась, и необходимо было найти ее как можно скорее, немедленно, — Дженни знала, что снайпер особенно уязвим в течение первых нескольких минут после выстрела. Чтобы понять, где сейчас Донателла, нужно было поставить себя на ее место. Куда она отправилась, какому плану следует? Она не закончила начатое и наверняка хочет продолжить погоню. Ей необходима достаточная скорость, чтобы добиться внезапности очередной атаки. Значит, подумала Дженни, пешком она не пойдет.
Дженни
Донателла инстинктивно вскинулась и нашарила правой рукой пистолет. Указательный палец лег на спусковой крючок. Но Дженни была готова; высвободив руку, она схватила Донателлу за запястье и рывком повернула. Донателла застонала от боли, оружие выпало из онемевших пальцев на пассажирское сиденье. Дженни сдавила ее шею лодыжками и свела вместе ноги. Донателла сдавленно закричала, пытаясь дотянуться до пистолета, но Дженни еще сильнее сжала ее горло, словно тисками, и соперница, захрипев, замерла, но успела нажать на газ.
Джип прыгнул вперед, забуксовал на гравии перед поворотом и выехал на шоссе. Дженни продолжала сжимать шею Донателлы. Двигаться она не могла, все еще оставаясь наполовину снаружи.
Вскоре впереди показалась почти отвесная каменная стена обрыва, с которого сорвался их «лексус». Донателла повернула руль, джип вильнул направо, вплотную приблизившись к нависающей над дорогой скале. Сталь заскрежетала по камню; посыпались искры. Дженни ухватилась за верхний край окна, пытаясь полностью залезть в кабину. Волей-неволей пришлось немного ослабить зажим ногами. Донателла, отчаянно рванувшись, освободилась и потянулась за пистолетом.
Оказавшись внутри, Дженни лягнула ее по ребрам с такой силой, что она отпустила руль. Машина, потеряв управление, задела о каменную стену, отскочила, проехала немного вперед и снова стукнулась о скалу. Закрутившись на месте, джип описал два полных круга и в последний раз ударился капотом о камни. Раздался скрежет металла, машина, накренившись, встала на два боковых колеса. Джип вынесло на шоссе, и он проехал еще футов с пятьсот, прежде чем ударился о поваленный фонарный столб, а потом о стальную решетку разбитого грузовика Донателлы.
Обе женщины, оглушенные, шокированные, продолжали бороться, но тут машину дернуло в последний раз, и Дженни ударилась головой о панель управления. Джип еще продолжал скользить по асфальту, когда Донателла схватила Дженни за блузку, швырнула на дверь и ударила по лицу один раз, второй, третий…
Перед глазами у Дженни замелькали звездочки, острая боль пронзила виски. Она пыталась сопротивляться, но силы, казалось, полностью иссякли.
От Донателлы же исходила неумолимая сила, питаемая безумием, Дженни чувствовала это, и ей было страшно; словно над ее головой, готовый обрушиться, навис безжалостный кузнечный молот. Она судорожно нащупала дверную ручку и нажала в тот момент, когда Донателла размахнулась для очередного удара. Дверь открылась, и Дженни спиной назад вывалилась из машины на дорогу.
Несколько секунд, оцепеневшая, оглушенная, она лежала ничком на асфальте. Потом почувствовала на лице капли дождя и, словно это придало ей сил, пошатываясь, поднялась на ноги. Ноги были словно резиновые, колени дрожали. Ее мутило. Она подняла руку, прижала ладонь к затылку и поднесла мокрые пальцы к глазам; на них была кровь.
Донателла, сидя в машине, взвела курок.
Браво подождал, пока джип остановится. Спереди и сзади слабо мерцали фонари, освещая шоссе. Он видел, что Дженни в беде, но не мог сообразить, что же делать. Донателла сконцентрировалась на своей сопернице полностью. Браво побежал через клубящийся туман к лежащему
Наконец он оказался возле джипа, но внутри уже никого не было. Донателла забрала пистолет, а снайперскую винтовку оставила в машине, и Браво, наклонившись, поднял ее с пола.
Дженни, осознавая, что ее положение не просто плачевно, но и ухудшается с каждой секундой, наконец заметила в сером тумане Браво и в ту же секунду поняла, что нужно делать, чтобы получить хотя бы небольшой шанс. Развернувшись, она побежала. Упала, поднялась на дрожащие ноги и побежала снова.
Донателла мчалась за ней, полагая, что Дженни хочет просто-напросто скрыться в тумане. Мысль упустить жертву была непереносима, и она стремительно бросилась вперед. Дженни бежала в сторону какого-то слабого свечения; на него Донателла и ориентировалась.
Она уловила движение, потом увидела гибкую тонкую фигурку. Донателла выстрелила на ходу, ни на секунду не останавливаясь, почти наугад. Плотный клубящийся туман — словно чья-то огромная рука перемешивала белесую пелену — на секунду снова расступился. Донателла увидела Дженни, направила на беглянку пистолет, собираясь вторично спустить курок, и тут услышала за спиной голос:
— Бросай оружие!
Она обернулась, вглядываясь в туман. Возле машины стоял Браверманн Шоу с ее винтовкой в руках. Она рассмеялась, глядя на то, как неумело он держит ружье. Ему не удалось бы попасть в нее даже в ясную погоду, без всякого тумана. Она убьет его единственным выстрелом в голову. Это было то, чего Донателле хотелось больше всего на свете. Она развернулась лицом к Шоу и направила ему в лицо дуло пистолета. Она чувствовала, что Иво здесь, рядом с ней, и беззвучно говорила с ним, чтобы он знал — она вот-вот отомстит за него…
— Ты слышала! Брось пистолет, или…
Донателла нажала на курок.
Через несколько секунд Дженни добралась до цели. Но было слишком поздно. Донателла уже выстрелила один раз, промахнувшись совсем ненамного. Туман расступился, и обе женщины увидели друг друга. Дженни не хватило буквально мгновения. Так распорядилась судьба, и теперь она стояла, пытаясь успокоить неровное дыхание, словно это могло помочь ей достойнее встретить неминуемую смерть.
Потом раздался голос Браво, и Донателла обернулась. Дженни быстро упала на четвереньки и ухватилась за разорванный силовой кабель. От него исходили слабый шум, напоминавший отдаленные раскаты сухой грозы или жужжание роя пчел, и неестественное белое свечение. Дженни выпрямилась, закачавшись и чуть не упав, — на нее снова накатила дурнота. Страшно болела голова, сердце болезненно колотилось о ребра. Пошатываясь, она двинулась к Донателле, держа кабель перед собой. Конец кабеля коснулся Донателлы в то мгновение, когда она взводила курок. Она неестественно дернулась, тело выгнула судорога. Пролетев около фута, Донателла упала на землю. В воздухе явственно запахло горелой плотью, и Дженни замутило.
Браво видел, что пуля ушла в сторону, но не догадывался о причине, потеряв Донателлу из вида в водоворотах тумана. Не раздумывая, он бросился вперед, перемахнув через фонарный столб и оставив позади разбитый грузовик.
Дженни стояла над мертвым телом Донателлы. Голова ее была в крови, она тяжело дышала. Браво почувствовал отвратительный запах и хотел спросить, что произошло, но тут увидел кабель, который Дженни до сих пор сжимала левой рукой.
— Дженни, положи его, — тихо сказал он. — Положи кабель на землю, и пойдем отсюда.