Засланец
Шрифт:
– Черт, на сколько же у нее контракт-то заключен? – подумал я. – Как-то стали надоедать ударные трудовые будни ремонтной базы. С удовольствием прогулялся бы в город родичей Луары или хотя бы сменил обстановку. Да и полетал бы на чем-нибудь, совсем соскучился за этим делом.
Помывшись шампунем и высушившись, я отправил тело спать оставшиеся два часа, тем более что сам ощущал немалую усталость. Просто хотелось как-нибудь позаботиться о моей в данный момент очень близкой подружке, ведь поспать я мог и позднее, когда она будет на работе.
Мое «утро» началось в разгаре рабочей смены. Выходит, в моем положении
– Ой, – вздрогнула Луара, – как приятно. Привет и тебе, Котьее.
– Труженикам тыла физкульт-привет! – поприветствовал я. – Как спалось?
– Ты все же добился своего, – по сознанию Луары разлилась река смущения. – Ты, как настоящий саусюк, везде лезешь. Бессовестное создание инопланетного разума!
– Эй, ты о чем? – удивился я такому началу общения.
– Я о ночных безобразиях твоей наглой сущности, – продолжила девушка, добавив к смущению небольшую толику злости. – Ты все же добрался до моего тела, воспользовавшись ситуацией. А обещал быть приличным!
– Ну не знаю, что тут плохого, – удивился я. – Во сне ты приняла водные процедуры, вымылась, высушилась. Неужели было бы лучше проснуться в пропыленной и провонявшей забегаловками одежде?
– Но ты… Ты все осмотрел и, наверное, облазил! – возмутилась Луара.
– Не судите по себе всех, сударыня, – усмехнулся я. – Осмотрел – это да, раз уж такой случай, но руками ничего не трогал, разве что в гигиенических целях.
– Нахал! – не вняла моя пушистая хозяйка голосу моего разума. – Чтобы больше ноги твоей не было в моем теле!
– Ну как тебе сказать… У меня нет ног, – посмеялся я.
– Как это нет?! Да не важно, чтобы ничего твоего не было в моем теле! – не унималась Луара. – Саусюк облезлый! Даже думать забудь о таких гадостях!
– А кто такой «саусюк»? – спросил я.
– Мелкая пакостная скотина, которая шкодит где только пролезть может, – ответила девушка. – Суют свои наглые морды и лапы во все щели, ничего от них не спрячешь!
– Ну не-е-е-ет, это, однозначно, не обо мне, – рассмеялся я. – У меня ни лап, ни морды. Все исключительно твое, саусюк ты мой рыжий…
Мы помолчали. Наблюдая за выпадающими из рук инструментами и неслаженными движениями девушки, я не мог понять, что такого страшного случилось от моего небольшого своевольства. Слишком уж яростно реагировала Луара на вопросы своей интимной сферы. Как-то странно было это наблюдать по отношению к представителю совершенно другого вида. Ну стал бы я так пузыриться, если бы мой кот увидел меня без трусов? Да не стал бы, будь даже на месте кота какая-нибудь девушка. Не то, чтобы меня это напрягало, но оказалось как-то обидно получить ящик гвоздей в штаны за доброе дело. Решив просто наблюдать, я оставил вопрос на потом. Нужно было что-то выдумать, чтобы подлизаться к девушке со слегка подпользованной честью.
– Красавица, какие планы на вечер? – нагло спросил я. – Сходим в ресторан?
– Уйди, противный, – прошипела Луара вслух.
– Да ладно тебе, – продолжил я мягко. – Ты же чем-то другим расстроена?
Мы помолчали еще. Потом еще и еще. Под конец смены я опять попытался разговорить свою новую подругу.
– Что у тебя случилось-то? – спросил я.
– Да так, ерунда, – снизошла до общения Луара. – Спринтер хотел сегодня посидеть в клубе, сказал,
– Понятно, – ответил я. – Один интерес перебивается другим. А нельзя со Спринтером на завтра перенести, раз с Лиу вы очень редко совпадаете по сменам?
– Они завтра уходят, – сказала Луара. – Лиу, конечно, поймет меня, но может и обидеться.
– Ладно, не кисни, – уверенно сказал я. – Пошли переодеваться и в клуб. Посидим, поболтаем с твоим крайговским ухажером, может, чего придумаем. Нечего нос к полу приклеивать.
В клубе к приходу Луары уже вовсю витало веселье. Спринтер пришел в компании каких-то сослуживцев, среди которых Луара узнала и капитана корабля. Офицеры демократично сидели с отдыхающим персоналом базы, пили что-то и обсуждали последние новости с фронтов. Луара, естественно, постеснялась и разместилась за соседней стойкой. Но Спринтер быстро обнаружил прибытие девушки и мягко пригласил к их закутку. Немного выпив сначала для храбрости, потом для бодрости, девушка влилась в разговор. Политика и последние новости оказались интересны скорее мне, а вот когда дело дошло до обсуждения каких-то ремонтных проблем, Лу ожила. Разговор крутился вокруг легкой ударной техники. Ее сравнивали в обслуживании с технарями КСС, обсуждали основные проблемы и характеристики.
– А у нас тут тоже есть какой-то истребитель Содружества, – вспомнил кто-то из ласьенов. – Только он разбитый, никто не смог подступиться к МИ. Может, заберете, сколько ему тут лежать?
– Комендант уже сообщал, – ответил капитан. – Но у нас таких машин нет, да и полный комплект их у нас. Вообще, этот кораблик уже можно смело назвать призраком. Корабль, к которому был приписан этот многоцелевик, из-за сильных повреждений списан и, возможно, уже разобран. Сама машина довольно старой модели, вряд ли кто-то его вообще затребует. Можете демонтировать его, если нужно что-то или пустить в утиль совсем. Тем более никто так и не проверил, что с ним. Может, там уже и чинить нечего.
– Да пусть лежит тогда, – ответил кто-то из инженеров. – Места много не занимает. Там в ангаре запчасти, всякие неликвиды, да хлам обитает. Будет мешать – скинем в переплавку.
– Для формальности послали инженера, чтобы снял с МИ служебные показания, да прописал ему списание, – сказал кто-то из офицеров КСС. – Он тогда и собственностью Содружества числиться перестанет, чтобы не возникло проблем с формальностями.
Мы с Луарой намотали информацию о неприкаянности машины на ус, а разговор тем временем двинулся в другие дебри. Длинных посиделок на этот раз не случилось. Планы нарушило полученное распоряжение командования, срочно предписывающее капитану свернуть или закончить ремонт и возвращаться на свою базу. Союзники практически сразу оставили вечеринку, занявшись подготовкой к полету.
А Луара с чистой совестью и нескрываемым облегчением пошла в гости к Лиу за очередной порцией «сладкого». Лиу была самим воплощением нежности и веселья, Луара – застенчивости и трепета, как будто и не случилось между ними прошлого раза.
Нет смысла описывать их вечер, плавно перешедший в ночь. Я не удержался и высунулся из своей норы, опять попав в бурный водоворот чужих чувств. Луара заметила мое присутствие, но никак не отреагировала. Скажу честно, я ей позавидовал. Стоит, наверное, позавидовать и мне, мало кому из мужиков удалось пережить ЭТО в женском теле, да еще и совершенно чужого вида.