Затишье перед бурей
Шрифт:
– Да, – озадаченно ответил юноша.
– Мои тоже, – улыбнулся Пирр, погладив себя по голове.
– Правда? – удивился Александр. – Не считая моей матери, ты первый, у кого я вижу такой же цвет.
– Похожая история, – кивнул Пирр, – только у меня, напротив, у отца волосы алые, а у матери серые.
– Хм… А ты продаешь травы алхимикам? – спросил Александр и только в этот момент понял, что у его нового знакомого уже нет трав в руке, а сумка или что-то подобное отсутствует, есть лишь кольцо на указательном пальце правой руки.
«Выходит,
– Зачем? Сам использую, – ответил Пирр.
– Так ты алхимик?
– Да, хоть это и не основной мой род деятельности.
– А основной?
– Ну… – заулыбался Пирр, задумавшись на секунду, невдалеке слышалось, как дятел стучит, а уже вдалеке кто-то грозно рычал, что, впрочем, совсем не волновало наших героев, – я помогаю своему отцу, преподаю в симградской академии. Сейчас у меня отпуск, вот я и пошел пособирать травы и другие ингредиенты, чтобы потом создать пилюли для студентов.
– Так Вы учитель академии имени Луция? – с уважением произнес Юлий.
– Нет, – рассмеялся Пирр, махнув рукой, – я учитель академии Противостояния Небесам.
– Что это за академия? – озадаченно нахмурился Александр, – Недавно открыли?
– Наоборот, это старая академия, а та, что зовется в честь Луция, является новой.
– М-м-м, понятно, – без особого энтузиазма кивнул Александр.
– Разочарован? – снова рассмеялся Пирр. – На самом деле, моя академия куда лучше. Быть может, и ты в ней получишь пользу.
– Нет, спасибо, – покачал головой Александр.
– Как знаешь, – ехидно проговорил Пирр.
– Вспомнил! – воскликнул Юлий. – Старая академия, открытая Цезарем, да?
– Верно, – кивнул Пирр, – он мой отец.
– Правда? – Юлий с интересом взглянул на Пирра. – Для меня честь познакомиться с сыном героя.
– Публий Антоний Цезарь, – задумчиво проговорил Александр, – я слышал о нем. Твой отец проявил себя в последней симдской войне.
– Не стоит называть ее так в Империи, – снисходительно улыбнулся Пирр. – Это сразу выдает в вас конфедератов, да и не говорите про империю Симдов, просто Империя. И хотя ты хорошо говоришь на западном языке, но некоторые могут уловить акцент.
– У меня нет акцента, – нахмурился Александр.
– Есть, ты пытаешься его скрыть, но я умею это различать.
– Пф, – фыркнул юноша, – и что с того?
– Ничего, – пожал плечами Пирр, – мы не в состоянии войны. Да и так, я бы не стал нападать на каждого конфедерата. Просто советую в Империи называть вещи по-симдски.
– Он прав, – кивнул Юлий, – симдские войны зовутся на западе Освободительными.
– Освободительными? – усмехнулся Александр. – Кого же они освобождают своими завоеваниями?
– Простой народ лучше живет в нашей империи, – самоуверенно улыбнулся Пирр, – так что мы освобождаем народы угнетенные.
– Ой, ой, ой, ой, это слишком похоже на риторику дьяволопоклонников, – с насмешкой сказал Александр, – они тоже постоянно говорили о
– Глупо отрицать, что мы многое позаимствовали у них после победы в войне.
– Да, да, я слышал об этом.
– Давайте сменим тему, политика скучна, – устало вздохнув, произнес Пирр, но затем резко взбодрился и с улыбкой добавил. – Я вот недавно осознал, что нет ни одного звериного племени, которое имело бы способности, связанные со временем. Интересно, почему так? Есть ведь желтые обезьяны, которые могут в некотором роде повелевать пространством. Есть звери молниевые, есть огненные, есть земляные и так далее. Но нет никого, кто бы управлял временем.
– Так и людей таких нет, – осторожно высказался Юлий, – есть, конечно, Рассекатель. Только вот непонятно, как он работает.
– Говорят, что в нем эссенция времени и пространства, не частицы, а сами эссенции.
– Эссенции можно поместить в артефакт? – удивился Александр.
– А много ли ты знаешь об эссенциях? – усмехнулся Пирр.
– Да кто о них много знает? – фыркнул Александр, нахмурившись. – Мне не довелось изучать их. Хотя я слышал, что Дьявол занимался этим.
– Это правда, – кивнул Пирр, – он даже создал новую эссенцию.
– Проклятая сила...
– Что же в ней проклятого? – с насмешливой улыбкой спросил Пирр.
– Проклятая она, ибо ее исток проклятый, сам Дьявол, – развел руками Александр.
– Какой скучный ответ, – разочарованно вздохнул Пирр.
– Чему меня учили, то я и говорю, – буркнул Александр.
– И кто же, по-твоему, тогда Дьявол?
– Я не знаю, кто он на самом деле, – пожал плечами Александр, – но говорят, что Дьявол – порождение всех наших злых мыслей и страстей. Конечно, в такое только дети поверят, однако кто он? Человек? Зверь? Или новая раса, учитывая его способность разделять свою душу.
– О, ты знаешь об этой способности? – удивился Пирр, по-новому взглянув на Александра.
– А кто не знает? – нахмурился юноша. – Все ведь знают, что он умел создавать клонов и вселять в них часть себя.
– Во-первых, не все знают про клонов, – усмехнулся Пирр, делая удивленное лицо, – а, во-вторых, клонов могут создавать и другие практики, но вот делить свою душу… Тут Дьявол действительно уникален.
– Но возвращаясь к эссенциям… – сменил тему Александр, – действительно жаль, что люди лишены возможности управлять временем и пространством. Это были бы сильнейшие эссенции.
– Что же тогда нами не правят желтые обезьяны? – улыбнулся Пирр.
– Во-первых, их, как и всех разумных зверей, мало.
– Это не помешало белым тиграм создать настоящую империю, – возразил Пирр.
– Да, но желтые обезьяны сами по себе не такие уж сильные. Белые тигры и без своей ужасающей способности были могучи, а вот обезьянки довольно слабы телом.
– К тому же пространство кажется не таким сильным, как время, если говорить об эссенциях, – вставил свой комментарий Юлий.