Завет Холкрофта
Шрифт:
— Значит, мы просто запамятовали, — простодушно объяснил Холкрофт.
— Нам следует действовать очень осторожно, — сказал Теннисон. — Если слово «Вольфшанце» имеет какое-то отношение к Женеве, то нам нужно быть в высшей степениосторожными. Англичане не должны знать о «Вольфшанце». В противном случае последствия будут катастрофическими.
— Я тоже так полагаю. Но как вы объясните Пэйтон-Джонсу ваше стремление проникнуть в архивы?
— Отчасти я скажу ему правду, — ответил Теннисон. — Я хочу найти убийцу Гретхен.
— И ради этого вы готовы отказаться от... птицы,
— Ради этого и ради Женевы — да. От всей души! Ноэль был тронут.
— Хотите, я сам предварительно переговорю с Пэйтон-Джонсом? — предложил он.
— Нет!
– вдруг закричал Теннисон, но тут же понизил голос: — Я имею в виду... Вы подвергнетесь слишком большой опасности. Поверьте мне. Делайте то, о чем я вас попрошу, пожалуйста. Вы с Хелден должны находиться вне поля зрения. Вам необходимо полностью самоизолироваться. Хелден нельзя появляться на службе до тех пор, пока я снова не свяжусь с вами. Пусть она будет при вас, и постарайтесь на время стать невидимками.
Холкрофт взглянул на Хелден:
— Я не знаю, согласится ли она на это.
— Я попытаюсь ее убедить. Передайте ей, пожалуйста, трубку.
— Вы еще позвоните?
— Через несколько дней. Если переедете в другой отель, оставьте информацию, где можно найти мистера Фреска. Хелден знает, кому позвонить. А теперь дайте мне поговорить с сестрой. Несмотря на все наши различия, мы теперь необходимы друг другу, как никогда прежде. И... Ноэль?
—Да?
— Будьте добры к ней. Любите ее. Вы ей очень нужны. Холкрофт встал с кровати и передал трубку Хелден.
— Mein Bruder... [28]
Глава 31
«Код „Вольфшанце“!»
Фон Тибольт-Теннисон, сидевший в своем маленьком офисе на окраине Парижа, яростно грохнул кулаком по столу.
"Код «Вольфшанце».Эту магическую формулу выдал Питеру Болдуину Эрнст Манфреди! Банкир играл в опасную, но искусную игру. Манфреди знал, что стоит только Болдуину произнести священную фразу — и он, Болдуин, становится трупом. Банкир, однако, вряд ли стал бы раскрывать Болдуину, что стоит за этой магической формулой, — это было не в его интересах. Но Болдуин обладал одним из самых могучих интеллектов в Европе. Удалось ли ему сложить в целое больше фактов, чем предполагал Манфреди? Сколько он успел узнать? Что находится в досье Болдуина, хранящемся в архивах МИ-5?
28
Брат мой... (нем.)
Обратили ли в английской разведке внимание на донесения Болдуина? Обычно МИ-5 отвергала все его проекты и отчеты.
И теперь папка с материалами, собранными Болдуином, наверняка пылится среди тысяч и тысяч себе подобных. Все они погребены в архивах, ибо информация, содержащаяся в тех папках, осталась невостребованной.
"Код «Вольфшанце».Эта фраза почти никому ни о чем не говорила, и даже те несколько сот региональных лидеров, которые о ней знали, считали ее простым кодовым сигналом: скоро нам будут перечислены громадные суммы,
«Дети Солнца».Для них, рассеянных по всей земле, «Вольфшанце» означала восстановление прав на первородство.
Папки Болдуина не могут содержать этой информации, потому что это просто невозможно. Но те, в чьих руках материалы Болдуина, могут воспользоваться всей остальной информацией.
У Теннисона единственный шанс добраться до папок Болдуина. Англичанам нужен Тинаму. Если МИ-5 сумеет схватить его, то английская разведка сможет вернуть себе первенство среди секретных служб — первенство, которое было утеряно после многолетних провалов и дезертирства.
МИ-5 получит Тинаму, а взамен поделится со своим благодетелем секретными материалами. Блестящая выйдет ирония: проклятая британская разведка — этот тихий спрутообразный монстр, разгромивший Третий рейх, — поможет становлению четвертого.
Ибо МИ-5 получит сведения о том, что «Нахрихтендинст» разворачивает конспиративную деятельность невиданных масштабов. Англичане поверят человеку, который предоставит эти сведения, — они не смогут не поверить тому, кто преподнес им в подарок Тинаму.
Теннисон шел по редакционным коридорам, сдержанно принимая поздравления коллег по «Гардиан».
Мимоходом он оценивающе разглядывал женщин. Каждая из секретарей и машинисток бросала на этого умопомрачительного мужчину призывные взгляды, давая понять, что готова на все, чего тот ни пожелает. Теннисону вдруг пришло в голову, что ему, возможно, придется выбрать себе в любовницы одну из этих женщин. Его возлюбленная Гретхен ушла в небытие, но аппетиты-то остались. «Да, — думал Теннисон, подходя к кабинету старшего редактора, — я непременно выберу себе женщину». Возбуждение нарастает, интенсивность операции «Вольфшанце» повышается с каждым часом... Ему потребуется сексуальная разрядка. Она всегда ему требовалась, и Гретхен это очень хорошо понимала.
— Рад видеть тебя, Джон, — встал навстречу из-за стола старший редактор, протягивая Теннисону руку. — Боннский репортаж пойдет в завтрашнем номере. Прекрасная работа.
Теннисон сел в кресло напротив.
— Есть новости, — сказал он. — Если доверять моим источникам информации — а я им доверяю, — то скоро будет предпринято покушение на жизни нескольких человек, которое может повлечь за собой кризис во всем мире.
— О Господи... Собираешься написать об этом?
— Нет. Писать об этом нельзя. Я не думаю, что мало-мальски солидная газета может об этом написать. Старший редактор подался вперед:
— В чем дело, Джон?
— В следующий вторник состоится экономическое совещание на высшем уровне...
— Ну да. Как раз здесь, в Лондоне. Все восточные и западные лидеры...
— В том-то все и дело. Восток и Запад. Они съедутся из Москвы и Вашингтона, Пекина и Парижа. Самые влиятельные люди на земле... — Теннисон выдержал паузу.
— И что?
— И двое из них будут убиты.
— Что?!
— Двоих собираются убить. Кого именно убивать — для киллеров значения не имеет. Главное, убьют лидеров из противоположных политических лагерей: скажем, президента Соединенных Штатов и председателя Китайской Народной Республики. Или премьер-министра Великобритании и главу Советского Союза.