Заставь меня любить

— Добрый день, дамы и господа! Говорит командир корабля Станислав Рыжов, — по громкой связи доносится голос первого пилота. Он говорит о том, что рад приветствовать нас на борту этого огромного авиалайнера. Мне плевать. Еще одна минута, и я просто взорвусь. С другой стороны, понимаю, что это не он виноват в том, что рейс задерживается. Конечно, пилот обязан поздороваться со всеми пассажирами и сообщить о месте следования, но в данную минуту меня раздражает абсолютно каждое его слово, потому что я уже битый час торчу в самолете. — Приносим Вам свои извинения за причиненные неудобства в связи

с задержкой вылета, произошедшей, — Станислав делает небольшую паузу, — по причине ожидания группы транзитных пассажиров.

Я удивленно вскидываю бровь, обреченно вздыхая, когда в дверной проем самолета буквально вламывается транзитная группа, состоящая из трех человек. Поворачиваю голову в сторону этих людей. Не слишком-то они напоминают транзитных пассажиров, скорее, властелинов мира. Двое высоких мужчин и один среднего роста в деловых костюмах переговариваются со стюардессой, на что последняя в ответ хихикает, заливаясь румянцем. Черт возьми! Только этого еще не хватало. Все пассажиры должны дожидаться, пока эти недоумки не закончат беседу? Ну, уж нет.

Я намереваюсь встать с места, но один из мужчин поворачивает голову. Не моргая, смотрю в его профиль и застываю. Ладошки потеют, а пульс за одну секунду допрыгивает до критической отметки. Этого просто не может быть. Я опускаюсь на свое удобное сиденье и автоматически накидываю капюшон. Радуюсь тому, что на мне надето безразмерное худи, и, что мое место находится у окна, а в бизнес классе довольно много свободных мест, и вероятность, что он окажется рядом со мной, весьма мала.

Мое сердце заходится в бешеном ритме, и мне становится трудно дышать. Прислоняюсь к иллюминатору, не замечая, что происходит в салоне самолета. Я смотрю в окно, но все плывет перед глазами. Не различаю ничего, и весь пейзаж сливается воедино. Уже столько лет я восстанавливаю свою жизнь, пытаюсь любить потрясающего человека, но одно мгновение, похоже, решает все.

Я терпеливо жду, когда мужчины, наконец, займут свои места, и самолет взлетит. Мое желание исполняется слишком быстро, но не так, как хотелось бы. По телу бежит мелкая дрожь, когда Влад Беркутов опускается на сиденье рядом со мной. Он вежливо здоровается с моим затылком, на что я лишь киваю головой, по-прежнему глядя в окно. Запах знакомого парфюма врезается в нос, и я моментально пьянею от свежего аромата с нотками цитруса.

Судя по всему, его спутники устраиваются в том же ряду через проход, потому как их голоса раздаются совсем близко.

— Влад, продуктивная встреча получилась, — говорит один из них. — Думаю, уже завтра они отправят договор на подписание. Выгоднее предложения быть не может.

— Нужно быть полным кретином, чтобы отказаться, — голос с хрипотцой заставляет меня вздрогнуть.

Из Лондона лететь в столицу около четырех часов. Наверное, за это время я сойду с ума. Про напитки, еду и уборную на время полета можно забыть. Остается только притвориться спящей. Именно этим я и собираюсь заняться, потому что восемнадцать часов без сна для моего организма означает отсутствие мозговой активности. Но, учитывая обстоятельства, спать мне сегодня не придется. По крайней мере, до тех пор, пока я не доберусь до квартиры своего супруга.

Самолет наконец-то взлетает, и я немного успокаиваюсь, потому как спустя пятнадцать минут по левую руку от меня доносится негромкое сопение. Исподтишка поглядываю на человека, которого когда-то я так отчаянно любила, и который разбил мне сердце, вычеркнув навсегда

из своей жизни.

Я смотрю на изменившиеся черты лица, будто изучаю заново. Они грубее, чем раньше, но это придает ему еще больше мужественности. Замечаю мелкие морщинки во внешних уголках глаз, вероятно, Влад много смеется. У меня перехватывает дыхание, как только я вспоминаю его негромкий смех, который раньше был в большом дефиците. Губы сжаты в тонкую линию, но я невольно останавливаюсь на них. И вновь воспоминания лавиной захлестывают меня. Это какое-то наваждение. Прошло более шести лет, но в голове сохранилось все до последней мелочи. Я быстро перевожу взгляд на людей, с которыми он летит. Наверняка, они работают вместе. Костюмы на всех троих довольно дорогие, а гаджеты, которые торчат из карманов, и вовсе последней модели. Я не слежу за судьбой миллионера Беркутова и всегда переключаю русский канал, когда о нем начинают говорить. Запрещаю себе хоть что-то знать о его жизни. Но информация проскальзывает, и мне становится известно, что мужчина является один из самых богатых людей в столице.

Глаза невольно возвращаются к Беркуту. Взгляд скользит по его шее, спускаясь ниже. Несколько пуговиц белоснежной рубашки расстегнуты. На груди мужчины виднеются темные завитки, и я нервно облизываю губы. Господи! Что со мной?

Стоп! Хватит разглядывать его! Это нелепая случайность, что мы оказались в одном самолете. Странно, что он летит на рейсовом, ведь, наверняка, у него имеется личный. Отворачиваюсь к иллюминатору и даю себе установку не думать о нем. Но разве это возможно?

Все четыре часа сижу как на иголках, не сплю и не встаю со своего места. Беркут по-прежнему мирно посапывает и просыпается, только когда сообщают, что авиалайнер прибывает в столицу.

— Наконец-то, — вздыхает Влад, а я невольно напрягаюсь. — Макс, по прилету займись моим самолетом. Черт бы его побрал!

— Влад, — с нажимом говорит, судя по всему, тот самый Макс. — Ты напоминаешь в седьмой раз. Я запомнил, что эта задача в приоритете.

— Отлично, — в голосе слышатся мягкие нотки, после чего он подзывает стюардессу и просит воды.

Шасси самолета касается земли, и я облегченно вздыхаю. Остается самое простое — выйти следом за Беркутовым так, чтобы он меня не мог заметить.

Влад встает и движется в сторону выхода. Я провожаю его взглядом, до сих пор сидя на своем месте. Но вдруг происходит то, чего я никак не ожидаю. Он резко разворачивается и быстрым шагом возвращается на место. Сердце стучит, и я знаю, что на этот раз мне просто некуда деваться. Мужчина забирает свой забытый кейс. Теперь он не двигается, медлит, в глубине души я слишком остро ощущаю его присутствие.

— Ты думала, я тебя не узнаю, Мышонок? — грубый голос мужчины с нотками хрипотцы заставляет меня поднять на него глаза и встретиться с ледяным взглядом, от которого все воспоминания разбиваются вдребезги.

Я замираю. Насмешливый взгляд карих глаз пугает меня. Влад и сейчас действует на меня странным образом, равно как и шесть лет назад. Безмолвная минута тянется вечность. Теперь уже мы оба изучаем лица друг друга, которые претерпевают изменения за столько лет.

Я не успеваю ничего ответить, поскольку его окликает тот самый Макс, и Беркут исчезает, окидывая меня равнодушным взглядом. Я облегченно вздыхаю, но до сих пор не могу поверить в то, что оказалась в одном самолете ни с кем иным, как с Владом Беркутовым.