Завеса
Шрифт:
Сегодня магазин был целым, запертым и тихим. Три ветки и разбитая вывеска исчезли, не осталось и следа того, что я дралась с духами.
— Я сообщу тебе о Никс, — сказал Лиам. — Попытаюсь разыскать ее, как можно скорее.
— Хорошо.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Внезапно мне показалось таким странным, что всего лишь несколько часов назад я не знала этого человека. Произошла атака духов, его вмешательство, допрос Сдерживающих, путешествие на Остров Дьявола и все, что происходило там. Из чужаков мы стали странными союзниками.
— Спасибо за твою помощь. Может, в следующий раз, вместо того, чтобы вламываться, просто постучишь?
Уголок его губ приподнялся.
— Дверь была открыта.
— Ну, ну.
— Это так, — он скрестил руки на груди, его мускулы двигались в такт с его движениями.
Я кивнула. Наступило неловкое молчание. Я не знала, что сказать или сделать.
— Ну, — произнесла я, нарушая тишину, которую больше не могла выносить. — Спокойной ночи, Лиам Куинн.
Он смотрел на меня, хлопая своими длинными ресницами.
— Спокойной ночи, Клэр Конноли.
Последний взгляд, последний взмах ресницами, и с наступающим рассветом Нового Орлеана он развернулся и пошел по Роял, назад к тюрьме в конце улицы.
Это была важная ночь. И я знала, что она изменит все.
Я больше не буду избегать магии, притворяясь, что я такая же, как и все. Я пересекла линию. Я не была уверена, как далеко шагнула, но была уверена, что скоро это пойму.
Я думала о стальном взгляде Лиама, его твердой челюсти и широких плечах, расслабленной улыбке, которую он дарит только Элеоноре, и гадала, о чем он думал, пока шел в этот рассветный час. Гадала, была ли эта ночь важна и для него.
Я повернулась к двери, открыла замок и медленно толкнула. На всякий случай я немного постояла на темном пороге, прислушиваясь, нет ли агентов Сдерживающих, или духов, ищущих новой драки.
Но в магазине царила чудесная, прекрасная тишина.
Я заперла дверь, прихватила походную сумку и потащилась по лестнице на второй этаж, где засунула ее обратно в шкаф.
До третьего этажа я добралась, когда на полу уже появился квадрат солнечного света. Сегодня воскресенье, так что магазин будет закрыт до обеда. К сожалению, воскресенье еще и день конвоя, так что мне придется разобрать коробки до этого.
Наверное, я буду выглядеть, будто не спала ни секунды. Но Ночь войны означала то, что большинство людей, оставшихся в Новом Орлеане, тоже не выспятся, и мне не придется ничего объяснять.
На третьем этаже квартиры была студия со старыми дубовыми полами и кирпичными стенами, ванной посередине и окнами до потолка с обоих сторон. Передние окна с балконом выходила на улицу Роял, задние на дворик за зданием.
Мебель у меня была простой: кушетка со спинкой и деревянными подлокотниками, шкаф, комод, дубовый стол и стулья. Я поставила свечу в фонарь на окне рядом с моей кроватью. Рядом со старинным зеркалом высотой в десять футов на всю стену, лежал сильно изношенный старинный ковер.
В такие времена можно
В квартире было душно. Ночь не сумела прогнать всю дневную жару, но я так устала, что мне было все равно. Я стянула одежду, залезла в ночную рубашку, упала лицом вниз на кровать.
И сразу же уснула.
Глава 8
Разбудили меня слишком рано хлопающими звуками. Уборщики Ночи войны выметали бумажные цветы и стаканчики из-под Напитка с улиц в десять утра.
К счастью, это было на два часа позже обычного. Но они пели и не очень хорошо, звук прорывался сквозь старые окна.
Даже в лучшие времена я не была жаворонком, а сегодня я была измучена, как никогда.
— Черт, — пробормотала я и натянула одеяло на голову. Я только начала засыпать, как на лестнице раздалось эхо голоса Гуннара.
— Клэр? Ты наверху?
Я прокляла себя за то, что дала ему запасной ключ.
— Уходи. Я сегодня сплю до победного.
На лестнице раздался топот. Я высунула голову и убрала волосы с глаз. Вошел Гуннар, наряженный в серую форму, которую Сдерживающие предпочитали для своих гражданских сотрудников. Он выглядел на удивление хорошо для человека, который, наверно, поспал столько же, сколько и я. Ни опухших глаз, ни нездорового после употребления Напитка оттенка кожи.
— Знаешь, какой сегодня день? — проворчала я.
— Воскресенье.
— Ага. Значит я могу поспать подольше. Зачем ты так рано пришел? И почему выглядишь так хорошо?
— Хорошо поспал. И мне сегодня нужно кое-что сделать в офисе, — никто не сказал Гуннару, что жизнь в Зоне после войны замедлилась. Если была работа, он сделает ее как можно раньше.
— Ты сумасшедший.
— Я занятой. И если ты не в курсе, перед твоей дверью выстроилась линия достойных холостяков с роскошными пенными ванными и ароматическими свечами.
Я застонала, подумывая снова зарыться в одеяло.
— Твоя жестокая ложь не вытащит меня из кровати.
— Ага, это было подло, — сказал он и сел на край моей кушетки. — Нормально добралась до дома?
Я не успела решить, что рассказать Таджи и Гуннару о прошлой ночи. Я не могла рассказать им, что была на Острове Дьявола без того, чтобы рассказать о магии. И я не хотела рассказывать им о духах, потому что они взбесятся. Я любила Гуннара, как брата. Но он иногда чересчур мня оберегал.
С другой стороны, меня допросили Сдерживающие. Об этом есть официальная запись, и, возможно, лучше об этом услышать от меня.
Я села и заправила волосы за уши.
— Пообещай не беситься.
— Когда ты говоришь подобное, это гарантирует, что я взбешусь.
— Двое духов напали на девушку у здания Окружного Суда. Я их отогнала, и Сдерживающие приходили в магазин поговорить со мной и охотником за головами по имени Лиам Куинн.
Гуннар моргнул.
— Помедленнее, и расскажи все снова от начала до конца.