Затишье
Шрифт:
Создавая свою эпопею, писатель ставил себе не только задачу показать причины и следствия «великой войны белых людей». Его основная цель — и он приближается к ней все больше, по мере разрастания его эпоса — полное разоблачение «тайны» войны.
Вскрыть незримые пружины, при помощи которых империализм приводит в действие силы агрессии, — вот та мысль, которая проходит сквозь все романы, соединяет и объединяет их.
Роман «Затишье», с которым сейчас знакомится советский читатель, рисует обстановку, сложившуюся на русско-германском фронте к моменту заключения перемирия в Брест-Литовске.
В
При штабе в качестве писаря находится и молодой писатель Вернер Бертин, прошедший годы войны как нестроевой солдат. Вернер Бертин уже знаком нам по предыдущим романам Арнольда Цвейга. Это любимый герой писателя, его автопортрет. Изображая формирование личности Бертина, Арнольд Цвейг изображает путь лучшей части немецкой интеллигенции, пришедшей к единению с рабочим классом, включившейся впоследствии в борьбу за свободную демократическую Германию. Будет ли заключен мир? Вот вопрос, волнующий всех. Помогая своим друзьям коротать томительное время ожидания, Вернер Бертин делится с ними своими воспоминаниями о только что пережитых военных годах.
На фронте наступило затишье, но война еще не кончилась, и это подчеркнуто самой композицией романа. Роман построен, как ряд новелл, посвященных отдельным военным событиям, встречам, людям. Но в то же время роман обладает глубоким внутренним единством. Его создает образ основного героя, который проходит перед читателем в процессе своего духовного развития и идейного созревания.
Основной фон романа составляет солдатская масса, иначе говоря, крестьяне и рабочий люд, и на фронте несущая на себе всю тяжесть труда. Из рассказов Бертина мы узнаем о судьбе этой массы в горах Сербии, в боях под Верденом, на полях Пруссии и Литвы.
Еще отчетливее, чем в более раннем романе «Воспитание под Верденом», здесь представлена жестокая бессмысленность империалистической войны — кровавая мясорубка, которая перемолола лучшие молодые силы Германии и Франции. Устами своего героя Арнольд Цвейг теперь утверждает, что только русские войска, перешедшие на Восточном фронте в широкое наступление, положили конец чудовищному кровопролитию. Они заставили немецкое командование оттянуть свои дивизии от Вердена и перебросить их на Восточный фронт. Судьба битвы на французской земле, — подчеркивает Арнольд Цвейг, — была решена в далекой России.
Заставляя своего героя вспоминать о множестве уже забытых людей, бессмысленно погибших под Верденом, Арнольд Цвейг показал, что в их судьбах, как в капле воды, отразилось положение маленького человека в империалистической Германии. Поэтому такое значение приобретает рассказ Вернера Бертина о Кристофе Кройзинге, убитом по воле его командования за то, что он осмелился вступиться за солдат и разоблачить темные махинации офицеров, обворовывающих
Раскрывая перед своими слушателями жестокий произвол и презрение к человеку, которые царят в прусском государстве, в империалистических государствах вообще, Вернер Бертин все вновь и вновь вспоминает русского унтера Гришу Папроткина — героя романа «Спор об унтере Грише», — томившегося в немецком плену. Узнав о том, что в России революция, Гриша бежал из плена и, заручившись документами на чужое имя, попытался перейти линию фронта. Однако в последнюю минуту попытка его сорвалась. Гришу задержали, привлекли к военно-полевому суду и приговорили к смертной казни. И хотя очень скоро личность Гриши была установлена и суду стало ясно, что вынесенный приговор должен быть отменен как незаконный, и хотя в спор об унтере Грише включилось множество людей, старавшихся во что бы то ни стало его спасти, в высших инстанциях решили, что отменить уже утвержденный приговор невозможно, и Гриша был расстрелян.
Факты бессмысленной жестокости и вопиющей несправедливости навсегда запечатлелись в сознании Вернера Бертина. Ему вновь вспоминается верденский фронт, тяжелая работа дорожно-строительных отрядов. Солдаты-нестроевики тащат огромный груз в гору, а прискакавший офицер заставляет их застыть на месте и удерживать на плечах непосильную ношу, только чтобы заснять эту картину и хвастать потом интересными военными фотографиями. А вот офицерик, у которого еще молоко на губах не обсохло, орет на Бертина за то, что тот, занятый тяжелой физической работой, не отдал ему чести по установленной форме.
Каждое из этих переживаний, о которых вспоминает Бертин, заставляло его все больше убеждаться, что в прусском государстве, в прусской армии попираются самые элементарные человеческие права.
«Что вы здесь ищете, что здесь вы потеряли?» — эта тема из его любимого произведения Шуберта все время звучит в душе Бертина, напоминает ему о вопиющей беззаконности пребывания немецкой армии на чужой земле. И он снова мысленно видит измученных пленных французов под Верденом, которых в зной, под жгучими лучами солнца вели мимо немецких офицеров. Движимый состраданием, Бертин дал пленным напиться из своего котелка, и за этот «непатриотичный поступок» начальство послало Бертина на один из самых опасных участков фронта, где у него почти не было шансов остаться в живых.
Эпизоды, о которых рассказывает Вернер Бертин, которые о многом напоминают и о многом заставляют задуматься его слушателей, послужили вехами на пути его духовного и идейного воспитания.
Гуманист и романтик, человек кабинетного труда, Вернер Бертин, как и сам писатель, создавший этот образ, явился на фронт с представлениями о мире и войне, которые он почерпнул из семейных традиций, из классической немецкой философии, из романтической литературы и религии. Он отправился на войну в твердом убеждении, что империалистическая Германия защищает правое дело, ведет войну справедливую.