Застрявший в Кишке
Шрифт:
Вскоре меня нагнала Тара, пристроившись чуть за плечом. В городе лучше не гулять в одиночку, даже днём. Тем более из оружия у меня имелся лишь кинжал на поясе. Трофейный арбалет ещё предстояло тюнинговать до неузнаваемости, а таскать меч исключительно ради красоты – плохая затея. В случае заварушки от меня будет куда больше пользы с привычным арсеналом. Электрошокер всегда при мне, а для увеличения радиуса поражения к протезу я приладил крепкую цепочку с грузилом. Ток по ней проходит без проблем, так что мне теперь не нужно ни с кем обниматься.
По пути нам встретилось
Властям глубоко плевать, как ты выглядишь. Плати налоги и не попадайся на преступлении, иначе загремишь в рабство. Чаще всего – навсегда. Здесь нет тюрем как таковых, а за решёткой сидят лишь в ожидании распределения. Кого в трудовой лагерь или на каменоломни, кого – в бордель или в прислугу, а кого – на ринг. Гладиаторские бои плотно вошли в местную программу развлечений, и в каждом городе есть свой собственный аналог Колизея. Заодно там утилизируют самых боевитых и непокорных невольников. Это куда зрелищнее, чем прилюдно забивать их палками.
Во время знаменитого Красного Мятежа многие рабы присоединились к восставшим селянам, и совместными усилиями они едва не захватили несколько городов Союзной империи. Дворяне усвоили горький урок, и теперь стараются не держать много боеспособных невольников в одном месте.
Хотя количество рабов в городе всё равно зашкаливает. Большая часть чёрной работы лежит именно на них. Нередко обладателя железного ошейника можно встретить даже на улице. Случаи побега очень редки, хотя надсмотрщиков на всех не хватает. Да, это те самые ребята в сизой броне, что мы вчера укокошили. Мало избавиться от кандалов – нужно ещё дождаться того дня, когда тебя перестанут искать, а система перестанет сигнализировать каждому встречному, что ты – беглый. И даже в таком случае бывшего раба могут опознать по ориентировке на каком-нибудь посту. Стражникам хорошо приплачивают за поимку, и они заучивают все розыскные листы наизусть.
Поэтому спрос на услуги пластического хирурга не падает никогда.
Рабы редко маются бездельем, даже если не числятся за городом, а принадлежат конкретному хозяину. Пашут все от рассвета до упада. А особо отличившиеся «везунчики» отправляются за ворота, чтобы заняться самой бессмысленной работой в этом мире – очисткой стен от наносного песка. Это примерно как вычерпать море из тонущей лодки, но борьба с подступающей к городу пустыней идёт каждый день.
– Как думаешь, зачем нас позвали? – нарушила молчание Двойка.
– Скорее всего напомнят, что за нами скопился должок, – предположил я. – А между делом поинтересуются ненароком, не мы ли шухер навели сегодня ночью.
– Думаешь, доктор нас сдал?
– Он член клана, – пожал я плечами. – Мы лишь приплатили, чтобы информация не утекла наружу.
– И тебя это не беспокоит?
– Не особо. У нас в убежище лежит недобитая шечка
– Зачем ты вообще с этой костлявой шлюхой связался? – в очередной раз упрекнула меня заместительница.
– Нас слишком мало. Ты сама говорила, что в отряд никто не пойдёт просто так.
– Окранова мошонка! Но не в борделе же искать новичков, Рю! Ты ещё бы в выгребную яму заглянул…
– Она шек, – отрезал я. – Мне с самого моего появления здесь только и твердят, что они все поголовно прирождённые воины, включая женщин. Вот и проверим.
– Больше верь всяким пиздаболам! Я этих тупорогих всегда резала без проблем…
– Да-да, можешь не продолжать, я прекрасно помню.
Девушка осеклась и продолжила следовать за мной молча. Лишь невольно потёрла правое бедро, где остался обширный ожог от инквизиторского костра. Мелкие раны благодаря подстёгнутой регенерации у нас зарастают без следа, а вот серьёзные всё-таки оставляют после себя шрамы. И не только на теле…
Мы спокойно добрались до обители Шиноби, которые представляли собой несколько круглых зданий старой постройки, укрытых за общей стеной. Не крепостная, конечно, но метра три в ней точно было. У входных ворот дежурила четвёрка бойцов в чёрных балахонах, за которыми скрывались доспехи. Вряд ли тяжёлые, но я бы предпочёл этого не выяснять.
Нас узнали и без единого вопроса пропустили за периметр, хотя я здесь оказался впервые. До этого Тара ходила сюда одна, в том числе и за мелкими поручениями. В основном по выбиванию долгов. Такая нехитрая подработка помогла нам хоть как-то продержаться на плаву.
Внутренний двор приятно удивил чистотой и несколькими деревьями причудливой формы, за которыми явно ухаживали. Прямо какое-то торговое представительство, а не база воровской банды. Нужный нам человек заседал в башне, которая нависала над всеми остальными постройками, но сразу дойти туда у нас не получилось.
По двору прямо перед нами вихрем пронеслись раздетые по пояс юноши и девушки, не старше нашей Лиффии. У каждого на груди держалась простенькая соломенная шляпа исключительно благодаря встречному потоку воздуха. Когда они останавливались на финише, тяжело дыша, те соскальзывали вниз. Молодые поджарые тела блестели от пота, но у ребят нашлись силы перешучиваться друг с другом:
– Не надоело глотать пыль за мной?
– Ты полз как червяк, а не бежал!
– Да ладно, у кого по дороге язык чуть не вывалился?
– Это Ганье хорошо, у неё шляпа и так не упадёт!
– Ах ты засранец!
Чернокожая девушка-жженоземка с внушительным бюстом, перехваченным несколькими мотками мокрой от пота ткани, замахнулась на отвесившего ей комплимент паренька, но тут все заметили посторонних. Молодёжь притихла, с любопытством нас изучая, но вскоре снова послышались смешки.
– Смотрите, у неё пара за спиной.
– Наверное, если вдруг она один потеряет…
– Дейчи, ты когда-нибудь отхватишь за свой длинный язык!