Завет Макиавелли

Фолсом Аллан

Прикрыв глаза ладонью, чтобы не мешал свет, рассеиваемый неплотными облаками, Мартен осмотрелся внимательнее. Вот двухэтажные здания: на крышах — команды снайперов из двух человек каждая. Поляки, секретная служба, НАТО — отсюда не скажешь. Обеспечение серьезнее некуда.

Прогуливаясь, Мартен размышлял. Все бы хорошо, но… Помост или трибуна состоит из трех частей: невысокий подиум, где президент Польши представит президента Соединенных Штатов; второй уровень, повыше, где будут стоять канцлер Германии и оба президента; третий уровень, сразу за вторым, где флаги двадцати шести стран и куда проводят делегатов…

Все правильно, кроме одного. В первый момент, когда

президент Польши будет представлять высоких гостей, главы других государств выстроятся в шеренгу за спиной Романа Яницкого. Мартену вспомнился выстрел в Шантильи, где одна пуля сразила двоих жокеев всего несколько дней назад.

Президент сказал, что члены союза, названного им «Завет», планируют убийство президента Франции и канцлера Германии во время саммита НАТО в Варшаве. А еще — после гибели Фокса: «Но план жив, и Фокс не последний из них».

Президент чудом дожил до сегодняшнего дня, чтобы взойти на этот помост. Он знает все, а значит, слишком много. Агенты на каждом шагу? Допустим… Если один хороший стрелок со ста ярдов смог достать одной пулей двух скачущих жокеев — что помешает ему сделать то же самое здесь? И не двоих, а троих, тем более что эти будут стоять неподвижно несколько минут, пока президент Польши произносит вступительную речь.

Мартен огляделся еще раз. Деревья, старые постройки, потом снова деревья — как тот лес в Шантильи. Да, в Шантильи на месте преступления осталась винтовка М-14. Такая же винтовка была найдена на месте убийства на вокзале в Вашингтоне. Хорошее оружие, мощное и точное, даже на дистанции четыреста ярдов. Добыть такую винтовку в западном мире не просто, а очень просто. Мартен посмотрел на часы: одиннадцать пятьдесят четыре.

— Господи!..

Нужен Хэп, и немедленно.

170

11.56

Добравшись до командного пункта секретной службы, Мартен поделился своими опасениями с Биллом Стрейтом. Через несколько секунд Стрейт поставил в известность Хэпа, неотлучно находившегося при президенте.

Две минуты спустя на командном пункте собралось импровизированное совещание: Хэп, Мартен, десяток агентов и техников секретной службы, три польских офицера. Сказать, прав Мартен или нет, никто, конечно, не взялся бы. Также неизвестно, кого подозревать: пол или возраст убийцы не угадаешь. Непонятно, как можно протащить громоздкую винтовку через периметр безопасности. Ясно одно: если гипотетический убийца существует, документы у него в порядке. Других людей внутри периметра нет. Тут никаких сомнений быть не может.

Получить в руки винтовку М-14 оказалось просто. Завезли ее в охраняемую зону в фургоне с коммуникационным оборудованием, где все металлическое и всего много. Потом выложили на грунт: еще один цилиндрический контейнер с чем-то тяжелым. Тренога для камеры.

С удостоверением Ассошиэйтед Пресс к фургонам подойти нетрудно; контейнер, помеченный голубой липкой лентой, оставили в куче другого оборудования, ближе к земле. Виктору оставалось только забрать «имущество» и отступить под прикрытие деревьев, как и было сказано в инструкции — конверте, полученном от водителя такси номер 7121 на пути из Кракова в Освенцим.

12.10

На командном пункте секретной службы Мартен, Хэп и Билл Стрейт сидели перед компьютерными мониторами, просматривая сведения обо всех, кого фотографировали при входе: всего шестьсот семьдесят два человека. Это сами главы государств, сопровождающие лица, члены семей, приглашенные

гости, все до одного представители служб безопасности и журналисты.

Хэп считал, Мартену следует посмотреть на лица: бывший полицейский сопровождал президента от самой Барселоны — мало ли кого он мог увидеть. Кто-то из людей Фокса в Монсеррате или на Мальте; просто лицо, замеченное на мониторе в церкви Арагона. Слабая надежда, но лучше, чем ничего.

— Ну хоть какая-нибудь зацепка, — проворчал Хэп, глядя, как мелькают фотографии. — Кого мы ищем?

— От души надеюсь, что это только мои фантазии, — пожал плечами Мартен.

— Подожди, Хэп, — вступил в разговор Билл Стрейт. — Личность каждого из допущенных устанавливали заранее. Девяносто процентов были приглашены заблаговременно, в Варшаву. Их проверяли спокойно, не торопясь. А вот десять процентов попали сюда из-за переноса места проведения саммита в последний момент. Их тоже проверяли, но в спешке. Стало быть, не так тщательно.

— Это верно. Таких будет человек семьдесят? На них и обратим внимание.

Спокойно миновав шеренгу старых каменных зданий, Виктор направился к рощице, где только начали распускаться листья. Деревья отчасти скрывали линию чего-то старого и неузнаваемого: наверное, это была когда-то колючая проволока на бетонных столбах. Ограда лагеря смерти.

12.30

Под внимательными взглядами Хэпа, Мартена и Билла Стрейта одна фотография сменяла другую. До сих пор ничего подозрительного. Ни одного странного, подозрительного или смутно знакомого лица. Потому остается только продолжать. Через тридцать минут президент Соединенных Штатов ступит на платформу. Если подозрения верны, подозреваемый к тому времени должен быть установлен.

12.35

Еще двадцать ярдов. Раздвигая высокую траву, Виктор вышел к небольшому пруду.

«Проверка, проверка. Раз, два».

Там, на платформе, проверяют акустику.

«Проверка, проверка. Раз, два».

Улыбаясь, Виктор обошел пруд по берегу. До этой минуты он не испытывал почему-то никаких эмоций. Спокоен всю дорогу от Варшавы; спокоен на контрольно-пропускном пункте; спокоен, забирая винтовку. Когда его окликнул наряд с собакой, Виктор спокойно предъявил жетон, даже потрепал собаку по голове. Подобрал контейнер со «штативом» и направился в сторону деревьев. Только сейчас, услышав работу инженеров по звуку на платформе, Виктор ощутил приток адреналина и улыбнулся. Работа не только риск. Она еще и удовольствие.

171

Посольство Соединенных Штатов, Лондон. 11.45

(12.45 в Освенциме)

Кавалькада из трех больших черных джипов с тонированными стеклами повернула с Парк-лейн на Гросвенор-стрит, чтобы спустя несколько секунд оказаться на территории посольства на Гросвенор-сквер.

Машины были немедленно окружены вооруженными морскими пехотинцами в парадной форме; двери первого и последнего джипов открылись, выпуская агентов секретной службы Соединенных Штатов. Те, в свою очередь, раскрыли двери среднего автомобиля. Первым появился особый агент Роланд Сандоваль, за ним, в полной тишине, последовали остальные: вице-президент Гамильтон Роджерс, министр обороны Теренс Лэнгдон, государственный секретарь Дэвид Чаплин, председатель Объединенного комитета начальников штабов Честер Китон и последним — руководитель администрации президента Том Каррен.