Засекреченное счастье

Иванова Вера

Заказанная машина ждала у главного входа. Юля бросила на заднее сиденье костыли, села рядом с шофером и назвала адрес.

— А ты, случайно, не сбежала? — поинтересовался пожилой усатый дядька, глядя, как Юлька поудобнее устраивает загипсованную ногу.

— Ага, — кивнула девочка.

— Я за бесплатно не вожу, — с сомнением покачал головой таксист.

— Этого хватит? — Юля показала водителю деньги.

— Поехали! — усмехнулся таксист, трогаясь. — А больницы я тоже не люблю.

Юлька не отвечала.

Закрыв глаза, она думала о том, что надо было одолжить у Эммы мобильник.

28

Улыбающаяся физиономия Васи появилась в окне второго хирургического отделения ровно в семь. «Тарзан» раскачивался на ветках раскидистого тополя и заглядывал внутрь.

— Ну, где ты там! — нелюбезно встретил приятеля Рома, чуть ли не за шкирку втаскивая в палату. — Я уже устал ждать! Скоро мама вернется!

Он быстро снял пижаму и кинул другу:

— Переодевайся!

— Это еще зачем? — удивился Вася.

— Так надо!

Пожав плечами, Вася подчинился.

— Останешься вместо меня, — объяснил Рома, натягивая Васины джинсы.

Голова у Васи шла кругом. Приключение становилось все интереснее. Вначале таинственная записка. Потом проникновение в больницу по веткам тополя. Теперь еще и фокус с переодеванием и подменой. Что только не делает с людьми любовь!

— Она не упадет в обморок, когда увидит меня? — озабоченно поинтересовался Рома, разглядывая себя в зеркале: джинсы и рубашка были ему коротки.

— Упадет! — хихикнул Вася. — Я уже упал. А твоя мама в обморок не упадет, когда меня увидит?

— Не должна, — покачал головой Рома. — Ну, то есть, увидеть не должна. Ты уж постарайся.

— Когда вернешься? — поинтересовался Вася.

Рома, пробурчав что-то нечленораздельное, исчез в окне. Обреченно вздохнув, Вася улегся в постель, с головой укутался простыней и отвернулся к стене. Первая серия закончилась. Начиналась вторая. Интересно, долго ли ему удастся продержаться неузнанным?

29

Вот он, нужный корпус, вот вход, вот охранник — Юля, ни разу не бывавшая в этих местах, могла бы по памяти нарисовать расположение хирургического корпуса, о котором знала почти все из писем Ромы. Костыли оказались очень кстати — охранник принял ее за одну из пациенток, задержавшуюся на прогулке, и пропустил без вопросов.

Девочка поднималась по лестнице, потом долго шла по длинному больничному коридору. Сердце колотилось, заглушая стук костылей. А вот и третья от окна дверь направо, десятая палата. Сейчас она откроет дверь, войдет, и…

Она постояла несколько мгновений, пытаясь унять взбудораженные чувства. Потом открыла дверь, заглянула в палату… Взгляд упал на лежащую на кровати фигуру. Вот он, ее любимый. Лежит, отвернувшись к стене. Спит, наверное… Сейчас она

подойдет поближе, тронет его за плечо… Фигура дернулась, но не повернулась. Тогда Юля, облизав пересохшие губы, проговорила:

— Рома, это я… Юля…

— Кто?! — простыня отлетела в сторону, и перед ошеломленной девочкой предстал Вася. — Это ты?! Откуда? Почему? Где Ромка?

— Ромка? Я не знаю… А его тут нет? — проговорила Юля неожиданно севшим голосом. Почувствовав слабость, она присела на край кровати.

Вася покачал головой, с сочувствием глядя на обессилевшую девочку.

— К тебе побежал, — буркнул он.

Юля опустила голову, закусила губу. Глаза наполнились слезами. Какая несправедливость!

— Мы, наверное, разминулись, — пробормотала она и горько, отчаянно заревела.

— Ну вот, полилось, — засуетился Вася. Он спрыгнул с кровати и бегал вокруг Юли, подсовывая ей то салфетку, то банку с газировкой. — Почему сразу плакать? Все же хорошо! Ну, разминулись, ну, не встретились, подумаешь! Не последний день живем.

— Тебе легко говорить, — Юлька утирала слезы то салфетками, то подолом необъятной рубашки Эммы. — А я так мечтала… Так ждала! Я же его больше двух недель не видела. Я соскучилась и больше не могу, понимаешь?

Вася, не зная, как быть с рыдающей девочкой, неловко обнял ее и принялся поглаживать по растрепавшимся волосам.

— Не реви, не реви, — приговаривал он. — Ну не повезло. В жизни всякое бывает!

— А когда он вернется? Он что-нибудь сказал? — Юля шмыгнула носом.

— Понятия не имею, — Вася покачал головой. — Надо же, какая история! Расскажи кому, не поверят.

— Я тогда пойду, — решилась, наконец, Юля. — Может, еще застану его там! А может, и нет…

Она поднялась с кровати, подошла к зеркалу. Но увидев себя, снова чуть не заплакала. Ужас какой! Зареванная, глаза опухли, нос красный… Тяжело вздыхая, девочка принялась приводить себя в порядок.

И тут Васю осенило.

— Слушай, а зачем тебе уходить! — воскликнул он. — Рома тоже обнаружит, что тебя нет, и обязательно вернется! А ты подожди его здесь…

— Как — здесь? А его мама? Если меня засекут, такое будет! Она же меня терпеть не может.

— Спрячешься в кровати. Как я! Закутаешься в одеяло и подождешь его! А я пока двинусь ему навстречу, чтобы предупредить.

— Прямо так и двинешься? — Юля окинула Васю скептическим взглядом. — В пижаме?

— Э-э-э… Да, действительно. А что же делать? — Вася почесал затылок, а потом махнул рукой. — А, ладно! В пижаме так и пижаме. Раз уж я сегодня работаю клоуном…

Высунувшись в окно, Юля наблюдала за Роминым другом. Вот он добрался до ствола, перелез на следующую ветку… Потом листва скрыла от нее мальчика, а еще через минуту она услышала треск и звук падающего тела.