Затмение

Майер Стефани Морган

— Каллены и понятия не имели, — прошептала я, — Они даже не думали, что оборотни все еще существуют здесь. Они не знали, что их возвращение станет причиной твоего изменения.

— Это не отменяет того, что это произошло.

— Напомни мне не обращать внимания на твою отрицательную сторону.

— Ты считаешь, что я должен быть таким же всепрощающим, как и ты? Мы не можем все поголовно быть святыми и мучениками.

— Повзрослей, Джейкоб.

— Я бы хотел, — тихо пробормотал он.

Я уставилась на него,

пытаясь понять смысл его ответа.

— Что?

Джейкоб ухмыльнулся.

— Одна из тех странностей, о которых я упоминал.

— Ты… не можешь… вырасти? — нерешительно пробормотала я, — Ты что? Не …стареешь? Это шутка?

— Не-а, — сказал он, поджав губы.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. Мои глаза наполнились гневными слезами. Громко клацнув, я плотно стиснула зубы.

— Белла? Что я такого сказал?

Сжав руки в кулаки, я снова встала на ноги. Меня всю трясло.

— Ты. Не. Стареешь, — сквозь зубы процедила я.

Джейкоб осторожно потянул меня за руку, пытаясь усадить обратно.

— Никто из нас. Да что с тобой?

— Я единственная, кто стареет? С каждым мерзким днем я становлюсь старше! — я почти визжала, размахивая руками. Какая-то часть меня осознавала, что я совершенно не думаю о Чарли, но эта рациональная часть была полностью подавлена иррациональной, — Черт! Что же это за мир такой? Где справедливость?

— Успокойся, Белла.

— Замолчи, Джейкоб. Просто заткнись! Это так не честно!

— Неужели ты сейчас, в самом деле, топнула ногой? Я думал, что это только девчонки по телеку такое делают.

Я что-то невнятно пробурчала.

— Это совсем не так плохо, как тебе кажется. Сядь и я тебе все объясню.

— Я постою.

Он закатил глаза.

— Ладно. Как хочешь. Но, слушай, я тоже постарею… когда-нибудь.

— Объясни.

Он похлопал по дереву. С минуту я медлила, но затем села; мой гнев ушел так же быстро, как и пришел, и я вполне успокоилась для того, чтобы понять, как глупо я себя вела.

— Когда мы научимся полностью контролировать своё перевоплощение… — произнес Джейкоб, — Когда мы перестанем так часто и так надолго перекидываться, мы снова сможем взрослеть. Но это не просто, — он в сомнении потряс головой, — В действительности, на это может уйти очень много времени. Даже Сэм еще не способен на это. Конечно, то, что у нас перед носом обитает целое сборище вампиров, не очень этому способствует. А уж о том, чтобы уйти самим, когда племя нуждается в защите, мы даже и думать не смеем. Но тебя не должно это беспокоить, потому что я уже и так старше тебя, по крайней мере, физически.

— О чем это ты толкуешь?

— Посмотри на меня, Беллз. Я выгляжу на свои16?

Стараясь быть беспристрастной, я с ног до головы оглядела его внушительные размеры.

— Я полагаю, не совсем.

— Совершенно не выгляжу. Потому что мы достигаем

полного взросления всего за несколько месяцев, после того, как активизируются гены оборотня. Это резкий скачок роста, — он скорчил гримасу, — Физически, мне, возможно, 25 или что-то около того. Так что, еще, как минимум, лет семь тебе не стоит переживать, что ты будешь слишком взрослой для меня.

Двадцать пять или что-то около того. Эта мысль шокировала меня. Но я помнила тот скачёк роста, помнила, как смотрела на него, и он рос прямо на моих глазах. Я помнила, как он менялся день за днём. Полностью ошеломленная, я затрясла головой.

— Ну, так ты хочешь услышать о Сэме или хочешь кричать на меня за то, что совершенно от меня не зависит.

Я глубоко вздохнула.

— Прости. Возраст — моя больная тема. Меня все это сильно нервирует.

Глаза Джейкоба сузились, и он посмотрел так, будто пытался решиться что-то сказать.

Поскольку я не хотела разговаривать на темы, травмирующие мою душу — о моих планах на будущее или о договоре, который мог быть нарушен вышеупомянутыми планами. Я подтолкнула его.

— Итак, ты сказал, что ему стало легче, когда он, наконец, понял что происходит, и что с ним теперь Билли и Гарри, да еще и мистер Атэра. Кроме того, ты так же упомянул, что у всего этого имеется и приятная сторона… — я немного помедлила. — Почему же тогда Сэм так ИХ ненавидит? Почему хочет, чтобы я ненавидела ИХ?

Джейкоб вздохнул.

— Это действительно самая сложная часть.

— Я профи по сложностям.

— Да, я знаю, — усмехнулся он прежде, чем продолжить, — Что ж, ты права. Теперь Сэм знал, что происходит, и все было почти хорошо. В основном, его жизнь наладилась и снова стала, ладно, не совсем нормальной, но лучше, чем до этого, — сказав это, Джейкоб помрачнел и сжался, словно ему предстояло что-то очень болезненное, — Сэм не мог рассказать Леа. Мы не имеем права говорить об этом тем, кому не следует знать. Кроме того, ему было не безопасно находиться рядом с ней, но он продолжал обманывать ее, так же, как и я тебя. Леа была в ярости из-за того, что он не рассказывал ей, что происходит — ни о том, где он был, ни куда уходил по ночам, ни почему он всегда был так измотан, но, несмотря ни на что, они помирились. Они пытались. Они действительно любили друг друга.

— Она узнала? Вот, что случилось?

Он покачал головой.

— Нет, проблема была не в этом. Ее кузина, Эмили Янг, приехала из резервации Мака навестить ее на выходные.

Я выдохнула:

— Эмили — кузина Леа?

— Двоюродная кузина. Тем не менее, они были очень близки. В детстве они были, как родные сестры.

— Это…ужасно…Как Сэм мог…? — я отшатнулась, качая головой.

— Не осуждай его, пока всего не узнаешь. Рассказывал ли тебе кто-нибудь…Слышала ли ты когда-нибудь об импринтинге?