Завещание олигарха

Абдуллаев Чингиз Акифович

Он опасался только одного: встретить Глущенко и не узнать его. Ринат понимал, что рано или поздно подобное произойдет, и твердо решил не входить в контакт ни с одним мужчиной старше сорока, который мог бы хоть отдаленно напоминать ему его погибшего и воскресшего дядю. В американских газетах он прочел подробный репортаж о жизни своего родственника, которого обвиняли в целом букете преступлений. Здесь были и убийства, и похищения людей, и мошенничество, и неуплата налогов, в том числе сразу в шести странах. Заодно расписывалась деятельность Игната Гребеника, который был правой рукой Владимира Аркадьевича Глущенко и на которого было совершено покушение.

Ринат понял, что Гребеник просто вычислил стиль поведения своего бывшего шефа и понял, что тот жив. А если жив и пытается спрятать свои деньги, то он обязан о себе заявить, помогая «Эстрелле» в каком-то нефтяном контракте. Очевидно, Глущенко отказал Игнату еще при своей первой жизни. А Гребеник ему не мог этого простить. В результате оба недооценили друг друга. Глущенко не мог просчитать, как поведет себя его партнер, узнавший о том, что он погиб. Игнат Гребеник не мог даже предположить, что «воскресший» Глущенко ответит таким ударом, решив сразу устранить своего бывшего компаньона и соперника. И теперь Ринат, летевший во Францию, более всего боялся встречи именно со своим дядей, который мог оказаться кем угодно и где угодно.

В Париже их уже ждали в аэропорту сотрудники частного охранного агентства. Ринат попросил убрать всех, и они вместе с Талгатом и Тамарой выехали в Тулузу, через Бордо, на скоростном поезде ТЖВ. Уже в вагоне поезда Ринат попросил у Тамары ознакомить его с данными на французского наследника, ставшего миллиардером.

– Похоже, что миллиард не производит на вас большое впечатление, – заметила Тамара. – Меня же от этой суммы бросает в дрожь. Но на вас ничего не действует.

– Это не мои деньги, – брезгливо заметил Ринат, – я всего лишь позволяю себе тратить деньги своего родственника. И, судя по газетным статьям, не самого праведного человека в мире.

– А деньги вообще нельзя заработать праведным путем, – заявила Тамара, – деньги любят счастливчиков, удачливых и дерзких. Как в казино, когда везет не каждому. Так и в жизни.

– Значит, я тоже «счастливчик»?

– А вы в этом сомневаетесь?

– В таком случае Сара Фуллен тоже «счастливчик»?

– Она дура, – в сердцах произнесла Тамара, – зачем приводить такие примеры? Много людей прекрасно устраиваются в жизни на эти деньги и не превращаются в подобных гиппопотамов.

– Разве в мире много миллиардеров?

– Я имела в виду богатых людей, – смутилась Тамара, – они позволяют себе все, что хотят. И не превращаются при этом в подобных монстров. Девочка без образования и культуры получила большие деньги. Ничего другого и не могло быть.

– Я вспомнил про часы, – сказал Ринат, – ты тоже советовала мне купить часы подороже. И я, кажется, их даже купил.

– По часам и обуви сразу определяется статус мужчины, – заметила Тамара, – а я должна заботиться о вашем имидже.

– Как Рикардо заботиться о своей хозяйке? По-моему, он пройдоха?

– Он ловко устроился, – согласилась Тамара, – но мы не знаем характера их отношений. Вы думаете, так легко жить с подобной хозяйкой? Возить ее по комнатам, слушать ее глупости, подтирать и подчищать этого монстра. Я думаю, что он на трудной работе.

– Ты тоже?

– По большому счету, да. Но вы в отличие от Сары Фуллен человек со вкусом, образованием, культурой. И поэтому у вас есть прививка от варварства. Культура вообще неплохая прививка от любого варварства. И если человек не может нормально следить за своим телом – это тоже признак нецивилизованного отношения к самому себе и к окружающим людям, которым

эстетически неприятно лицезреть подобное чудовище. Может, поэтому она и переехала в Нью-Йорк, спрятавшись у себя в квартире, чтобы ее не видел никто из посторонних. Она понимает, что превратилась в урода, и не хочет позировать фоторепортерам. Между прочим, я хотела у вас узнать. Откуда появились в газетах ваши фотографии с Линой Стар? Когда вы обедаете в «Пушкине». Они случайно вас сфотографировали или вы устроили это нарочно?

– Я ведь профессиональный журналист, – напомнил Ринат, – конечно, я сам все устроил.

– Я так и подумала. Вы совсем не ангел с крыльями, каким иногда хотите казаться.

– В окружении таких людей трудно оставаться ангелом, – вздохнул Ринат. – Что у нас по этому французу? Вам передали его досье? Он тоже сбежал из дома, делал аборты и умирал с голода?

– Нет. У него как раз все нормально. Эжен Пети, тридцать два года. Родился в Бордо. Учился, нормальная семья. У него две сестры. Отец умер, когда ему было двенадцать лет. В семнадцать поступил в колледж. В двадцать ушел служить. В двадцать четыре поступил в институт, между прочим, учился на ботаника. В двадцать девять окончил институт. Вернулся в Тулузу. Устроился на работу к Марселю Эстебану. Он был гражданином Франции, хотя его отец был испанцем. Они эмигрировали из страны в конце тридцатых, после победы Франко.

Эжен отвечал за сад своего патрона. Он не был садовником в общепринятом выражении. Он специалист по ландшафтному дизайну. Есть такая профессия. Между прочим, очень неплохо оплачивается и весьма престижная. Эстебан умер в шестьдесят четыре. Наследников у него не было, и когда огласили его завещание, выяснилось, что большую часть своего полуторамиллиардного состояния он оставил Эжену Пети. Примерно миллиард долларов. Сейчас Эжен живет в его поместье под Тулузой.

– Он женат?

– Нет. Живет один.

– Есть его фотографии?

– Конечно, – она достала целую кучу фотографий.

Ринат посмотрел на фотографии. Высокий молодой человек. Мягкий подбородок, ровные крылья носа, голубые глаза, светлые волосы. Такой мужчина должен нравиться женщинам.

– Красивый, – сказал он, возвращая фотографии.

– Очень симпатичный, – согласилась Тамара, – между прочим, его уговаривали три месяца, пока он согласился на интервью. И только с вами.

– Дима успел и ему рассказать о моем трудном детстве?

– Нет. Но он заинтересовался вашей историей и согласился на встречу.

– Им всем интересно на меня посмотреть, – задумчиво произнес Ринат, – знаете, почему Сара меня приняла? Она хотела убедиться, что не все превращаются в подобных монстров, как она. Она хотела убедить прежде всего себя, что у нее еще может быть все нормально. Поэтому она меня и приняла. Может, этот Эжен Пети тоже хочет принять меня в качестве некой таблетки от своей депрессии.

– Вы могли бы отказаться от этого проекта, – напомнила Тамара, – но вы сами решили, что вам нужно в нем участвовать.

– Правильно решил. Я начал чувствовать, что превращаюсь в Сару Фуллен. Еще немного, и я начну лежать на диване, не двигаясь, жрать без остановки еду, которую ты заказываешь мне в самых дорогих ресторанах города. Начну принимать по пять дамочек, купаясь с ними в своих джакузи. В общем, начну прожигать жизнь на полную катушку. Потом перейду к легким наркотикам, затем к более сильным. И наконец убью себя сам. Хороший исход?

– Нет, нехороший, – возразила Тамара, – вы умный человек и не станете так жить.