Защитник
Шрифт:
Алекс задумывался о таком варианте и даже провел несколько тестов, например, попытался откачать энергию из облака при помощи Потока, но облако было продолжением материального тела живодера и прочно держалось на месте.
Поэтому от этого плана пришлось отказаться…
Немного восстановившись, он укрепил щит Хаоса, накачал Барьер пустоты до максимума и полез обратно.
Бам!
Живодер встретил его новой вспышкой. Но уже не такой мощной и всего одной. Алекс понял, что враг экономит энергию… или заманивает поближе.
Однако выбирать не приходилось.
Сразу выяснилось, что живодер куда крепче простых осьминогов — во-первых, разросся до шара в пятьдесят метров, а во-вторых, его тело было куда плотнее.
Как ни странно, Скользящий удар доставал до цели. Но только в форсированном режиме и на пределе возможностей.
Поскольку лезвию теперь приходилось прорезать несколько десятков метров невероятно прочной плоти, нагрузка на копье выросла в несколько раз. Из-за этого стали сдавать вибрации разрушения — они просто рассеивались по дороге. Это все равно, что тыкать в лед раскаленной иглой — когда металл замерзает, ты просто не можешь протолкнуть иглу дальше.
В результате под конец атака сильно теряла в мощности и практически не ранила врата. А поскольку врат у живодера было аж четверо, монстр успешно использовал остальные для залечивания повреждений.
Снова возникла дурацкая ситуация, когда чудовище не могло достать человека, а человек не мог убить чудовище.
При этом атаковать часто не получалось, поскольку перед каждым ударом Алексу приходилось накачивать матрицу Скользящего удара избытком энергии и обновлять вибрации разрушения, что отнимало драгоценные мгновения.
Так противники «протанцевали» несколько минут. За это время живодер пять раз огрызнулся бичем Жизни.
— Руби щупальца! — не выдержала Мирам.
— Я не знаю, что станет с жертвами живодера. А вдруг, они погибнут?
— А так погибнем мы! И, может, те ребята давно мертвы?!
— Нет! Я чувствую биение жизни.
— Это ничего не значит. В любом случае, когда живодер сдохнет, адептам точно лучше не станет. Скорее, этот гад высосет их досуха перед смертью!
— Ты права, — согласился Алекс.
Вести затяжной бой было опасно, хотя бы потому, что копье из панциря Мимота могло развалиться в любой момент, а замены ему не было.
Надо было что-то срочно решать!
Алекс рубанул ближайшее щупальце, в котором были запечатаны три адепта. В отличие от осьминога, живодеру потребовалось не один, а два с половиной удара, прежде чем щупальце отвалилось.
Сразу после этого случилось нечто неожиданное — монстр оглушительно заревел. Алекс даже не понял, чем именно враг издал такой пронзительный звук.
— Это навык! — догадалась Мирам.
— Что он делает?
— Не знаю, но он ушел наружу. Мимо меток. Надо бежать!
— Подожди!
К этому времени живодер куда-то скрылся. Алекс же кинулся вниз, к щупальцу со вживленными в него адептами. К сожалению, щупальце было слишком большим, чтобы сразу поместить его в Изолированное хранилище.
Пришлось в темпе вырубать оттуда адептов. Не забыл Алекс
— Вот теперь уходим, — воскликнул он.
— Быстрее! К нам кто-то приближается. Снаружи! — заорала Мирам, которая через внешние метки ухитрялась следить не только за облаком, но и за обстановкой вокруг каньона.
— Другие живодеры?
— Нет, это простые осьминоги.
— Тогда это не так страшно…
— ИХ СОТНИ!
— Понял…
Не задавая больше вопросов, Алекс стрелой рванул вверх.
Глава 13: Битва комара
Подземный город. Авраил.
За три дня ситуация серьезно ухудшилась — информация расползалась по городу и до граждан дошло, в каком отчаянном положении они находятся. До этого многие считали Леркан надежным убежищем, а теперь осознали, что планета превратилась в ловушку. Причем из которой нельзя выбраться.
Что делать, никто не знал.
Надо сказать, Леркан относился к мирам четвертой категории по условной шкале Пояса, что означало, что все навыки, связанные с концепцией жизни, серьезно усиливались за счет энергии артефактов. Это давало гигантское преимущество в случае нападения врагов, но… только если враги принадлежали к другим школам, а не были монстрами с Силой Жизни, как напавшие осьминоги.
Так что хорошо, что их мир не достиг высшей пятой категории. Неизвестно, к чему бы это привело. Как показали эксперименты Нереи, даже в мертвом состоянии плоть монстров странным образом аккумулировала энергию вблизи великих артефактов.
Поначалу ремесленники даже обрадовались такой особенности — останки чудовищ можно было использовать как основу для накопителей и других полезных вещиц, вот только это также означало, что чем ближе монстры подберутся к артефактам, тем сильнее станут.
Появились истерические предложения срочно погасить все артефакты, чтобы не усиливать врага, однако пока до таких радикальных мер не дошли.
Тем не менее в зале с артефактами отныне дежурила специальная команда, которая по приказу Совета, должна была произвести их отчистку, даже если это приведет к повреждению или снижению класса артефакта. И Авраил не мог сказать, что это такой уж бестолковый план. Наверняка сейчас по всему Поясу школы и другие крупные фракции уничтожали то, чем до этого гордились.
Такое было время, что лучше сидеть тихо, не привлекая внимания…
Они встретились с Сабиной во дворце правительства в защищенной переговорной на седьмом этаже. Дворец располагался в центре Калистры — подземной столицы Леркана — и был самым высоким зданием в городе. По местным правилам только правительственным сооружениям разрешалось иметь больше пяти этажей, чтобы не портить облик города.
Через огромное панорамное окно открывался прекрасный вид на ухоженные улицы и сады. Лерканцы любили свою столицу и за много лет превратили ее в настоящее произведение искусства. Стоя возле окна, Авраил с горечью думал, что все это великолепие может быть уничтожено в один день…