Застава

Вилсон Фрэнсис Пол

Потом девушка задумалась о чем-то далеком и наконец спросила себя, что же она делает сейчас здесь, стоя у ворот и дрожа от утренней прохлады в ожидании отца, который в любую минуту может возникнуть перед ней, неся в руках будущее всего мира. Сейчас у нее было немного времени, чтобы спокойно обдумать все, рассказанное ей Гленном — вернее, Глэкеном. И сомнения начали коварно вкрадываться в ее мозг. С наступлением дня все слова, произнесенные шепотом ночью, теряли свою силу, и смысл их казался теперь таким далеким!.. А как легко было верить Глэкену, глядя ему

е глаза и слыша его милый добрый голос. Но теперь его рядом не было, она стояла здесь одна... ждала и чувствовала себя уже не столь уверенно.

Магде вспомнились описанные им невидимые, непостижимые силы: Свет... Хаос... Их противостояние и борьба за право управлять человечеством... Абсурд! Это походит больше на безумные фантазии воспаленного сознания наркомана.

И все же...

Моласар существовал на самом деле. Или Расалом — короче, неважно, каково его настоящее имя. Главное, что это не сон, и он — явно нечто большее, чем простой человек. Во всяком случае, Магда никогда такого раньше не видела и не хотела бы снова встретиться с чем-либо подобным ему. И разумеется, он воплощал в себе зло. Это она поняла сразу же, как только он впервые к ней прикоснулся.

И еще существовал Глэкен — если только это его настоящее имя — который не казался воплощением зла, но мог быть просто безумцем, обыкновенным сумасшедшим. Он тоже был совершенно реальным — хотя и не отражался в зеркале! — и носил с собой меч, от которого исходило голубое сияние, способное излечивать раны и извлекать из тела пули в таком количестве, что их хватило бы для убийства доброго десятка человек, если не больше. И все это она видела своими собственными глазами...

А не может ли быть так, что это именно она сошла с ума?..

Или все-таки не сошла? Если мир действительно стоит на грани разрушения, и решается все это именно здесь, на далеком горном перевале... то кому же из них доверять? Поверить Расалому, который утверждает (и Глэкен тоже не отрицает это, что провел в некоем подобии заточения пять веков, а теперь, выбравшись на свободу, может уничтожить Гитлера и положить конец всем его зверствам? Или довериться рыжеволосому мужчине, который стал ее возлюбленным, но так тщательно ее обманывал, что даже не называл поначалу своего настоящего имени, и которого ее собственный отец обвинил в том, что он сотрудничает с нацистами?..

«Почему все эти проблемы возлагаются сейчас именно на меня?» — в отчаянии думала Магда.

Почему именно она должна теперь делать выбор, когда все вокруг и без того запуталось до невозможности? Кому из них доверять — отцу, которого она знает с рождения и которому до сих пор верила, или Глэкену, открывшему ей ту часть ее собственного существа, о которой она никогда раньше даже не подозревала? Нет, это несправедливо по отношению к ней!

Магда вздохнула. Никто ведь и не говорил ей, что все в жизни должно совершаться по справедливости.

Надо принимать решение. И немедленно!

Ей вспомнились последние слова Гленна: «Только не входи во двор... Не смей заступать на территорию замка — там теперь царствует

Расалом!» Но она знала, что ей придется шагнуть вовнутрь. Атмосфера зла вокруг крепости и так заставила ее напрячь все силы, чтобы преодолеть мост. Теперь же Магде предстояло выяснить, что происходит во дворе самого замка. Может быть, это ускорит ее решение.

Она осторожно вытянула вперед одну ногу и тут же отдернула ее. Холодный пот сразу прошиб все тело девушки. Ей очень не хотелось проводить такой страшный эксперимент, но другого выхода не было. Крепко стиснув зубы, Магда закрыла глаза и шагнула во двор.

Зло взрывной волной встретило ее у самого входа, дыхание перехватило, живот сжался в тугой комок. Магда покачнулась и чуть не потеряла сознание. Теперь ощущение опасности и тревоги возросло до невероятной степени. Она не могла даже представить себе, что зло способно так разрастись за столь короткий срок. Магда колебалась, ее решимость была почти уже сломлена, и отчаянно хотелось поскорее убежать отсюда. Но она собрала в кулак всю свою волю и стала ждать, пока стихнет эта буря ужаса, вызванная злом, бушующим в замке. Даже сам воздух, который Магда вдыхала сейчас, подтверждал правильность решения, уже принятого ею на каком-то подсознательном уровне. Она всегда знала: никакое добро не может исходить из такого страшного места.

И именно здесь, внутри двора, она должна встретиться со своим отцом и остановить его, если он вздумает вынести за ворота рукоятку меча.

Вдруг какое-то движение во дворе привлекло внимание девушки. Из подвала появился отец. Он постоял немного у арки, потом заметил ее и побежал вперед. Магде непривычно было видеть его так резво бегущим, но удивляло ее не только это: вся одежда отца была перепачкана сырой глиной. В руках он держал какой-то сверток — очевидно, довольно тяжелый.

— Магда! Он у меня! — задыхаясь, крикнул отец на бегу и вскоре остановился возле нее.

— Что там у тебя? — Магда не узнала своего голоса. Он был каким-то неестественно спокойным. Она боялась услышать ответ.

— Талисман Моласара — источник его силы!

— Ты украл его?

— Нет. Он сам дал его мне. Я должен найти тайник и спрятать его, пока Моласар будет в Германии.

У Магды все внутри похолодело. Отец собирался вынести рукоятку из замка. Именно об этом и предупреждал ее Глэкен.

Теперь ей надо было увидеть, как она выглядит.

— Дай мне посмотреть.

— Сейчас на это нет времени. Я должен...

Отец сделал шаг в сторону, чтобы обойти ее, но девушка твердо преградила ему путь к воротам.

— Ну, пожалуйста, — стала упрашивать она. — Покажи мне!

Куза колебался, с сомнением глядя на дочь, но потом развернул ткань и продемонстрировал ей то, что он называл «талисманом Моласара».

Магда чуть не задохнулась. У нее оборвалось сердце. О Боже! Предмет был действительно увесист и как две капли воды походил на загадочные кресты, покрывающие все стены замка. А на верхней его части имелась прорезь, которая как раз подходила для штыря на клинке Глэкена.